Великолепный век - Льюис Пола - Страница 25

— Куда ты?

Голос Джефа был жестким.

— Мне давно следовало кое-что сделать. Я вернусь, и мы решим все раз и навсегда.

Глория подождала, пока он уйдет, надела помятую одежду и медленно вернулась в дом. Она переоделась в джинсы и блузку темно-серого цвета, под стать своему настроению. Голова была полна тревожных мыслей, тело побаливало после физической близости. Она была в затруднительном положении. Предложение Джефа связать с ним жизнь равносильно заключению в тюрьму, ключ от которой выброшен. Вот и сейчас позанимался с ней любовью и исчез, думала она с горечью, вспоминая его недовольный взгляд перед уходом.

Глория не могла принять какое-либо решение, бесцельно бродила по дому, подобно привидению, дотрагиваясь кончиками пальцев до предметов интерьера и мебели, безмолвно прощаясь с домом.

13

Глория решила выпить чашку кофе, как вдруг раздался звонок в дверь. Она вышла в коридор, распахнула дверь и в ужасе уставилась на гостью, узнать которую не составило труда. Это была та же особа, которая свысока изучала ее много лет назад. На пороге стояла тетя Джефа.

Женщина была элегантна: льняной костюм бледно-абрикосового цвета, уложенные в пучок блестящие волосы, чуть подкрашенное лицо, длинные, кораллового цвета ногти.

Ей, должно быть, уже под пятьдесят, подумала Глория, но выглядит по крайней мере на десять лет моложе.

И вдруг она догадалась. На нее смотрели холодные голубые глаза, такие же, как глаза Элис. И те же, что у девочки, черты лица.

— Вы мать Брук? — нерешительно спросила Глория.

— Да. Меня зовут Мелани.

— Очень приятно.

— Кажется, нам пора поговорить, не так ли?

Глория почувствовала, как ее колени ослабевают: она вспомнила себя восемнадцатилетней девушкой, просящей о встрече с Джефом.

— Не думаю, что у нас есть что сказать друг ДРУГУ.

— Я могу помочь вам, моя дорогая. Прекратите разыгрывать из себя дурочку.

Глория проглотила комок в горле. Уверенность исчезала с каждым словом, как тогда, во время первой встречи.

— Вам лучше пройти в кабинет, — быстро сказала она, чувствуя себя при этом, как приговоренный по дороге на эшафот.

Никто из них даже не сел в кабинете. Глория сложила руки, чтобы унять дрожание пальцев.

— Вы хотели что-то сказать?

Женщина холодно улыбнулась.

— Джеф только что был у меня.

— Неужели? — удивилась Глория.

— Он сказал, что вы приехали сюда с ним.

Мелани полезла в белую кожаную сумочку, достала длинную сигарету и закурила.

— Помните, как вы приходили искать Джефа?

— Как я могу забыть это? Вы обманули меня, представившись тетей Джефа.

Холодно улыбнувшись, гостья сделала большую затяжку.

— Скажите мне, Глория, как бы вы поступили, если бы узнали, что он был тогда в квартире со мной?

Лицо Глории побледнело.

— Я не верю вам.

Мелани насмешливо взглянула на собеседницу.

— Вы не думаете, что он способен на это, что это человек, который мог обмануть свою невесту и сделать двух женщин беременными одновременно? Так вот, это правда. Джеф услышал звонок в дверь и спрятался в спальне. Он сказал, что если это вы, то я должна… да, да, — криво улыбнулась она, — избавиться от вас. Вот так, но я знала, во всяком случае, чего он хочет, я стала бы хорошей тещей…

Глаза Мелани были полны раздражения. Глория чувствовала, как ее начинает бить озноб, но она выдержала взгляд этой женщины.

— Зачем вы рассказываете мне все это?

Мелани пожала плечами.

— Может быть, из жалости. Джеф действительно любил Брук, но все же обманывал ее. Такой уж он мужчина и никогда не переменится. Кстати, вы знаете, где он сейчас?

— Не знаю…

— И никогда не узнаете. Я видела, как это бывало с Брук. Каждый раз, когда он уходил, она сидела и ждала его, думая о том, с кем он сейчас?

— Уходите, — сказала Глория тихим дрожащим голосом. — Избавьте меня от ваших грязных обвинений и уходите сейчас же.

