Пешки в Большой игре - Таманцев Андрей "Виктор Левашов" - Страница 67

И он вручил ей подобранный по дороге автомат.

— Я боюсь.

— Не бойся.

И Кожевников повернулся к выходу.

Что-то быстро коснулось его шеи, грудь обожгло горячим. Он выронил пистолет, стал заваливаться на бок.

Последнее, что он увидел, — лицо Ани. Спокойное, мирное даже, красивое лицо убийцы.

И в эту секунду вспомнил, где он видел ее — на секретной базе спецназа под Ростовом...

Глава восемьдесят вторая

Когда кавказцы вернулись к излучине реки, человек, который должен был их встретить, уже был на месте. Иванову было приказано — встретить отряд недалеко от Куляба, проводить к месту испытаний и включить в общее дело.

От кого исходил приказ, Иванов не знал, он знал только, что откуда-то с самого верха, от его покупателей. Самому отправиться встречать отряд, который, как ему сказали, будет численностью до сотни, у Иванова не было никакой возможности. И он послал своего помощника. Он с самого начала вывел его из игры. Такие приказы должны выполняться точно. Здесь рисковать нельзя было. Его, правда, настораживала анонимность приказа и странное стремление хозяев набить кулябский полигон боевиками. Это могло привлечь внимание. В Кулябе уже было достаточно бойцов, чтобы даже в случае нападения выдержать довольно длительную осаду. А за это время оборудование можно было вывезти куда угодно. В тот же Афганистан, скажем. Но если покупатели решили прислать еще бойцов, они на то и хозяева.

Помощника Иванова звали Андрей. Он-то и должен был стать Джефом. Парень был здоровый, немного туповатый, но с реакцией молниеносной. Иванов объяснил ему задание. Заранее отправил в Куляб, чтобы точно к сроку, точно в нужном месте Андрей встретил отряд и проводил к кулябскому полигону.

Иванов не знал, что посылает парня на верную гибель.

Собственно, весь замысел Ладена строился на том, что отряд безо всяких условий возьмет оборудование тектонического оружия и переправит его в лагерь под Кабулом. Усама Бен Ладен ни с кем не хотел делиться. Даже с преданными ему людьми. Отряд в лагере тоже ждала не лучшая участь. Всех их давно приговорили к смерти. Усама внимательно следил за продвижением отряда по Афганистану. Тот самый четвертый, который сбежал, был его шпионом. Он даже рассчитал, что кавказцы в конце концов возьмут власть в отряде в свои руки. Не зря он так внимательно к ним приглядывался. И когда он договаривался с талибами и максудовцами, он уже знал, что кавказцы отделились от отряда. Шпион все время следовал за отрядом, сообщал ему обо всех передвижениях и переменах. Он послал этих сто двадцать человек только для того, чтобы выявить сильнейших. Как он и предполагал, ими оказались кавказцы. Ну что ж, остальные ему просто были не нужны. Вот тогда он и отдал их на растерзание талибам. У талибов, впрочем, был приказ, кавказцев отпустить восвояси. Это уже хитрый восточный ум талибов пришел к тому, что раз Ладен так заботится о каком-то небольшом отряде, значит, там что-то важное, значит, они попытаются обставить даже своего благодетеля.

Не получилось. Кавказцы теперь шли к Кулябу, их вел Андрей.

Андрей, в отличие от проводника, был разговорчив. Щуплый сразу же вызнал у него конечную цель и даже смутно стал догадываться, что за оружие Аллаха ждет их там.

На второй день пути Андрея зарезали. Теперь они знали все. Теперь они явятся на эту землю и вообще на Землю, как воины Аллаха, в белых одеяниях победителей. Нет, они не отдадут оружие Бен Ладену. Они сами устроят кровавый пир победителей.

К лагерю они пришли ночью. Но не стали выходить к охранникам, не стали обращаться с паролем, который назвал им Андрей, они снова затаились. Здесь было посложнее. Охранники были здорово укреплены. У них были и автоматы и гранатометы. Они могли пощелкать кавказцев за полчаса.

Щуплому не терпелось, но он понимал: самое трудное оставаться хладнокровным, когда цель близка, когда она вот, рядом.

Надо было ждать. Ждать удобного момента. А такой момент обязательно должен был наступить. До сих пор Аллах был на их стороне.

