Пути любви - Тайхом Анжела - Страница 42

Какого черта он ее разыскал? Они благополучно разводились, и если бы он не обратил на тот инцидент никакого внимания, она бы тоже не стала…

— Я устала. Ты, наверное, тоже. — Ее язык заплетался, она отвернула от него свое заплаканное лицо и взмолилась, чтобы он ей не возражал. Только не сейчас! — Лучше поговорим завтра. Я хочу спать.

Она даже шпильки вынула, распустив волосы, как доказательство того, что намеривается тут же залечь. Безо всяких возражений, Джослин встал, пошел к выходу, и уже взялся за ручку двери, когда, словно вспомнив что-то, обернулся и сказал:

— Дай слово, что ты никуда не убежишь и я увижу тебя завтра утром. — И с нажимом на последнее слово, добавил: — Нам надо поговорить.

Гейл утомленно кивнула:

— Хорошо. Даю слово.

Он ушел, а она, скинув с себя простыню и зарывшись в пуховое одеяло, с удивлением подумала о том, что подобная мысль вообще ни приходила ей в голову. Она и не собиралась никуда бежать…

Бессонная ночь давала о себе знать. Глаза резало так, словно в них насыпали песка. Она то и дело зевала и все не решалась выползти из постели.

Проваляться бы так целый день! И не думать о том, что кто-то тебя ждет. Вообще, ни о чем не думать…

Часы показывали одиннадцатый час. Она попыталась представить, чем мог сейчас заниматься Джослин, но ей это не удалось.

Зачем он приехал?

Наказать ее? Вернуть обратно? Договориться о разводе?

Ни то ни другое, не попадало под его вчерашнее поведение.

В дверь осторожно постучали, а затем, голос Мэг неуверенно спросил, можно ли войти?

Гейл весьма удивилась предупредительности подруги, никогда раньше подобным качеством не отличавшейся.

— Входи!

Дверь не спеша приоткрылась и в комнату с подносом в руках вошла Мэг.

— Что это с тобой? — позевывая, поинтересовалась Гейл. — Ты пол часа стояла под дверью. Обычно ты вваливаешься и требуешь, чтобы я немедленно вставала. Ммм…что ты принесла, кофе?

— Кофе и бутерброды. У тебя ужасный вид.

Мэг поставила поднос на кровать и озабочено посмотрела на Гейл. Та же не обращала на нее никакого внимания, наливая себе кофе, и откусывая бутерброд.

— Ты всю ночь не спала?

— Угу.

— …Одна?

Гейл перестала жевать и изумленно взглянула на подругу.

— Глупее я ничего не слышала!

Она шумно, совсем не деликатно отхлебнула горячего кофе и возмущенно пробормотала:

— Чего ему здесь делать?

Мэг пожала плечами, достала из кресла домашний пеньюар и кинула его Гейл на кровать, красноречиво подняв бровь.

Гейл решительно отставила от себя поднос и стала выкарабкиваться из-под одеяла. Одев пеньюар и обув ноги в тапочки, она подошла к зеркалу и простонала.

— О, Боже!

Из зеркала на нее смотрело собственное лицо со спутанными волосами и красным рубцом на щеке от подушки. После непродолжительного молчания, она в задумчивости спросила:

— Мэг, зачем он приехал?

— По-моему, ты лучше должна знать, в конце концов, он твой муж, а не мой. — Мэг начала заправлять ее постель, взбивая подушки, и разглаживая морщинки на одеяле.

— Может быть, Эллиот, был все-таки прав?

— В чем? В том, что обвинил в грязных махинациях твоего мужа? Не знаю. Но ты тоже ничего не узнаешь, если будешь по-прежнему трусливо скрываться в этой комнате. Давно бы встала и все выяснила. Терпеть не могу все эти хождения вокруг да около!

— Так он мне прямо и сказал: «Знаешь, Гейл, это я тебя разорил! А тогда я все соврал!»

— Хватит паясничать! — Мэг скрестила на груди руки. — Ты думаешь, что если не выйдешь из комнаты, он сам к тебе не придет?! Тебе так хочется предстать перед ним в таком виде?

— Я что, так кошмарно выгляжу? — Гейл вновь обеспокоено стала разглядывать себя в зеркале.

— Ну не так, что бы очень…

— Ладно, ладно, убедила! С меня хватит и вчерашнего!

— О-оо, а что было вчера? — тут же заинтересовалась Мэг.

