Искушение любовью - Милан Кортни - Страница 16

Они не разговаривали после того, как он отдал ей свой сюртук, но Джессика была уверена, что до этого беседа шла именно о ней. Дочь священника вдруг подошла к ней и сделала комплимент ее платью и прическе. Девушка даже обошла вместе с ней дам, которые неделю назад во время службы едва поворачивали в ее сторону голову, и представила им миссис Фарли. Джессика шла рядом с мисс Льюис, не зная, что ей и думать об этом необыкновенном дружелюбии, и чувствуя, как усиливается ее смятение.

Теперь перед ней стоял сэр Марк. Должна ли она испытывать к нему благодарность? До этого дня Джессика являлась практически изгоем. Он сумел без видимого труда остановить поток злых сплетен, словно Геракл, который повернул вспять реку.

Дело было не только в его безупречной репутации. Другой мужчина чувствовал бы себя глупо и неловко, если бы был вынужден находиться на людях в одной рубашке. Но сэр Марк держался так непринужденно и уверенно, словно это было совершенно обычным делом. Он выглядел так, словно был одет по последней моде, — и любой, кто указал бы ему на несовершенство туалета, казался бы неуклюжим деревенщиной.

Он молча наблюдал за ней. Джессика подняла плед и встряхнула его. Он ловко подхватил один конец и помог ей свернуть его сначала один раз, затем второй.

Он проделал все так осторожно и аккуратно, что их руки даже не соприкоснулись. При этом он по-прежнему не произнес ни слова.

Джессика нарушила молчание первой:

— Большое спасибо за помощь. Должно быть, вы хотите забрать… вашу одежду.

Она принялась стягивать рукав, но сэр Марк покачал головой.

— Вы ошибаетесь. Я хочу проводить вас домой. Вы ведь живете за старой лесопилкой, не так ли? Вверх по дороге?

Джессика сунула плед в корзинку для пикника.

— Что вы имеете в виду — проводить меня домой?

— Проводить. Прогуляться. Пройтись пешком. — Он пошевелил двумя пальцами, изображая идущего человечка. — Большинство людей постигают значение этого слова в сравнительно юном возрасте. Примерно тогда же, когда учатся ходить. Судя по моим наблюдениям, вы обладаете достаточным опытом в этом виде деятельности.

— Мой вопрос состоял не в этом, — фыркнула Джессика.

— В таком случае, вероятно, вы не знакомы со словом «домой»? Хотя должен вас предупредить, я действительно хочу выбрать не самый короткий путь — разумеется, если вы не возражаете против того, чтобы выдерживать мое общество в течение получаса. Я предлагаю пройти вдоль Доултинг-Уотер, а затем через рощу.

— Но…

— А! Видимо, вас смущает среднее слово.

— Среднее слово?

Их взгляды встретились. Его глаза показались ей необыкновенно, отчаянно голубыми. Джессика нервно сглотнула. Внутри у нее странно похолодело.

— Слово «вас».

Каким-то образом он произнес это слово так, будто во всем мире не существовало никого, кроме нее. Словно вокруг не было ни единой души.

Джессика, не найдя что ответить, повесила корзинку на согнутый локоть и беспомощно огляделась. Удивительно, но на этот раз никто не пытался прервать их беседу, спасти сэра Марка от общения с ужасной женщиной вроде нее. Что же он все-таки им сказал? И зачем он все это проделывает?

Она расправила плечи, пытаясь скрыть смущение.

— Насколько я понимаю, вы собираетесь дать определение и этому слову тоже?

— Даже если бы я был достаточно самонадеян, чтобы охарактеризовать вас, мне явно не хватает сведений. Я слишком мало о вас знаю. Собственно говоря, именно поэтому я и приглашаю вас на прогулку. — Он предложил ей опереться на его руку. Как будто бы она могла просто взять и сделать это. Как будто они были добрыми знакомыми, которые собираются совершить променад.

Решительно в этом человеке было непонятно абсолютно все.

— Но… но… едва ли это…

— Прилично? — Он пожал плечами. — Меня уверяли, что вполне. Мы же в деревне. Я знаю достоверно из самого надежного источника, что правила приличия вполне допускают небольшую прогулку — пока мы будем придерживаться тропинки.

