Форексмен (СИ) - Малашкин Александр Сергеевич - Страница 42

Филипп побежал запирать ворота.

– Им бы «скорую», – сказал молодой, когда Тарас приказал всем вылезать.

Выбираясь из машины, его старший товарищ запротестовал:

– Ты чё, Гош, совсем дурак? Никаких «скорых»! Я сейчас сам себя перевяжу, меня пуля только задела. А Максу, если чё, вытащу, умею.

– Заложник где? – спросил Тарас, тыкая одному из них пистолетом в спину.

– В доме, в доме он! – услужливо откликнулся молодой.

– Тогда шуруйте первыми. – Тарас взглянул на Филиппа: – Разыщи в машине аптечку, а то они сейчас тут всё кровью зальют, и давай за нами.

Но на этот раз Филипп не послушался. Он грубо растолкал троицу, протиснувшись в дом впереди всех. Дверь, похожая на вход в подвал, была заперта. Ключ отсутствовал и в замке, и визуально поблизости. Филипп начал пинать ее.

– Дайте ключ! – приказал он.

Появившись на пороге с искаженным от боли лицом, Жлоб полез во внутренний карман, достал странный маленький ключик и протянул Филиппу.

– Это шутка? Ключ не отсюда!

– Зачем… тебе… ключ от подвала? – почти плача, спросил он.

– Я тебе сейчас вторую ногу покалечу! Ключ!

– Твой друг не в подвале… он в той комнате… она не заперта!

Филипп ринулся по коридору. Вбежал в комнату. Темно. Включил свет. На полу, пристегнутый наручниками к батарее, сидел Миша. Отданный Жлобом ключ оказался ключом от браслетов.

Еще секунду назад на лице Мешка сосредотачивалось горе и волнение, но куда это все подевалось, когда в дверях появился друг? Разбитые губы, подбитый глаз, расцарапанная щека – но лицо не скрывало счастья, которое он сейчас испытывал.

Филипп тоже ощутил радость. Друг, хоть и немного избитый, но живой, а о косметических дефектах пусть заботятся гламурные подонки.

– Я уже почти впал в отчаяние, – улыбнулся Миша, потирая запястья. Попытался встать, но от долгого сидения в неудобной позе ноги не слушались. Филипп подал руку и рывком поставил грузного друга на ноги.

– Эти кретины тебе еще что-нибудь сделали? – спросил Филипп, внимательно осматривая Мишу. На нем его любимая футболка и джинсы. Футболка немного надорвана. С джинсов на всякий случай сняли ремень. Обычно так поступают с пленными, чтобы, в случае побега, с тех спадали штаны. Но Мишино пузо держало вещь увереннее любого ремня.

– Поколотили чутка, и всё, – сказал Мешок, отряхивая пыльные волосы.

– Тебе нужно умыться, обработать ссадины и приложить лед. Пойдем, отыщем кухню или ванную.

Они вышли в коридор. На полу без сознания валялся Жлоб. Над ним склонился молодой и звонко хлестал его по щекам. Второй раненый сидел на полу с задумчивым видом. Тарас бескомпромиссно держал их на прицеле. Он глянул на Мишу, тот остановился.

– Добрый вечер, – сказал Тарас, смерив Мишу наблюдательным взглядом.

– Здравствуйте, – ответил Миша.

Филипп легонько подтолкнул друга в плечо и сказал:

– Разыщи пока умывальник, а я принесу этим козлам аптечку и вернусь.

Кирпичный особняк Жлоба, вместительный и с виду вполне солидный, внутри был аскетичен до безобразия. Стены обиты голой, не мореной и даже не лакированной вагонкой. В мебели – полная безвкусица. Так свои особняки обустраивали люди, вышедшие из девяностых. Но Мешку плевать: он склонился над ванной, отыскал шампунь и стал мыть голову. Он не мог нормально думать, пока в слипшихся волосах находились древесные опилки, комки грязи и обрывки паутины.

Минуту спустя Филипп без стука вошел в ванную, даже не подумав, что этим напугает друга.

– Прости.

– Одной ссадиной больше, одной меньше. – Мешок потер голову в том месте, где ударился о кончик крана. – Этот крутой лысый мужик в кожаной куртке с тобой? Где ты его взял?

– Долгая история.

– Я уже реально думал, нам конец. Меня поймали, тебя должны были вот-вот. Кстати, эти козлы, насколько я понял по их разговорам, – сотрудники ФСБ.