— Да просто кошмар! Когда он вошел, я вся была в мыле и с зеленой маске на лице.

— Что, правда? — Мэг расхохоталась. — И как он отреагировал?

— Он испугался! Прекрати смеяться! Мне было вовсе не смешно! Лучше помоги сделать прическу!

Джослин расслабленно сидел на краешке ее письменного стола. Но стоило ей войти в кабинет, его взгляд тут же приобрел озабоченность, словно он беспокоился за нее после вчерашнего вечера. Это привело ее в замешательство и она слегка покраснела.

«Черт, неудачное начало!», — подумала она.

— А ты не плохо здесь устроилась, — оглядывая кабинет, отделанный деревянными панелями, прокомментировал Джослин.

В глубине души его небрежное заявление ей польстило.

— Да, но мне это стоило не малых усилий. — Она чопорно поджала губы.

— И денег, как я полагаю… Скажи, а те побрякушки, что ты позаимствовала в моем сейфе, ты их все продала?

Ей захотелось солгать, но она все же сказала правду:

— Только некоторую часть. Ведь, как я понимаю, это были фамильные ценности, не так ли?

Он кивнул и вновь начал с любопытством оглядываться, оценивая взглядом дорогие книжные шкафы с прозрачными стеклами, обитые парчой кресла, камин, из темного мрамора, словно бы переоценивая их заново.

— Не удовлетворишь ли мое любопытство — как тебе тогда удалось найти столько денег? — Его губы неожиданно цинично искривились: — Надеюсь, для этого тебе не пришлось выходить замуж вторично, и вновь скрываться бегством, прихватив с собой небольшое состояние мужа?

«Ах ты, болван! Бесчестный завистник! Ты думаешь, что женщина может иметь успех только благодаря мужчине?!»

Гейл не на шутку разозлилась, и потому тоже не удержалась от ехидства:

— Ну, зачем же повторять пройденный этап, когда можно до конца использовать и первый? — она холодно улыбнулась. — Деньги дала мне твоя мать, и она же помогла приобрести здесь недвижимость.

На едва уловимое мгновение его лицо исказилось — выдав его удивление, но он быстро совладал с собой, и вскочив со стола, подошел прямо к ней.

— Браво, моя дорогая! — Его вкрадчивый шепот стал напоминать ей урчание кота: — Я рад, ведь двоемужество преследуется по закону. И поверь, мне бы искренне не хотелось, что бы остаток жизни, графиня Мейдстоун провела в Ньюгейтской тюрьме, так и не подарив мне законного наследника.

Гейл безнадежно вздохнула. Кажется, его ничем нельзя достать, он все равно повернет все так, как ему нужно!

— Скажи мне, Джос, зачем ты приехал?

— У меня такое ощущение, что ты мне не рада. — Он театрально вздохнул. — Подумай сама, дорогая. Весь Лондон гудит, как встревоженный улей — куда же подевалась молодая жена графа? Уж не убил ли ее он, в припадке ярости за то, что она женила его на себе? Мне даже стало неудобно общаться с друзьями, они все время настороженно смотрят на меня, ожидая, что я что-нибудь этакое выкину…

Итак, он не собирается говорить ей правду. Он будет паясничать, насмехаться, но никогда не скажет истинной причины своего приезда. Но она не позволит ему, увести ее в этот омерзительный Мейдстоун-хаус! Ни за что!!!

— Ну, так вот! Я с тобой никуда не поеду, даже не надейся! Так что можешь, собирать свои вещи, и сваливать отсюда!

— Фи, дорогая, — ее муж поморщился, — как это грубо с твоей стороны! Если ты не желаешь со мной никуда ехать, хорошо, тогда я останусь здесь с тобой. Мне кажется, тебе не помешает моя помощь. Жители этого городка, почему-то ужасно не любят тебя, да и наш бизнес, как я слышал, уже не процветает! В отличие от тебя, этим утром я не терял времени даром и прогулялся по городу…

— Подожди! Что ты сказал? Наш бизнес?! О чем это ты?

— Какая ты не догадливая! Подумай хорошенько, на чьи деньги ты приобрела гостиницу, ателье и фабрику, кажется, я ничего больше не упустил? — Джослин вопросительно посмотрел на нее. — Так вот, на мои, отсюда и вывод — мы совладельцы! Как видишь, я справедлив, а мог бы запросто присвоить все себе. Однако я принял во внимание то, что целый год одна ты управляла всем этим, так что сделал тебя полноправным партнером.