Самый дождливый октябрь - Комарова Ирина Михайловна - Страница 48

– Под ноги смотри, растяпа!

Ниночка была на месте, сортировала почту.

– Привет! – отсалютовала я.

– Привет! – сделал ручкой мой напарник.

– Привет-привет, – Нина улыбнулась. Мне – вполне дружелюбно, а Гошке – немного натянуто, но улыбнулась. Слава богу, войны не будет! – Давайте сразу к Сан Сергеичу, он уже ждет.

– Что-нибудь интересное надумали за ночь? – без предисловий начал совещание шеф, едва мы показались в дверях.

– Кое-что есть, – кивнул Гоша. – Сейчас Ритка доложит.

Я коротко изложила суть наших утренних рассуждений, и Баринов согласился, что Варвару, по крайней мере, пока, из нашего короткого списка можно вычеркнуть. Нина, привычно устроившаяся в дверях, молчала – значит и у нее возражений не было.

После меня, слово взял Гоша:

– Переходим к Вале. Тут все сложнее. Ритке она не понравилась, да и я, ручаться за ее искренность отказываюсь. Даже если мы верим, что она собиралась работать честно и сейф не вскрывала, это не значит, что Валя не могла прихватить из сейфа драгоценности. Раз уж сами в руки плывут, зачем отказываться? Моральный облик ей вполне позволял.

– А я сомневаюсь, что это она, – покачала головой Нина. – И моральный облик тут ни при чем, тут вопрос целесообразности. Она не могла не понимать, что окажется подозреваемой номер один. И если бы хозяева за нее не заступились, сидеть бы ей в камере и писать признательные показания.

– Валя держала Черникову на крючке, – возразил шеф. – И могла рассчитывать на защиту. Меня смущает то, что она тоже не имела возможности спрятать шкатулку.

– Почему нет? – заспорила я. – Из магазина она возвращается с большими пакетами, из дома может вынести мешок с мусором – это тебе не Варварина игрушечная сумчонка. Сунула шкатулку в пакет, вышла на улицу, шкатулку на помойку, а драгоценности себе в карман! Нет проблем.

– Допустим, так и было, – согласился Баринов. – А потом что? Допустим, Валя вернулась в квартиру сразу после того, как там побывала Варвара. Допустим, она увидела открытый сейф и шкатулку с драгоценностями. Взяла эту шкатулку, выгребла содержимое, шкатулку отправила на помойку, а украшения припрятала. Но у меня вопрос – куда? Валю обыскивали и, ни в сумке, ни, как ты говоришь, в карманах, у нее ничего не было.

– Мы такой вариант в самом начале обсуждали, – напомнил Гоша. – Если у нее был готов тайник, значит, она, все-таки, собиралась ограбить Черниковых. И Варвара с Хахалевым просто перебежали ей дорогу. А если она воспользовалась оплошностью Варвары, то тайника не было. И что ей тогда, совать шкатулку в дупло старого дуба?

– Никто и не говорит, что она не собиралась воровать, – снова вступила я. – Может, как раз, очень даже собиралась. А Варвара ей, как ты говоришь, перебежала дорогу. Или, наоборот, открыла эту дорогу. Если Валя не знала, как открыть сейф, а тут, вдруг, как подарок…

– Я не понял, – перебил его Баринов, – где, по твоему мнению, она спрятала драгоценности?

– Э-э… пока не знаю. Подумать надо.

– Гоша, а ты что скажешь? Или, тебе тоже надо подумать?

– Я уже подумал. И мне не нравится мысль, что шкатулку взяла Валя. Во первых, для нее слишком опасна была эта беготня – вернулась из магазина, увидела открытый сейф, снова вышла на улицу, причем, со всеми покупками – в квартире она ничего оставить не могла – Надежда Николаевна заметила бы. Значит, она, сначала со всеми пакетами в квартиру, потом, прихватив ко всему еще и шкатулку, из квартиры, потом, где-то припрятав драгоценности, что само по себе не рядовое мероприятие, снова в квартиру… А вокруг люди, соседи, которые ее знают. Кто-нибудь, вполне мог обратить внимание на такие странные маневры – что это она с полными кошелками туда-сюда бегает?

– Но не обратили же, – возразила я. – Народ сейчас пошел нелюбопытный, только своими делами интересуется. Что им до соседской домработницы?

