Меченая: Скала (СИ) - Филон Елена "Helena_fi" - Страница 49

Грудная клетка нещадно болела, но когда болит всё тело, концентрировать внимание на чём-то одном просто бессмысленное занятие.

Как и ожидалось, в восточной части города было не так оживлённо. Район Семи роз контролируют Синеголовые, здесь же находится бар Дориана и здесь же — склад Бетховена. По количеству населения и нищеты этот участок Скалы также на вершине хит-парада, так что не сложно было догадаться куда двинутся все его обитатели — еда, одежда, музыка… Прям Рождество какое-то!

Вонь в заброшенном подземном паркинге предупредительным сигналом отозвалась в слабом желудке. Но я не могла пойти по поверхности. До тех пор, пока не переоденусь и не раздобуду хоть какое-то оружие нужно держаться в тени. Уверена, сейчас вся Скверна поднята на уши в поисках женщины кошки и её сообщников. А мой новый потрёпанный видок привлечёт только больше фанатов.

Я застыла, тяжело дыша и вглядываясь в непроглядную тьму, сквозь которую мне предстояло пройти, чтобы добраться до противоположного выхода. Именно там, в той стороне, на поверхности находятся несколько помятых временем гаражей, один из которых принадлежит Бетховену. Возле которого должен ждать меня Чейз. И я совсем не уверена, что это хорошая идея… Койота разыскивают не меньше меня, стоит объединиться и шансы на нашу поимку автоматически увеличатся в несколько раз.

Горы мусора: металлолом, кирпичи, тряпьё, пластик… разложения. Если не человеческие, то крысиные, наверняка. Завывание ветра со всех щелей. Сквозняк сотрясал тело крупной дрожью. Холод, как в морозильной камере. Или в морге…

Летом здесь живут люди. Зимой здесь обитают только самоубийцы.

Кусок арматуры в правую руку и я зашагала дальше. Во тьму. Несколько раз поскользнулась. Надеюсь, это всё же крысиные кишки. Металлическую палку приходилось держать перед собой на вытянутой руке и время от времени махать ей из стороны в сторону. Представьте себе, что значит закрыть глаза в и без того тёмной комнате. Сейчас я видела тоже самое.

Я была здесь раньше. Точнее единожды. Это случилось в день, когда меня впервые укусила тварь, и я не могла открыто передвигаться по улицам. Тогда здесь было оживленно, и горели мусорные баки. Никому из перепуганных нападением бродяг и дела не было до того, кто внешне от них мало чем отличался. Но сейчас…

Что-то звонко ударилось о бетонный пол. Справа. Я замерла, как вкопанная, направив арматуру в нужную сторону. Дыхание застыло на полувдохе. Глаза широко распахнуты, как будто из них сейчас вырвутся два луча света и обнаружат источник шума.

Шаги. Медленные, приглушённые. Кто-то ступал очень осторожно, только происходило это не в моём направлении. Скорее всего, этот кто-то движется к тому же выходу, что и я.

Спокойно. Пусть уходит. Я не спешу. Запаса воздуха ещё хватит на какое-то время, прежде чем я вдохну полной грудью, или задохнусь.

И снова тихо. Чёрт. Мне это совсем не нравится.

Со звонким металлическим звуком что-то покатилось по полу и врезалось в ноги. Пустая жестяная банка превратилась в лепёшку под тяжестью моего ботинка.

Вдох.

— Я не играю в игры для дебилов! — воскликнула я в темноту. — У меня оружие и если не хочешь башки лишиться, считаю до трёх и слышу твои отдаляющиеся шаги. И шансы увеличатся, если ты сделаешь это бегом!

Собственное эхо и тишина… Это плохо. Обычный бродяга при упоминании об оружие уже бы мчался отсюда со всех ног. Только если там не толпа бродяг. А я только что дала понять, что корме оружия больше никто не составляет мне компанию.

И я побежала. Врезаясь всем телом в груды мусора, подсказываясь и с трудом удерживая равновесие. Лёгкие горели огнём. Каждая косточка в избитом теле отзывалась острой болью. Топот ног за спиной был лучшим стимулом бежать и не останавливаться. В голове завывала сирена, по вискам лупили отбойные молотки, так что у меня совсем не было возможности определить количество преследователей. Все силы уходили на контролирование собственных ног — очередное подскальзывание могло закончиться плачевными последствиями.

