Уроки лидерства от Монаха, который продал свой феррари - Шарма Робин С. - Страница 7

— Друг, прошу тебя, мне нужна твоя помощь, что­бы отыскать Сивану. Я пытаюсь найти мудрецов, — закричал Джулиан, — я иду уже почти семь дней без воды и пищи. Наверное, я заблудился.

Путник резко остановился. Приблизившись к незна­комцу, лицо которого скрывалось под капюшоном, Джулиан поразился его невозмутимому виду. Внезапно солнечный луч озарил лицо путника, и Джулиан увидел, что это мужчина. Много повидавший на своем веку Джулиан Мэнтл еще никогда не встречал человека, похожего на этого. Судя по всему, возраст путника приближался к шестидесяти, но на его оливкового цвета лице не было морщин. Тело незнакомца казалось упру­гим и энергичным. Этот человек просто источал жиз­ненную силу. Взгляд же его был настолько проница­тельным, что Джулиан поневоле отвел глаза.

— Мне не понадобилось много времени, чтобы по­нять, что я наконец отыскал одного из Мудрецов Си­ваны, — сказал Джулиан, и, хотя с той поры прошло уже много времени, его голос все еще дрожал от вол­нения. — И вот там, высоко в горах, я раскрыл перед этим мудрецом свою душу.

Я сказал ему, кто я такой и что стремлюсь познать. Я рассказал ему о своей прошлой жизни в мире бизне­са, о сердечном приступе и о моей жажде открыть секреты настоящего лидерства в труде и в жизни. Я умолял отвести меня к его собратьям и помочь мне открыть для себя их мудрость.

Внимательно выслушав рассказ Джулиана, человек положил руку ему на плечо и мягко сказал:

— Если ты действительно всем сердцем желаешь постичь мудрость лучшей жизни, то мой долг помочь тебе. Я и впрямь один из тех мудрецов, которых ты так долго ищешь. За многие годы ты первый, кому удалось разыскать нас. Прими мои поздравления. Я восхищен твоим упорством. Должно быть, ты был стоящим адво­катом. Если хочешь, можешь идти со мной в наш храм, будь моим гостем. Наш храм расположен в укромном уголке этой горной местности, идти до него надо еще много часов. Мои братья и сестры примут тебя с ра­достью, вместе мы научим тебя древним законам и принципам, которые наш народ наследовал у своих предков в течение многих веков.

Однако мудрец поставил перед Джулианом одно условие:

— Перед тем как привести тебя в наш скрытый от чужого взора мир и передать наши знания, я должен взять с тебя одно обещание. Хотя мы и живем среди этих величественных гор как отшельники, мы остро ощущаем тревоги вашего мира. Лидеры всех рангов пытаются справиться с грандиозными переменами и катаклизмами, которые несет с собой новая эпоха веде­ния бизнеса. Никогда еще конкуренция не была столь жесткой. Никогда перемены не происходили так быст­ро. В то время как рушатся моральные устои, люди пытаются найти прочный фундамент своей жизни. На фоне всеобщего хаоса люди утрачивают чувство лояль­ности к своим фирмам. К великому сожалению, многие перестали видеть смысл в том, чем они занимаются. А это в свою очередь ведет к утере смысла жизни. Твой сердечный приступ — яркое тому подтверждение. Но у этих людей есть надежда. И эту надежду прине­сешь им ты.

— Как я смогу дать им надежду? — спросил Джу­лиан. — Ведь я сам оказался здесь, чтобы научиться у тебя.

— Не беспокойся, — ответил мудрец, — пребывая с нами среди этих величественных гор, ты откроешь для себя уникальную систему принципов настоящего лидер­ства. Мы передадим тебе формулу, с помощью которой любой предприниматель сможет в корне изменить стиль работы своей компании и поднять ее до невозможных ранее высот процветания. Мы также научим тебя веч­ным истинам личного лидерства, которые помогут тебе вновь обрести смысл жизни и начать жить совершенно по-новому. Немногие в этом мире удостаиваются чести познать мудрость лидерства, которую тебе предстоит обрести. Вместе с тем чрезвычайно важно, чтобы она стала доступна каждому. Поэтому, прежде чем приоб­щиться к нашей культуре и познакомиться с моими братьями и сестрами, ты должен дать одно обещание.