– И все же, исключить такой вариант, Валя не могла. Кроме того, вспомни, она переключилась в последнее время на другой способ получения нетрудовых доходов, на шантаж. Зачем ей снова связываться с таким опасным промыслом, как воровство?

– Шантаж, в результате, опаснее оказался, – заметила Нина.

– Но Валя такого не предполагала. Она явно считала, что еще долго будет доить Черникову, что имеет прекрасный шанс присосаться к Варваре, да и еще ведь кто-то был, третий. Тот самый, который Валю убил.

– То есть, ты думаешь, что Валя ни при чем?

– Не то, чтобы совсем ни при чем. Во этой истории она явно замешана, по самую маковку. Но я почти уверена, что из магазина она вернулась честно, после Черниковой. Явилась, когда хозяйка пустой сейф разглядывала.

– А Варвару она, когда видела?

– Мало ли. Во дворе могла заметить или даже из магазина. Если Валя была в супермаркете, то он почти напротив дома Черниковых стоит и их подъезд, через стеклянную стену прекрасно просматривается.

– Ты туда заходил? – заинтересовался Баринов.

– Нет. Но от подъезда мне хорошо видна была очередь в кассу. Думаю, что и обратное верно.

– Ладно, я тебя понял, – проворчал шеф. – Предлагаю оставить Валю на подозрении, но не считать основной версией.

– А кто у нас тогда остается? Клиентка? – удивилась Нина.

– Эту версию мы тоже обсуждали, – поморщился Гоша. – И пришли к выводу, что это возможно, но маловероятно.

– Прекрасно, – Баринов улыбнулся. – Мы имеем сразу три маловероятных версии! По крайней мере, есть с чем работать.

Начать работу мы с Гошкой решили с самой неприятной версии и отправились к Надежде Николаевне Черниковой. Точнее, в дверь нашей клиентки позвонила я, а напарник пошел по квартирам – показывать фотографии сотрудников «Игрушечной страны» и уточнять, не видел ли кто человека со шкатулкой или с пакетом, в котором могла лежать шкатулка… Занятие стандартное, привычное, но вероятность успеха не велика. Я была рада, что Гошка взял эту нудную работу на себя.

Хотя, разговор с Надеждой Николаевной, тоже оказался удовольствием на любителя. Беседовать с клиенткой, постоянно держа в уме, что драгоценности, которые мы третий день ищем, могла прибрать к рукам именно она, мне было неловко. Черникова мою задачу не облегчала. Не хочу сказать, что она вела себя откровенно грубо, но была явно раздражена и скрывать своего раздражения не пыталась. Сидя на диване, я наблюдала, как она мечется по комнате, всплескивая руками.

– Я так и не поняла, что произошло! Муж сказал, что его диск украл Олег Викторович, это так?

– Он не сам это сделал…

– Да, я знаю, он послал эту девицу, Варвару. Но у них были ключи, и от квартиры, и от сейфа! Какое безобразие! Невероятное легкомыслие и безалаберность! Из-за того, что Петр разбрасывает вещи где попало, мы теперь вынуждены менять замки! Да ладно, черт с ними с замками, но мои изумруды! Главное, этот дурацкий диск Петру вернули, как будто он кому-то нужен!

– Ваш супруг был очень заинтересован в возвращении диска, – осторожно напомнила я.

– Глупости! Диск сам по себе ничего не значит. Прислал бы Володя все эскизы еще раз, это не проблема. Петру важнее было, чтобы диск не попал к конкурентам. Кстати, правда, что этим конкурентом оказался Олег Викторович?

– Правда.

– Черт побери. И Петр говорит, что его нельзя посадить. Почему? – продолжала возмущаться Черникова. – Если он украл, то должен сидеть в тюрьме!

– К сожалению, он повел себя очень осторожно. Всю черную работу для него сделала Варвара. Ее, кстати, уже арестовали.

– Эта девица! – небрежно отмахнулась Надежда Николаевна. – У нее мозгов вообще нет, это любому ясно! Я не возражаю, пусть и ее сажают, но первым делом, надо было посадить Хахалева! И пусть они вернут мои драгоценности!

– Варвара утверждает, что не брала шкатулку, – грустно призналась я.

– И что? – Черникова внезапно успокоилась и села около меня на диван. – Мне наплевать на то, что она утверждает. Я хочу получить назад свои изумруды.

– К сожалению, у нас есть основания верить ей.