Он твердо взял ее руку и положил на свое предплечье. Даже сквозь перчатку Джессика чувствовала тепло его тела под тонкой льняной рубашкой. Между его и ее плотью был только легкий слой ткани — ведь его сюртук был на ней! Но сэр Марк, казалось, не обращал на это никакого внимания, в то время как Джессика не могла думать ни о чем другом.

— Самый надежный источник? Хотела бы я почитать эту книгу по этикету!

— Я взял это не из книги. — Он беззаботно помахал рукой стоявшей у ворот церкви миссис Льюис. Жена священника с подозрением сузила глаза, но ничего не сказала. Сэр Марк легкомысленно улыбнулся. — Я написал герцогине Парфордской и спросил совета у нее.

Джессика закусила губу и свободной рукой сжала юбку. Слова сэра Марка поразили ее настолько, что она даже не сразу осознала, как сконфужена.

— Герцогиня Парфордская? Вы писали обо мне герцогине Парфордской?

— Уже два раза.

Джессика замолчала, не зная, что сказать. Он упомянул об этом так запросто, словно строчил письма герцогиням едва ли не каждый день. Хотя… ведь брат сэра Марка — герцог. Так что вполне возможно, так и есть. Непонятно, почему она так удивилась. Видимо, просто забыла, что он происходит из знатной семьи. Нет, не совсем так. Она не забыла. Но сэр Марк вел себя так естественно и непринужденно, что мысль о его аристократических родственниках даже не приходила в голову. В его манерах не было и намека на высокомерие.

Притихнув, она без сопротивления позволила ему вывести себя на мощенную булыжником улицу. Только когда они оказались под сенью деревьев, обрамлявших берега реки, Джессика решилась заговорить снова.

— И что вы сказали герцогине?

— Видите ли, она моя сестра. То есть она жена моего брата. И очень славная — совсем не такая, как можно вообразить, услышав ее громкий титул. Я не хотел, чтобы по городу поползло еще больше сплетен, и поэтому счел нужным сначала спросить ее мнение. После моего первого письма Маргарет буквально забросала меня вопросами.

— Вопросами?

Высокие берега поросли густой сочной травой. Через рукав реки, устремлявшийся к плотине, был перекинут узкий деревянный мостик; справа от Джессики шумно неслись воды основного русла. Течение в этом месте было довольно сильным.

— Она спросила, как давно я вас знаю. И хороши ли вы собой. И умны ли. — Он бросил на нее коварный взгляд. — На первый вопрос я ответил, что недавно, на два следующих — что очень.

Если бы ей было пятнадцать лет, она бы непременно покраснела. Даже теперь Джессика почувствовала, как горячо стало щекам и как тепло распространилось по всей груди.

— Если бы я не знала, с кем имею дело, я бы подумала, что вы со мной флиртуете.

Сэр Марк непроницаемо посмотрел на нее:

— Что ж, если следовать логике, вы должны быть правы. И тем не менее я не стану ничего подтверждать.

Его ответ привел ее в еще большее замешательство.

— Но вы же… вы же…

— Девственник? — В его голосе прозвучала явная насмешка. — Да, это так. Но если я не признаю браконьерства, это не означает, что я не могу охотиться тогда, когда это разрешено.

В горле у Джессики вдруг пересохло.

— Кроме того, я полагал, что мы уже оставили вежливые экивоки позади. Вы мне нравитесь, миссис Фарли. Все очень просто.

— Я… я…

— А вы меня ненавидите. — Теперь он уже откровенно забавлялся. — Так что видите сами — мы с вами оба вне опасности. Вам известно, что я никогда не перейду, так сказать, в наступление. А я в свою очередь могу не опасаться, что вы решите вывести нашу дружбу на новую стадию. Если только вы не вздумаете перестать меня ненавидеть. Мы можем не ожидать друг от друга ничего плохого.

— Значит, я вне опасности? — Джессика пронзила его яростным взглядом. Он выглядел вполне нормальным. Никаких признаков помешательства, если не считать этих отвратительных слов. — Позвольте вам напомнить, что я пыталась вас соблазнить.

— Да, правда. — Он пожал плечами. — Но меня это не пугает. Позвольте вам напомнить, что вы не слишком преуспели. Кажется, такие вещи вам не удаются.