Искушение любовью - Милан Кортни - Страница 47

— Белинда! — раздался из холла голос Пэррета. — Милая, где твоя гувернантка? Сколько раз я тебе говорил, чтобы ты не беспокоила моих гостей?

— Мисс Хорас уснула.

Пэррет вошел в комнату и подхватил девочку на руки.

— Хорошо. Тогда я только…

Он замер и посмотрел на Джессику. Улыбка тут же исчезла с его лица.

— А. Это вы! Это из-за вас меня выпроводили из Шептон-Маллет. Из-за вас я потерял кучу денег, вам это известно? Репортерша.

Возможно, он был прав. Теперь судьбе угодно было сделать из нее репортершу. Джессика молча поклонилась.

— Я знал! — Пэррет прижал дочь покрепче и слегка отвернулся от Джессики, словно прикрывая юную Белинду от тлетворного влияния женщины, которая владеет профессией. — Я знал это с самого начала. Ну что, пришли позлорадствовать? Вы получили эксклюзивное интервью. С тех пор как сэр Марк выбросил меня за ухо, мне не о чем писать. Полагаю, вы очень и очень довольны.

— Нет, я совсем не довольна, — возразила Джессика. — Но я пришла затем, чтобы рассказать вам кое-какую историю. Я уже записала часть ее.

— Ага, теперь вы передо мной пресмыкаетесь. — Он фыркнул. — И с чего вы решили, что я буду иметь с вами дело?

— Потому что в противном случае я обращусь к вашим конкурентам. У них нет такой репутации, как у вас, но что поделать…

— Обращайтесь! Какая мне разница!

Не отвечая, Джессика расстегнула цепочку на шее, сняла ее и положила поверх бумаг, которые принесла с собой.

Пэррет уставился на нее во все глаза.

На цепочке был перстень сэра Марка. В самом центре тускло поблескивал черный оникс.

Пэррет медленно опустил девочку на пол.

— Белинда, — тихо сказал он, — иди и найди свою гувернантку.

— Но я хочу послушать, что расскажет леди.

— Иди. Сейчас же.

Он подождал, пока девочка выйдет из комнаты, медленно подошел к столу и взял в руки цепочку с перстнем.

— Ага, — протянул он. — Ну что ж. Это как раз одно из возможных осложнений, которые пришли мне в голову в Шептон-Маллет. Мне не хотелось об этом думать. В конце концов, у меня не было цели разрушать репутацию сэра Марка.

Как и у нее. Джессика долго думала над тем, как ей поступить. У нее было не так уж много способов заработать себе на жизнь, и она не собиралась — не могла — опять начать торговать своим телом. Но даже если не продавать себя… она все равно могла продать свою честность.

В вас есть определенного рода чистота. Так сказал однажды Марк. Может быть… может быть, после всего, что было сказано и сделано, ей удастся и обеспечить свое будущее, и сохранить этот последний оплот самоуважения?

— Полагаю, вам стоит рассказать мне свою сказку, — заявил Пэррет, усаживаясь в кресло.

Джессика сделала глубокий вдох.

— Все началось, когда я встретилась с сэром Марком в Шептон-Маллет, — сказала она. — Видите ли, я приехала туда именно за этим. Чтобы соблазнить его.

История, которую она поведала Пэррету, была почти правдой. Ей пришлось изменить всего несколько деталей, чтобы преобразить смысл всего рассказа. Газетчик внимательно слушал и кивал, а когда Джессика закончила, взял со стола несколько страниц, что она написала сегодня утром, и погрузился в чтение.

— Вы хорошо пишете, — с удивлением заметил он после первых же строк.

— Для куртизанки, хотите вы сказать?

— Для женщины. — Он рассеянно забарабанил пальцами по столу и взял следующую страницу. — Если уж на то пошло, то и для мужчины тоже.

Джессика попыталась подобрать подобающий ответ, выбирая между убийственным сарказмом и честной вспышкой ярости, и наконец остановилась на самом простом:

— Спасибо. — Она мило улыбнулась.

Дойдя до конца, Пэррет поднял голову и посмотрел ей в глаза. Его губы сжались в решительную тонкую линию.

— Думаю, это не пойдет, — сказал он.