– Еще они крышуют Жлоба вместе с его казино, – кивнул Филипп. – Мне уже известно.

– Нифига ты перец! – Мешок обернулся. – Такую работу проделал, и всего-то… за сутки. А моя подсказка сработала?

– Еще как. Я не сразу догадался, зато Тарас – это имя лысого мужика – понял в момент. Правда, он и без этого вычислил бы место твоего нахождения, у него поддержка продвинутая. А сам-то как узнал, что вы именно в Пивоварово? От тебя не скрывали?

– Еще как скрывали! Мне сразу на голову накинули мешок, как схватили, я бы и не знал, куда повезли, но они в разговоре друг с другом случайно проболтались, а потом – еще раз, разговаривая с кем-то по телефону. Сами не заметили, а я все это услышал и решил придумать подсказку на тот случай, если дадут с тобой поговорить. Сидя на полу в той комнате, в полной темноте, я начал над этим работать. Они несколько раз заходили – о тебе спросить, в морду дать. Особенно тот молодой, Гоша, кажется, проявлял особое рвение. Но я даже после этого не прекращал думать, пока не сочинил более-менее пригодную фразу. Конечно, у меня были опасения, что ты не поймешь, но тогда перед самим собой совесть у меня была бы чиста – я попытался.

Он остановил воду и взял полотенце.

– Кстати, за те часы, которые я там просидел, мне многое в этой жизни стало ясно, – признался Миша.

– Что именно?

– Долго рассказывать. Скоро сам увидишь.

Мешок хорошенько вытер лицо, волосы, затем скомкал полотенце и небрежно бросил в угол. Потом демонстративно туда же плюнул, словно хотел сказать: всё, с этим неприятным жизненным эпизодом покончено.

Они вышли из ванной и услышали внушительный голос Тараса:

– И вы, ублюдки, встаёте на сторону этого подлеца?! Вы, призванные защищать закон и служить обществу! Что же вы делаете, твари?

– Но ведь они сами совершили разбойное нападение и кражу в особо крупном… – попытался возразить старший фээсбэшник.

– Ну и ловили бы их с соблюдением всех правил закона. Человек нарушил закон – человек перед законом ответил. Какого черта вы заложника взяли, еще и издевались над ним? Вас кто наделил такими правами? А насчет денег – доказано ли, что именно они их украли? А?! Я спрашиваю, доказано?

– Нет.

– Нет, – повторил Тарас. – Ваш Максим что-то перепутал: у этих парней своих денег достаточно.

– Но по телефону он сразу согласился всё вернуть, даже не отнекивался.

– Да вы его напугали! Лучшего друга похитили, засаду средь бела дня устроили. Угрозами сыпали. Вот парень и ляпнул с перепугу. В такой ситуации все, что угодно, скажешь. Кто бы осмелился возражать, когда другу грозят отрезать пальцы? Ложь во спасение, разве это плохо?

– Но ведь тот, который был у нас, тоже всё подтвердил.

– Под пытками и не такое скажешь.

Филипп с Мишей остановились в дверях, с восхищением слушая, как говорит Тарас. Оказывается, он не только отличный боец, но еще и человек здравомыслящий.

Пришедший в сознание Жлоб сидел на полу. Молодой перевязывал его рану. Как и в случае с другим раненым, пуля не нанесла серьезных повреждений.

Старший фээсбэшник, сидя на табуретке со спущенными штанами, обрабатывал йодом неглубокую рану.

– Ладно, – подытожил Тарас, – я трем взрослым дядькам понятия разжевывать не стану, сами понимаете, что не правы. О ваших делах доложу наверх. Выдам правду, как вы потворствуете нелегальному игорному бизнесу, как захватываете и пытаете людей. Пусть местное управление ФСБ протрясут, как клоповник.

Раздался звон колокольчика. Жлоб повернулся в сторону одной из комнат. Филипп уловил это движение и поспешил заглянуть туда. Звон раздался снова. В темной каморке светился экран монитора. На него в четыре сектора поступало изображение с камер наружного наблюдения. Филипп подошел ближе: за воротами – полицейский УАЗик и два человека. В руках одного светился фонарик, он совал его в щель ворот, пытаясь что-то разглядеть во дворе.

– Гвардия мигалок пожаловала! – громко сообщил Филипп.

– Ну, что, расскажем полиции всё, как есть? – ехидно спросил Тарас, обращаясь к похитителям-неудачникам.