В царствование императора Николая Павловича (СИ) - Михайловский Александр Борисович - Страница 71

Недоумение Бенкендорфа после этих слов Николая лишь увеличилось. Он вопросительно посмотрел на императора. Тот, успевший уже кое-что узнать об армии будущего, улыбнулся, и, повернувшись к Сергееву-старшему, кивнул. Пришлось Николаю Викторовичу подробно объяснить старому рубаке, что такое воздушный десант.

— Александр Христофорович, — начал он, — в нашем мире существуют летательные аппараты тяжелее воздуха. Они могут не только летать по воздуху, но и перевозить на большие расстояния солдат и боевую технику. Высаженные в тылу врага, и действуя по-суворовски – не числом, а умением, они могут захватить штаб вражеской армии, артиллерийские позиции, мост через большую реку, словом то, что поможет обычным сухопутным войскам победить на поле боя. Ну про летательные аппараты тяжелее воздуха я вам расскажу позднее. Поверьте, они есть. Вот, его императорское величество в нашем мире даже совершил полет на одном из таких аппаратов.

Бенкендорф удивленно посмотрел на царя, и Николай, с легкой улыбкой кивнул своему старому другу, подтверждая слова Виктора.

— Кстати, ваше величество, — сказал Сергеев-младший, — неплохо было бы начать в России развивать воздухоплавание. Конечно, до самолетов и вертолетов еще далековато, но безмоторную технику, всякие там воздушные шары, планеры и дельтопланы строить вполне можно…

— Замечательно, — воскликнул император. — Николай Викторович, да вы просто находка! Работайте, делайте все, что считаете нужным. А если понадобится моя помощь, говорите сразу, не стесняйтесь…

— Ну а вы, Алексей Игоревич, — сказал Николай доктору Кузнецову, — можете спасти немало замечательных людей в нашем отечестве. Я хотел бы чуть позднее поговорить с вами лично. Вы понимаете, о чем…

— Понимаю, ваше величество, — ответил Алексей, — и я, как медик, буду рад помочь людям, живущим в девятнадцатом веке. У меня тут есть кое-какие предложения об улучшении здравоохранения в Российской империи, — он протянул царю папку, похожую на ту, что уже подал императору Шумилин. Ну а насчет личного разговора с вашим величеством, я готов побеседовать с вами в любое удобное для вас время.

— Очаровательная мадемуазель Ольга, — обратился царь к Румянцевой, — вы просто клад для наших дам. Думаю, что вы сможете помочь им быть еще очаровательнее и прелестнее. Хотя, как я полагаю, в ваше время женщины кое в чем не уступали мужчинам. В общем, Ольга Валерьевна, мы еще переговорим с вами о том, чем вы могли бы быть полезной для нашего общего дела.

— Ваше величество, — осторожно сказал Шумилин, — я полагаю, что наш разговор надо закончить вопросом о легализации нас, людей двадцать первого века, в Российской империи. Вот наши предложения о том, как это лучше сделать. Я попрошу внимательно изучить их, и во время следующей встречи, которая произойдет послезавтра, — тут Александр вопросительно посмотрел на Николая, и тот согласно кивнул, — и на ней мы получим своего рода "входной билет" в ваш мир… А пока будем прощаться – нам пора.