— В таком случае я иду к вашим конкурентам. — Джессика попыталась скрыть свое разочарование. Она надеялась получить у него достаточно, чтобы не думать о деньгах еще очень долго.

Пэррет нахмурился.

— Да нет же, не статья. Я хочу сказать, мы не можем сообщить всем, что вы куртизанка. Это слишком рискованно. Что, если мы назовем вас просто «женщиной с погубленной репутацией»? Это звучит очень таинственно, и читатели смогут воображать что угодно.

Она облегченно выдохнула.

— Разумеется, я предложу вам обычный гонорар, — продолжил Пэррет. — Шиллинг за один дюйм колонки. Это будет справедливо. Такую же цену я заплатил бы мужчине-репортеру.

Джессика почти улыбнулась:

— Мой дорогой сэр. Должно быть, вы шутите. Ни один мужчина-репортер не рассказал бы вам такую историю. Мы с вами говорим о самой скандальной статье за последние несколько лет. И вы не отделаетесь от меня парой шиллингов. Я хочу пятьдесят процентов от выручки.

Пэррет прищурился.

— И это притом, что расходы на публикацию несу я и риск тоже на мне? Два фунта, не больше.

— Сорок пять процентов. Не забывайте, что я могу продать свой «отчет» кому угодно. Или я получу свою долю с доходов, или вы не получите ничего.

Он хлопнул ладонью по столу.

— Двадцать пять.

— Тридцать. И пять фунтов вперед.

Пяти фунтов хватит на то, чтобы заплатить долги. И прожить пару месяцев. Этого было достаточно, чтобы будущее вдруг показалось снова возможным — настоящее будущее, а не страшная черная дыра. Даже мрачная улица за окном внезапно стала выглядеть более приветливой.

Пэррет склонил голову:

— Хорошо. Я принимаю ваши условия.

Он протянул ей руку. Джессика осторожно ее пожала.

— Вы неплохо торгуетесь. Для мужчины, — добавила она.

Он печально усмехнулся.

Вот и все. Для того чтобы куртизанка превратилась в бывшую куртизанку, оказалось достаточно простого рукопожатия. Она даже сумела обеспечить себя на несколько месяцев вперед. И до того, как эти деньги кончатся, она обязательно придумает способ раздобыть еще. И ей больше никогда не придется торговать собой.

— Сэр Марк будет в ярости.

Это было самое ужасное. Теперь Джессика знала, как ненавидит Марк вмешательство в личную жизнь, и понимала, какую боль ему причинит.

Пэррет, даже не моргнув, разгладил бумаги.

— Он всегда в ярости. Обычно я не обращаю на это внимания.

Может быть, когда-нибудь и она сможет относиться к этому с таким же равнодушием. Но это должно было случиться еще очень не скоро.

— Разделим ту часть истории, что вы написали, на пять номеров. Будем публиковать по одному куску каждый день. Так всем станет интересно, что же будет дальше, и мы сможем удвоить цену за последний выпуск. Что касается названия, я предлагаю «Искушение сэра Марка». Очень мило, вам не кажется?

— Но что же будет, когда он это прочитает?

— Очень надеюсь, что выйдет из себя. Его злость только укрепит всеобщие подозрения. А мы заработаем кучу денег.

Глава 16

Через два дня после приезда Марка в Бристоль брат предложил ему совершить небольшое пешее путешествие.

— Я гораздо меньше занят в летнее время, — сказал Смайт. — И кроме того, Призраку пошел бы на пользу свежий воздух. — Он показал на щенка, который путался у них под ногами.

Прекрати хандрить и ходить с постным лицом, перевел Марк.

Они послали письмо Эшу, сообщая о том, что будут отсутствовать в течение нескольких дней, — старшие братья вечно беспокоятся о младших, даже если младшие уже вполне взрослые люди, — и остальную часть дня провели в заботах о припасах и составлении маршрута. Марк долго сидел над картами и железнодорожным расписанием и наконец решил, что они сядут в поезд до Рединга, а оттуда пойдут пешком по проселочным дорогам до Бейзингстока. Путешествие должно было занять четыре или пять дней. Марк отметил на карте несколько небольших гостиниц и постоялых дворов, где они могли бы остановиться.

— Только никаких роскошных гостиниц, пожалуйста, — лениво заметил Смайт. — Я не знаю, как они отнесутся к присутствию собаки.