— Да, да, ухожу. — Мелани затянулась сигаретой. — Но вы никогда не должны доверять ему.

Глория смутно слышала, как гостья уходит, и медленно поплелась в собственную комнату. Она с удивлением поглядывала вокруг, подобно человеку, к которому вдруг вернулась память.

Я не останусь, думала она. Не могу оставаться здесь, хотя и люблю его.

Она вытащила из шкафа чемодан и положила на кровать. Затем начала складывать свои вещи.

— Уезжаешь? — послышался негромкий голос в дверях.

Джеф стоял неподвижно, наблюдая за ее резкими движениями.

Она не посмотрела на него, но если бы только взглянула, могла бы ослабеть, а нужно оставаться сильной, очень сильной.

— Думаю, мне и Брайану пора уезжать.

Джеф не двигался.

— Ты все же хочешь расстаться?

— Конечно.

Не выдержав, Глория с гневом посмотрела на любовника.

— Твоя теща приходила повидать меня, — выпалила она.

— Бывшая теща, — холодно поправил Джеф, заходя в комнату. — Чего же она хотела?

В небрежном вопросе чувствовалась издевка.

— Ты знал, что она придет сюда?

— Считай, что предвидел.

— Каким образом? Или вы оба настроились на одну телепатическую волну?

— Иди сюда, — примирительно отозвался Джеф, сев на кровать и похлопывая рядом с собой. — Нам нужно серьезно поговорить.

— А я не желаю слушать тебя, я хочу домой.

Глория оставалась в мятежном состоянии, ее руки скрещены на груди, как будто она защищалась.

— Позволь мне рассказать тебе кое-что, дорогая. — Его взгляд стал пристальным, он ждал, пока не завладел ее полным вниманием. — Представь себе молодого американца, в самом начале карьеры однажды летом отправившегося путешествовать в Европу. Дома у него осталась подруга — обычная девушка, каких много. Они познакомились в колледже, встречались года два и оба предполагали, что поженятся. Но вот этот молодой человек посещает Францию, Италию, Германию и затем в Лондоне знакомится с девушкой.

— Но…

Джеф покачал головой, чтобы заставить ее молчать.

— Знакомится с девушкой, — продолжал он. — И эта девушка заставляет его пожалеть, что он не встретил ее раньше. Он знает, что, прежде чем завязывать новые отношения, нужно вернуться в Штаты и рассказать подруге, что между ними все кончено. Но, — он печально улыбнулся, — я просто не мог устоять перед тобой.

Как он мог так поступить? — мысленно укоряла Глория, одновременно испытывая острое чувство собственной вины: ведь это не он, а она проявила настойчивость.

Зелено-голубые глаза виновато поглядывали на нее.

— Они проводят вместе уик-энд. В середине последней ночи он просыпается и смотрит на красивую девушку, спящую в его объятиях. — Голос Джефа стал совсем тихим. — Парень выходит на балкон подумать, что ему делать: рассказать ли сразу правду о подруге в Штатах, или сначала расстаться с ней и приехать в Англию с чистой совестью? Но когда он вернулся в спальню, — лицо Джефа помрачнело, — девушки уже не было.

— Я говорила тебе — звонила Брук. Я чувствовала себя ужасно.

— Могу себе представить. А теперь послушай, что произошло потом. Я вылетел в Штаты тем же утром, рассказал Брук все о тебе и шестью неделями позже, как только появилась возможность, вернулся в Англию, чтобы найти тебя.

Глория уставилась на него широко открытыми глазами.

— Но ты не нашел меня.

— Да, я опоздал, — мрачно сказал Джеф. — Я следил за тобой до дома в Кенсингтоне, помню, как стоял под дождем, глядя на огромный белый дом, и затем ты вышла. Длинная черная машина ждала тебя. Ты выглядела еще красивее, чем раньше, но когда я увидел рядом с тобой старое чучело, то возненавидел тебя. Я улетел домой, но ты не выходила из головы. И тогда пришел к выводу: нужно поехать и добиться ее. Бороться за нее. Я попросил частного детектива выяснить, живешь ли ты все еще там, но было уже слишком поздно. Мне стало известно, что ты вышла замуж. И я понял, что ты действительно влюбилась, раз поступила так. И потерял тебя.