Хроника смертельного лета - Терехова Юлия Константиновна - Страница 130

Убедившись, что Валерия занята, они нырнули в синюю орловскую мазду и помчались в город. Пошатались по торговому комплексу, слопали по стаканчику мороженого, и решили, что готовы к «светской жизни». Они давно облюбовали небольшую пивную с бильярдом неподалеку от автобусной станции. Только раньше там на них посматривали косо и ничего, кроме кока-колы, не наливали. Но за этот год они оба вытянулись, даже возмужали, и редко кто давал им пятнадцать лет. Надеялись, прокатит и здесь. Ан нет. Чернокожая барменша потребовала у них удостоверения личности, а когда мальчишки замялись, не моргнув глазом, налила им безалкогольного пива. Разочарованно вздохнув, они взяли свои стаканы и уселись в углу, ощупывая глазами девчонок, которых в баре было немало.

Их особое внимание привлекла одна из них – темноволосая, высокая, в шортах, настолько высоко обрезанных, что открывались идеальной формы ягодицы. На ее длинных ногах красовались узорчатые ковбойские сапожки со скошенными каблуками и широким голенищем, придававшие ей бесшабашный вид. Она приплясывала посередине зала, красивая и лихая, держа в руке стакан с пивом. Она танцевала не для зрителей, а только для себя, но когда заметила двух мальчиков, не отрывавших от нее голодных глаз, вконец разошлась. Ее движения стали напоминать танец стриптизерши у шеста – шест этой красотке заменяли то стул, то стойка бара.

– Эй, Кэти, полегче, – крикнула ей барменша, – у меня приличное заведение!!

Девушка усмехнулась, отчего выражение ее красивого личика стало чуть загадочным, перестала танцевать и подошла к стойке, жестом попросив себе налить.

– Спорим, я ее склею! – выпалил вдруг Орлов, стараясь избегать полного иронии взгляда приятеля. Тот лишь ухмыльнулся, всем видом демонстрируя собственное превосходство.

Андрей вскочил со стула, чуть не опрокинув на Олега недопитое пиво, и рванулся к девушке. Кэти, похоже, ждала его, прислонившись спиной к барной стойке.

– Тебя можно угостить пивом? – спросил он, чувствуя, как покрывается холодным потом. Ни одна девчонка за всю его жизнь не производила на него такого впечатления. Даже Деми Мур в «Привидении». Он смотрел этот фильм пять раз. А сцена с гончарным кругом снилась ему ночами – с эротическим продолжением.

– Почему нет? – прищурилась красотка и чуть нагнулась вперед. Орлов понял, что джинсовая рубашка, завязанная узлом на гладком животе, надета прямо на голое тело. На ней не было лифчика! Круто! Перед ним была ее грудь – круглая, влажная после танца.

– Тебя зовут Кэти? – спросил он, моля Бога, чтобы голос не сорвался от напряжения. С ним что-то происходило – и то ли это, что он столько раз с нарочитым цинизмом обсуждал с приятелями? Если с этого восторженного трепета все начинается, как пережить то, чем все заканчивается?!

… Минут через пять они обо всем договорились. Андрей, смущенный и красный, вернулся к столику и открыл было рот, но Рыков его опередил:

– А как ты доберешься обратно?

– Она на машине. Обещала меня подбросить.

– Ну смотри, – Олег поднялся с расшатанного стула, доставая ключи от машины, – удачи тебе, Казанова. Потом расскажешь…

…«Форд Фалькон» шестьдесят восьмого года, громоздкий и обшарпанный, явно взятый напрокат, Кэти остановила неподалеку от озера, в месте, где обычно не бывало народа. Несколько секунд она рассматривала юношу.

– Ну? – наконец с нетерпением произнесла она. – Чего ты ждешь?

Андрей сглотнул слюну и нерешительно протянул руку к ее рубашке, так же робко дотронулся до ее груди. Кэти улыбнулась. Она сама развязала довольно тугой узел, и рубашка упала с ее плеч. Это было шоком. Он впервые видел так близко обнаженную женскую грудь, и она показалась ему верхом совершенства. Как же стучало – нет, грохотало – его сердце! Словно молот по наковальне. Она, видя растерянность юноши, сама взяла его руку и, приложив к одной из грудей, правильной полусферической формы, слегка сжала ее. И тут Орлова словно прорвало. Он опрокинул ее на сиденье и стал жадно, словно насильник, срывать с нее остатки одежды.