И такой момент настал. На третий день кавказцы заметили, что в окрестностях базы появились белые чужаки.

Охота на охотников — вот, оказывается, какого момента ждал Щуплый. Он рассматривал исподтишка здоровых, ловких ребят и понимал, что они настоящие противники. Правда, смогут ли они справиться с охраной? Впрочем, это тоже было не так уж важно. В бою и та, и другая сторона изрядно потреплют друг друга. И этим моментом как раз и воспользуются кавказцы. Охранников было мало, тех, кто собирался на них напасть, — всего трое. А их, кавказцев, было все еще двенадцать. Но Щуплый не хотел рисковать.

Теперь он достаточно ясно представлял себе, что за оружие Аллаха скоро будет в их руках. Он видел шахты, из разговора с Джефом-Андреем он понял, что речь идет не об атомных бомбах, но о чем-то куда более серьезном. Это оружие стирает с лица земли целые города, огромные территории превращает в руины. Как оно действует, Щуплый не знал, но в другом оружии он разбирался, сможет разобраться и с этим.

Ночью он собрал своих соплеменников.

— Мы можем сами напасть и на охранников, и на белых. Но мы будем ждать.

Соплеменники с ним согласились, хотя им тоже не терпелось побыстрее взять в руки карающий меч Аллаха.

А на следующий день тройка белых напала на базу. Бой кавказцы видели издали. Это был отличный бой. Белые действовали слаженно и умело. Охрану они положили за каких-нибудь полчаса. Всю. До единого человека. И при этом не были ни ранены, ни тем более убиты.

Когда тройка белых стала освобождать из подземелий заложников, Щуплый понял — их час настал.

— Аллах акбар! — сказал он.

Бойцы повторили клич. Небольшими группами по три человека они рассредоточились вокруг базы. Теперь нападать надо было с четырех сторон. Щуплый взял на мушку винтовки с оптическим прицелом самого здорового из белых.

Это был Боцман. Впрочем, Щуплый не знал его имени. Он сейчас выжидал момента, когда Боцман остановится и можно будет наверняка спустить курок.

А Боцман словно чувствовал опасность. Он бегал по развалинам, носил какие-то ящики, тянул какие-то провода. Ни на секунду Щуплому не удавалось поймать Боцмана в прицел.

Он знал, что еще двое из оптических винтовок тоже целятся в тех, кто напал на базу.

И пока не слышал выстрела.

Пока выстрела не было.

Боцман не просто чудом избегал пули снайперской винтовки. Еще минут пять назад они все заметили блеск оптического прицела. И теперь понимали, что бой вовсе не закончен. Они минировали шахты, базу, они отослали людей в укрытие, а сами делали вид, что ничего не замечают. Как же они обмишулились. Не проверили окрестности, полезли сразу к базе. А оказывается, Иванов не так глуп. Он выставил дозоры, которые их сейчас и накроют. Пока солдаты удачи не знали, сколько врагов вокруг. Но догадывались, что не двое-трое. Их может быть с десяток или даже два.

Решение пришло к Артисту.

— Ребята, их надо выманить. Издали они нас пощелкают в два счета.

— Как? — спросил Боцман.

— А вспомни людей в масках.

— Финт в бакинском дворце?

— Да. Какую шахту ты не заминировал?

Боцман незаметно кивнул на вход в ближайшее подземелье.

— Не успел.

— Вот и отлично. Теперь по одному спускаемся в заминированные шахты, а оттуда незаметно перебираемся в незаминированную.

— Ясно. Хитрость еще та! — на бегу сказал Муха.

Ни секунды они не оставались на месте. Это была игра со смертью. Но другого выхода остаться живыми и не дать врагам снова завладеть базой у них не было.

— А у тебя есть предложение лучше? — спросил Артист.

— Нет.

— Вперед, славяне.

И они по одному, но достаточно демонстративно скрылись в шахтах.

Щуплый не слышал, о чем говорят солдаты. Он видел только, что по одному они скрылись за люками.

И он отдал приказ наступать.

Его подвело нетерпение. Горячая кровь. Ощущение близкой победы. Желание стать властелином мира. Это было так близко. И всего-то несколько белых теперь стояли на его пути.