Большая книга ужасов – 29 - Щеглова Ирина Владимировна - Страница 48

Дым окутал нас грязным войлоком, плотным и вязким. Мы продирались вперед с упорным отчаянием. А что еще оставалось? Казалось, дым пожрал все, все миры и границы, все смешал и перемолол, превратив в хаос, и только наша пятерка еще сопротивлялась апокалипсису. Я не видела никого, но знала, что они еще рядом. В какой-то момент я оступилась и сразу же почувствовала поддержку, гном ухватил меня за локоть и не дал упасть. Я кивнула ему и улыбнулась, хотя не видела его лица. Я снова шла вперед, выставив руки. Клякса давно сорвалась, ее унесло или она сама унеслась, кто ее знает. Но я осталась и била, била по неведомой цели.

Дым проник в меня, заполнил от макушки до пяток, лишал воли, желания, жизни. Я сопротивлялась, понимая: нечто воздействует на мои мысли, вселяет страх, апатию, безысходность. Тогда я отключила голову, перестала думать, превратилась в машину, назначение которой – идти вперед и бить, бить, бить!

Рядом были другие. Я чувствовала, мне даже казалось, я вижу их – светящиеся фигуры в сером мареве. Когда я совершенно обессилела, меня прикрыла женщина: шагнула вперед и буквально раздвинула дым руками, как занавеску. А я узнала ее. Это она говорила со мной в кафе, когда я ждала Ольгу, и недавно тоже…

Я рванулась вперед, за ней, схватила легкими воздух, снова шагнула, и еще, и еще…

Как долго это продолжалось, я не знаю. Кто из нас первым вышел к расщелине, кто высыпал черные камни во всепожирающий огонь? Женщина? Гном? Или… Неужели моя маленькая японка? Ведь корзина была у нее.

Но когда я пришла в себя, то первым, кого увидела, был гном, точнее, его угрюмое лицо, перепачканное сажей. Я невольно улыбнулась, и черная маска скривилась в подобии ответной улыбки. Я подняла руку и осторожно вытерла гарь с его щеки. Гном вздрогнул, и одинокая слеза скатилась из его глаза в одну из глубоких морщин.

– А зовут меня Гном, а зовут меня Гном, а зовут меня Гном-Тихогром, – негромко пропела я. Так, всплыла строчка из старой сказки, сама не знаю почему.

– Ты меня вспомнила? – Я не сразу поняла, что слышу голос гнома. Глухой, скрипучий, он напоминал звук ветра в рассохшейся бочке.

Я уставилась на гнома, и вдруг мысли и воспоминания вихрем пронеслись в моей голове. Мне было лет пять, когда он появился в палисаднике. Керамическая фигурка стояла посреди клумбы в красном колпачке, штанах и курточке, в смешных ботинках, розовощекая, добродушная. По утрам, выходя в палисадник, я вежливо здоровалась с ним и рассказывала все свои новости. Он был внимательным слушателем. Особенно ему нравились мои сны. Я пригласила его с собой… Мне тогда купили книжку сказок, и в одной был злой гном, он хотел забрать у королевы ее новорожденного сына, если она не отгадает его имени. Гнома звали Гном-Тихогром. Но мой-то гномик был добрым, поэтому я назвала его Тишей. Ему очень понравилось имя.

– Да, Тиша, вспомнила, – ответила я.

– А меня? – раздалось рядом. Конечно, трудно узнать в грозном дикобразе маленького смешного ежика, который приходил каждый день, смело взбирался на крыльцо, громко топал и пыхтел, требуя угощения. Он любил булку с молоком. А когда ел, то жадничал и торопился: схватит большой кусок, а затолкать в себя не может. Тогда он ложился на спинку и помогал себе задними лапами. После еды ежик любил забраться ко мне за пазуху и спать там, покалывая меня колючками, но я терпела, ведь он доверял мне.

– Да, Смельчак, вспомнила, – ответила я.

– А меня? – пролаял волкокрыс.

– И тебя, Мухтар, – я погладила его по жесткой шерсти. Он был самым любимым и самым преданным псом. Дед назвал его Бобиком, а я – Мухтаром. Он был моим лучшим другом. Я даже спала в его будке. Его убили злые мальчишки. Он убегал по ночам, дед не затягивал ошейник. Мухтар легко снимал его, а утром, возвратившись, надевал обратно. Умнейший пес. Он не заслужил такой жестокой смерти.