– Эй, эй, – Кэти тихо засмеялась. – Подожди. Не так быстро.

Обескураженный, мальчик замер: – Что-то не так?

– Может, поцелуешь меня для начала? – снова улыбнулась она.

– Да… прости, – Он неловко ткнулся ртом в ее губы.

– Уже лучше, – промурлыкала Кэти, – Гораздо лучше…

Когда все закончилось, она стала быстро одеваться. Его это удивило и несколько покоробило.

– Мне пора, – извиняющимся тоном сказала она, – мне надо на работу.

– Но как же так, – искренне, по-детски огорчился он, – мы же…

– Мы встретимся еще, – погладила она его по щеке, – в другой раз.

– Когда? – спросил он нетерпеливо. – Дай мне свой номер телефона!

– Посмотрим, – лукаво улыбнулась Кэти. – Давай я тебя подвезу. Я же обещала. Ты живешь в поселке? Мне как раз в ту сторону.

Они ехали четверть часа, а когда миновали въезд в поселок, Андрей стал показывать ей дорогу, не замечая, что она поглядывает на него все с большей и большей тревогой. Когда же Кэти остановила машину напротив коттеджа, который снимали Орловы, то растерянно захлопала ресницами, полуоткрыв рот.

– Ты хочешь сказать, что здесь живешь?

– Ну да, – кивнул Андрей. – Что, не нравится? Не Кэмп Дэвид[73], конечно, но ничего, жить можно…

– Значит, именно у вас я работаю с сегодняшнего дня, – констатировала Кэти и вылезла из машины. Она вытащила из багажника объемную сумку.

– Вот это да! – Андрей последовал за ней, не скрывая растерянности. – Ты что, наша… как это… служанка?

Кэти, казалось, его не услышала:

– А мне обещали, что я буду работать у русских…

– А я и есть самый настоящий русский, – излишне резко произнес Андрей и добавил на родном языке, – поди, первый русский в твоей постели!

Она обернулась и смерила его ехидным взглядом.

– Между прочим, я изучаю славистику в Гарвардском университете. Слышал про такой?

Андрей опешил.

– Ты знаешь русский?

– Ну, это громко сказано, – рассмеялась она. – Я больше специалист по старославянской письменности.

Он потрясенно молчал, машинально взяв у нее тяжелую сумку.

– Ни хрена себе, – потом выдавил он, – почему ты не сказала?..

– Не сказала – что? – она удивилась его наивному вопросу. – Ты один здесь живешь?

– С мамой, – смутился он.

– С мамой? – Кэти всплеснула руками. – Да сколько ж тебе лет?

– Шестнадцать, – Орлов неудержимо краснел от своего наглого вранья, а уши, всегда выдававшие его, начинали пылать.

– О Боже! – Кэти схватилась за голову. – Меня же теперь могут привлечь за совращение малолетних!

– А мы никому не скажем, не правда ли? – услышали они голос, и оба повернули головы.

В нескольких шагах от них Олег с интересом наблюдал за неуверенно озиравшейся Кэти, и за Андреем, в смущении топтавшимся рядом.

– Твой приятель? – кивнула в его сторону Кэти и приветливо улыбнулась: – Тоже русский?

– Да, у нас тут небольшой десант, – Олег тоже улыбнулся ей в ответ. Орлова укололо мучительное чувство. А Рыков продолжал смотреть на Кэти, не отводя голубых глаз.

– Что читаешь? – кивнула она на книжку в мягкой обложке. Олег держал ее, заложив пальцем страницу, на которой, видимо, остановился перед триумфальным появлением Андрея.

– «The Catcher in the Rye[74]», – ответил тот. – Читала?

– Это входит в обязательную программу средней школы, – сообщила она.

– Я читаю для себя, а не для программы.

– И как? – поинтересовалась Кэти. – Что ты думаешь о Колфилде?

– Думаю, он придурок, – презрительно дернул углом рта голубоглазый, но, чуть подумав, добавил: – несчастный придурок.

– Почему?

– Потому что он мыслит, как придурок и поступает, как придурок.

– А как бы поступил ты?

– В каком случае?

– Например, когда его достает Экли?

– Я б его убил. Мир бы только выиграл, если б такой кусок дерьма исчез с лица земли, – он говорил совершенно серьезно, без тени улыбки, но, увидев, как вытянулось ее милое личико, быстро добавил: – Я пошутил. Я бы его игнорировал – на что он мне сдался?