Затем мудрец попросил, чтобы Джулиан пообещал передать уроки, которые он получит из уст Великих Мудрецов Сиваны, всем, кто будет в них нуждаться. Он попросил, чтобы Джулиан стал тем посредником, который распространит на Западе вечные знания вос­точных мудрецов и таким образом изменит жизнь мно­гих людей. Джулиан тут же принял условия монаха и обещал донести знания мудрецов Сиваны на Запад со всей искренностью и усердием.

— Я и есть один из тех, кто нуждается в послании мудрецов, — вставил я.

— Уверяю тебя, Питер, ты не разочаруешься. Ни ты, ни твоя фирма уже не будут такими, как раньше.

Оставив в стороне свой обычный скептицизм, я спросил с несвойственным мне энтузиазмом:

— Когда же мы начнем?

Наверное, я уже был сыт по горло тем застоем, в котором так долго находилась наша фирма. Я надеялся, что Джулиан предложит мне проект обновления и пре­образования, в котором мы так нуждались. Хотя у Джулиана и было много недостатков, единственное, в чем можно было не сомневаться, — так это в его правдивости.

— Давай встретимся завтра, во второй половине дня. В пять часов устроит? — спросил Джулиан, за­пустив правую руку в складки своей накидки.

— У меня назначена встреча с одним из наших ведущих партнеров, но я перенесу ее. Конечно, в пять часов подойдет, Ваше Святейшество, — сказал я с улыбкой. — Встретимся здесь? Кажется, тебе понра­вился мой розарий. Да и охрана тебя уже знает.

— Честно говоря, я думал о другом месте. Давай встретимся в нашем старом гольф-клубе. Я хочу кое-что тебе показать.

При этом он достал из глубин своей туники дере­вянную пластинку, напоминающую формой часть паз-зла. Он подбросил ее в воздух — так же как раньше поступил с золоченым мячиком, — чтобы я смог ее поймать.

Улыбнувшись на прощанье, Джулиан развернулся и вышел из кабинета, пройдя мимо пивших кофе в при­емной охранников. «До завтра!» — услышал я его уда­ляющийся голос.

Провожая взглядом длинную алую накидку моего бывшего партнера по гольфу, развевавшуюся в такт его смолкающим в глубине коридора шагам, я в недоумении покачал головой. Впервые за долгое время я ощутил радостное возбуждение. В конце концов, быть может, у «Глобальных Технологий» еще есть надежда? Воз­можно, мне удастся снова вдохнуть бодрость в ряды своей команды? Может быть, я снова обрету ясное видение перспектив моей некогда процветающей фир­мы? Что, если эта особая система лидерства, которую Джулиан постиг в Гималаях, позволит нам использовать возможности современного рынка и добиться невидан­ных ранее успехов? И наконец, возможно, я узнаю, каким образом Джулиан сумел преобразовать самого себя.

Поймав себя на том, что я не отрываясь смотрю на кипу документов на письменном столе, я отвел глаза и стал изучать деревянную пластинку-паззл, которую бросил мне Джулиан. Я заметил на ней какой-то рису­нок. Однако, как ни старался, я не мог понять, что бы он мог значить. Потом я разглядел, что на пластинке были вырезаны еще и слова. «Как странно», — поду­мал я. Надпись почти стерлась от времени. Я достал из ящика письменного стола увеличительное стекло. Нако­нец я смог прочитать: «Ритуал 1: Соедини зарплату с целью».

Глава четвертая

Из всех прекрасных истин о душе, которые

были возрождены из забвения в наш век,

самая радостная, полная божественного

откровения и надежды, следующая: ты

сам — повелитель своей мысли, творец

своей натуры, создатель своих обстоя­-

тельств, своего окружения и своей судьбы.

Джеймс Аллен

Сердце мое застучало быстрее, когда я свернул на трехрядную загородную дорогу, которая должна была привести меня в мой гольф-клуб — тот, что считался одним из самых престижных в стране. Среди его членов были судьи, сенаторы, финансисты и знаменитости. А десятилетняя очередь на членство в этот клуб отчетливо демонстрировала, что в обозримом будущем ситуация не изменится. Принадлежность к этому клубу я считал своей большой удачей. Конечно, было бы еще лучше, если б я мог посещать его регу­лярно. При всех тех проблемах, с которыми столкнулись «Глобальные Технологии», в последнее время партия в гольф казалась мне несбыточной мечтой.