Римма. Невеста для князя (СИ) - Смыгина Наталья - Страница 14

Горыныч ухмыльнулся, правая голова подмигнула левой и шоу началось! Ах, как пронзительно верещал Жутиков, когда правая и левая головы длинным языками выковыривали его из избы и тащили через окошко! Не только я, но и вся округа поняла, что у Соловья Разбойника появился достойный соперник. Зато потом, весь перелет, оруженосец сидел тихенький, судорожно вцепившись в пластинки Горыныча и плотно зажмурив глаза. Мне же, после испытанного ужаса от полета на метле, полет на Горыныче казался вполне комфортным и безопасным.

Глава 7

Войско Яромира расположилось на берегу реки. С высоты полета ярким золотисто-алым крылом реял стяг наследника. Серебристые доспехи воинов ярко сверкали в лучах полуденного солнца. У обозов со свежевыструганными осиновыми кольями колдовали чародеи.

Я перевела взгляд. Над болотами поднималась черное облако — двигалось войско Гастона Черного.

Горыныч, как большой самолет, стал кругами заходить на посадку. Когда мы приземлились, встречали меня по-княжески. Я по крылу Горыныча достаточно ловко — спасибо спорту и тренажерному залу! — спустилась на землю, опасаясь оступиться и упасть под тысячами устремлённых на меня глаз. Яромир подал мне руку и вывел в центр круга, образованного войсками и чародеями.

— Други, сегодня я представляю вам мою невесту — ведьму Римму.

Чародеи выступили вперед, среди них я узнала многих из тех, кого видела в пещере, я почувствовала чужую магическую силу и непроизвольно выставила вперед ладонь, ставя защиту, одновременно второй ладонью перекинула к ним радугу — как символ добрых намерений.

Чародеи одобрительно заулыбались. Потом у стоящего с краю чародея в ладонях заплясали язычки зеленоватого магического пламени. Чародеи стали передавать его друг другу, каждый присоединял к пламени свой язычок. Как я поняла из увиденного, не каждому чародею это давалось безболезненно: чем больше дар силы, тем легче чародею давалось соприкосновение чужого пламени — чужой силы. В результате мне протянули уже ярко полыхающий разноцветными язычками огонь, удерживаемый двоими чародеями в бронзовой чаше. Я на мгновение задумалась, потом зажгла свой язычок пламени, мерцающее зеленый, и протянула его к общему огонь, погрузила ладони в гудящее пламя. На мгновение руки защипало, словно я их опустила в ледяную воду. «Я — ведьма, избранная и одаренная силой!» — подбодрила я себя и по пальцам, ладоням разлилось приятное тепло, побежало вверх по рукам. Я улыбнулась. Одновременно общий разноцветный огонь ярко вспыхнул и окрасился в ровный цвет моего мерцающего зеленым язычка пламени. Изумленные возгласы заставили меня оторвать взгляд от пламени и обратить внимание на чародеев. Судя по удивлению на их лицам, что-то из сделанного мной было очень неожиданным, но весьма лестным для меня.

— Настоящая Ведьма! — пронеслось среди чародеев.

— Мы признаем тебя равной, — произнес Светомир, появившись в центре.

Войско ответило троекратным «ура!».

— Отныне ты Нареченная невеста Князя! — провозгласил Светомир, оборачиваясь за чем-то к стоящему за ним чародею.

Тот шепнул что-то и развел руками. Светомир нахмурился. Ритуал явно на чем-то споткнулся.

— Кольцо!.. Кольцо Нареченной!.. — пронеслось по рядам.

— Кольцо исчезло, — провозгласил чародей.

По рядам воинов и чародеев пронесся недовольных вздох. Я поняла, что кольцо, которое не понятно куда запропастилось, не просто украшение. Пошумев, решили, что первоочередная задача — победить нечисть, а потом кольцо, безусловно, отыщется — ибо это дело чести — и тогда уж похитителю не поздоровится. Яромир шагнул ко мне, протянув ладонь. Я вложила свою руку. Князь коснулся губами моей руки.

— Ура!

— Слава Князю!

— Слава Нареченной!

Мы с Князем стояли в центре у чаши с магическим пламенем.

— Отныне, ты Князь, наследуешь власть над нашим народом, — провозгласил Светомир. — Все владеющие даром силы присягают на верность тебе.