– А как зовут тебя? – спросила я у девочки-японки.

– Разве ты еще не догадалась? – удивилась она. – Я – это ты, только маленькая.

– Как же? Этого не может быть!

Я говорила и сама себе не верила, потому что уже вспомнила, как отец вернулся из командировки в Японию и привез мне ярко-красное кимоно. Ни у кого из моих знакомых такого не было. Я рассматривала причудливые цветы на ткани, любовалась на свое отражение в зеркале. Взрослые смеялись, фотографировали меня. А потом я сравнивала свои снимки с теми, что отец привез из Японии. Далекая и загадочная, она казалась мне сказочной страной, где живут феи и волшебники. Мне так хотелось, чтоб у меня были черные волосы и раскосые глаза. Я украшала себя цветами из палисадника, представляя, что это розовые лотосы.

Я долго играла в японку, до тех пор, пока не выросла из кимоно. Интересно, где оно сейчас? Истерлось, выцвело, валяется где-нибудь в шкафу на даче среди старых тряпок. Я смотрела на себя маленькую и не верила…

– Чему же ты удивляешься? – спросила я-маленькая. – Неужели ты не знаешь, что времени не существует? Прошлое и будущее – это только настоящее. Здесь, на границе, возможны еще и не такие встречи…

Я подумала о женщине, подсевшей ко мне в кафе и совсем недавно прикрывшей меня собой. Она была чем-то похожа на мою маму, а значит, и на меня… Может, она – это я взрослая?

– Знаю, – отозвалась я.

– Когда ты была маленькая, то думала, что добро всегда побеждает зло, – напомнила девочка.

– Да…

– Вот я и побеждаю, – сказала она. – А ты, когда стала старше, столкнулась с несправедливостью и начала сомневаться.

– Да, – эхом отзывалась я.

– Но ведь ты не знаешь, какая она – справедливость…

– Мне казалось, знаю…

– Дети не сомневаются, это только взрослые все время рассуждают и ничего не делают, – заметила я-маленькая.

– Наверное… Но не всегда. Люди разные.

Прошлого нет, будущее еще не наступило, но я сегодняшняя встретила себя маленькую и себя же большую. А еще я спасла себя от черноволосой. Ведь та девочка в развалинах с кинжалом под лопаткой – это тоже я. Времени действительно не существует.

Глава 19

Жизнь продолжается

– И ты всех сделала! – восхитилась Ольга.

– Не я, а мы, – пришлось поправить ее.

– Да какие там мы! – отмахнулась она. – Сама же сказала, там была одна ты.

– Нет, одной мне ни за что не справиться было. И ты мне очень помогла, правда!

– Вечно ты сомневаешься и споришь! Что я-то сделала? Только мешала! – возмутилась подруга. – Что бы ты ни говорила, знай: я тобой горжусь!

– Неважно это все, Оль, правда…

– Не хочу ничего слушать!

Как же хорошо просто лежать на хвое! Я раскинула руки и засмеялась. Подселенца больше нет! Ольга сидела рядом и болтала без умолку. Какая же она умница! Столько раз помогала, рисковала ради меня. Настоящая подруга! Мне захотелось сказать ей что-нибудь очень хорошее, но я не могла и рта раскрыть.

– Кстати, хочу тебя кое с кем познакомить, – быстро произнесла Ольга и почему-то покраснела.

– Совсем некстати, – я рассмеялась.

– И ничего смешного, – она нахмурилась, видимо, собралась обидеться.

О нет! Только не это!

– Оль, надеюсь, ты за моей спиной не занимаешься организацией клуба моих фанатов? – Я на самом деле испугалась, с нее станется.

– Вот еще! – фыркнула подруга. – За кого ты меня принимаешь? К тому же кто мне поверит? – Она подмигнула мне и добавила: – Знаешь, мне не очень-то улыбается иметь репутацию чокнутой. Нет, это вполне нормальные ребята. Без всяких там выкрутасов. Ну, ты понимаешь, что я имею в виду?

Я покачала головой и улыбнулась. Честно говоря, я уже забыла о том, что вокруг меня продолжается обычная жизнь с ее повседневными делами, проблемами, заботами…

– Вот-вот, ты вспомни, когда последний раз была в кино? – Ольга как будто услышала мои мысли. – Я уже не спрашиваю о чем-нибудь посерьезнее, например о том, когда ты целовалась…

– Что?! – Я не выдержала и расхохоталась.

– Что смешного? – возмутилась Ольга.