Яркий свет с улицы ударил в глаза, вынудив сощуриться. Выбравшись на поверхность, я позволила себе обернуться. Никого. Никто не преследовал меня.

Сейчас нельзя останавливаться. И я бежала дальше.

Может там и не было никого?.. Может у меня с головой не в порядке, и никто не посылал жестяную банку к моим ногами?..

Кажется, я схожу с ума…

Прильнув спиной к разрушенному зданию одноэтажного строительного магазина, я сползла на снег. Резервы моего организма растрачивались быстрее, чем я это предвидела. А предвидела я самые сложные ситуации.

Тридцать секунд на то, чтобы отдышаться. Тридцать секунд, чтобы собрать остатки сил в одном месте, в центре управления — в голове. Я могу управлять своим телом, могу использовать боль во благо. Как источник энергии, как рычаг включающий комбо-режим. Я могу это. Я умею это.

У меня не было тридцати секунд.

Патруль из шести головорезов быстрым шагом двигался по соседней улице. У меня даже не осталось времени, чтобы рассмотреть к какой банде они принадлежат. Сейчас никто не упустит из виду избитую полуобнажённую девушку с меткой на руке. Пришлось дальше растрачивать резервы организма и сломя голову мчаться в противоположную от патруля сторону, молясь, чтобы они не успели меня заметить.

Склад Бетховена удалось отыскать далеко не с первой попытки. Несколько раз пришлось останавливаться и хорошенько рыться в памяти, восстанавливая картинки двухмесячной давности. И было довольно сложно это сделать, учитывая, что совсем недавно в голову прилетел чей-то грязный ботинок и ощущение реальности заметно притупилось. Салют в голове — не лучшее из ощущений.

Амбарный замок на покрытой ржавчиной двери, был верным сигналом к тому, что в этом перекошенном гараже скрывают нечто ценное. Например, кучу барахла на продажу. Можно попробовать выломать его арматурой, до тех пор пока патруль не свернул на эту улицу. Уверена, у меня бы быстро получилось это сделать, если б только не ледяное дуло пистолета уткнувшегося мне в затылок.

Глава 29

— Так-так… Кто это у нас тут попался? — Мужской ехидный голосок, сопровождающийся приглушённым лающим смехом. — Что за наряд, малышка? С тебя-то и поиметь нечего… одни лохмотья. Придётся поиметь тебя.

Я подняла руки ладонями вверх.

Дуло пистолета сильнее вдавилось мне в голову.

— Очень сомневаюсь в этом, приятель. Смотри, чтобы игрушка, которую я тебе подарила, не оказалась в твоей заднице, пока будешь пытаться.

Бетховен опустил пистолет, и я повернулась к нему лицом, выдавливая из себя слабую улыбку.

И без того огромные глаза торговца напоминали два идеально круглых зелёных озера. Зрачки, как заведённые бегали из стороны в сторону. Лоб настолько сильно прорезали морщины, что это накидывало ему лет десять. Ну и конечно — неизменный залатанный плащ, под которым наверняка припрятана куча товара для продажи на фестивале.

— Вдох, — посоветовала я, и грудь Бетховена резко поднялась.

— Мать моя святая была женщина… — слабым голоском протянул он и принялся креститься. — Я сдох и не заметил?.. Это ворота ада? Ты пришла меня встретить?

— Это ворота твоего склада. А в ад тебя проведёт патруль, если мы не уберёмся с улицы.

Бетховен не двигался с места, его лицо приобретало серый оттенок. Он вполне бы сошёл за мертвеца, если бы вдруг решил таким прикинуться.

— К-как… как… ты ведь трупом должна быть… Где ты… Как ты… Да чтоб я сдох!!! Кто ты, мать твою, такая?!

Острая боль пронзила область грудной клетки, и я с трудом удержала себя от позыва согнуться пополам. Уверена, с лица страданий стереть не получилось.

— Слушай, я бы с радостью продолжила наш разговор на свежем воздухе. Полезно для здоровья и всё такое… Но угадай, кого в данный момент разыскивает вся Скверна?..

— Что?! Что-что?! Чёрт… Чёрт! Чёрт! — Бетховен засуетился.