Чародеи отсалютовали нам сотнями ярких радуг.

Вслед за ними к чаше подходили воеводы. Каждый опускался на одно колено и приносил клятву верности.

— Присягаю на верность Князю и его Нареченной. Мой меч — твой меч, моя сила — твоя сила, во славу Света!

А потом касались мечом магического пламени. Яркие искорки разбегались по зеркальному лезвию. Каждый воевода относил на своем мече часть пламени к своему войску. Через некоторое время весь военный лагерь, опустившись на одно колено, касаясь мечами магического огня, приносил присягу.

Когда клятва была произнесена, Яромир, теперь уже Князь, опустил свой меч в огонь пламени, а я — ладонь.

— Присягаю на верность моему народу, моей земле! Во славу Света!

Разведка донесла, что войско Гастона Черного выбралось из болот и, грязное и злое, движется вперед. Кикиморы сдержали обещание, задержав, на сколько смогли, продвижение войска нежити.

Яромир взмахнул рукой и войны стали выстраиваться в ряды. Тяжелая конница, которой предстояло разбить строй упыриного войска на два, выдвинулась вперед. Пехотинцам предстояло тяжелыми двуручными мечами, разрубать стальные доспехи упырей-мутантов. А следующий строй воинов с осиновыми кольями и лучники с серебряными стрелами должны будут поражать нечисть.

Неожиданно я заметила, что жара спала, и на солнце наползло невесть откуда взявшееся облако.

— Не к добру это, — произнес Светомир. — Ишь, как навострилась нечисть поганая!

На холме появилось войско Гастона. Тень от нахального облака закрывала их, и лишало нас преимущества. Упыри ринулись вперед.

— К бою, други! Во имя Жизни и Света! — раздался голос Наследника.

Светомир, вскинув руки вверх, замер, сосредоточенно глядя на небо. Несколько чародеев присоединились к нему, я догадалась, что они стараются прогнать облако, как видно, созданное силой упыринных магов. Желая помочь чародеям, я стала представлять, как мощный поток солнечного света пронзает облако и обрушивается на землю.

Сосредоточившись на том, что бы прогнать и рассеять облако, мы пропустили момент, когда наши войска во главе с Яромиром двинулись вперед. Наконец, облако поддалось нашим объединенным усилиям и стало съёживаться и таять. Мощный поток солнечных лучей рухнул на землю в тот момент, когда первые ряды нашей конницы врезались в монолитные ряды упырей. Громогласное «ура!!!» слилось со звоном мечей. Горыныч, подмигнул мне, приглашая на посадку. Я взобралась на него, и мы взмыли ввысь.

Не успела я подумать о том, как, наверное, эффектно смотрюсь в серебряных доспехах на зеленом Горыныче, как увидела, что навстречу нам несется стая знакомых тварей Гастона. Огромные черные птицы летели четким строем, не оставляя сомнения в своих враждебных намерениях. Мои размышления, достать ли из ножен меч или оставить руки свободными для молний, прервало покашливание сзади. Я резко обернулась — Жутиков.

— Эт ещё что за птички? С ними что ли воевать собираешься?

— У этих пташек зубы как у нильских аллигаторов, — ответила я. — Да, и в глаза им смотреть нельзя ни в коем случае — парализует.

— А ты-то откуда знаешь? — насмешливо спросил он.

— Уже встречались. Они нам с Ягой ступу съели, пришлось на метле уходить, — пояснила я. — Так что вы уж поосторожнее, — предостерегла я и принялась разминать пальцы, решив, что молнии будут подейственнее меча.

— Предполагается, что мне оружие не нужно? — сварливо поинтересовался мой спутник, внимательно наблюдая за мной.

Мне стало даже совестно, почему-то никому даже в голову не пришло позаботиться о вооружении Жутикова. Я молча сняла лук и колчан с серебряными стрелами и передала Владимиру Николаевичу.

— Стрелять-то сумеете? — спросила я.

— Обижаешь, — хмыкнул он и поправил очки.

— Держись крепче, Нареченная! — предупредила одна из голов, обернувшись ко мне. — Жарко будет!

На разговоры больше времени не оставалась.

— Прикрывайте спину! — крикнула я Жутикову.