Люди Быка - Щепетов Сергей - Страница 57

– Правильно… – пробормотал Семен. Он испытал чувство, близкое к ужасу, – такого он ни на каких уроках никому не рассказывал. Более того, он этого САМ НЕ ЗНАЛ!

– Дальше давай!

– Вот я и думаю… В год катастрофы много народа погибло. Популяции животных и людей на потери реагируют вспышкой рождаемости… Только после катастрофы ресурсов стало не больше, а меньше, и многолюдное поколение оказалось как бы лишним. Теперь те люди стали взрослыми… Ну, они собрались со всей округи в стаю и куда-то поплыли – куда вода принесет.

– Скажи, пожалуйста, – вкрадчиво попросил Семен, – откуда ты про популяции знаешь?

– Из школы, конечно! – удивленно ответил Юрайдех. – Вы ж нам рассказывали, Семен Николаевич!

«Такого я НЕ рассказывал!!» – хотел заорать учитель, но сдержался. Нужно было немедленно, срочно, сейчас же придумать объяснения – для самого себя. Мысли проскальзывали и срывались, словно на какой-то шестеренке в мозгах обломился зубчик. Семен попытался его восстановить:

– Ты что же, помнишь все, что я рассказывал? Вроде бы в школе ты не блистал способностями. А ну-ка, скажи мне состав гранита – быстро!

– Кварц, полевые шпаты, слюда…

– Чем синклиналь от антиклинали отличается?

– Одна вогнутая, а другая выгнутая…

– Геохронологическая шкала!

– Кембрий, ордовик, силур…

– С ярусами! – совсем обнаглел учитель. Юрайдех пожал плечами и начал перечислять.

В голове у Семена загудело – чтобы вспомнить все это самому, нужно было приложить изрядное усилие. И уж конечно – вне всякого сомнения! – ни на каких уроках никому он такой информации не давал – зачем она здесь?!

– А длительность их помнишь? – безнадежно спросил великий реформатор и спаситель мира.

– Конечно, – кивнул Юрайдех. – Сказать?

– Не надо! – отмахнулся Семен. Его могучий интеллект явно начал давать сбои. – Может, ты моих несостоявшихся невест и любовниц из другого мира перечислишь?

– Перечислю, – улыбнулся парень. – Их же немного было…

– Но-но! – вяло возмутился Семен. – Побольше, чем у некоторых! Это ты тоже в школе узнал?!

– М-м-м… Э-э-э… – Юрайдех был явно смущен. – Вот как-то… Знаю – и все!

«Есть! – осенило наконец Семена. – Есть разгадка! Когда сын был маленьким, я учил его русскому языку. Для этого рассказывал всевозможные байки и, конечно, пытался вступить с младенцем в ментальный контакт. Мне тогда казалось, что с этим ничего не получается, поскольку ребенок еще ничего толком не соображает. На самом же деле контакт, наверное, был, и парень бессознательно перекачал в себя мои знания. Причем, все без разбора, включая и совершенно ненужные. Правда, он что-то говорил о саморегуляции популяций… Скорее всего, это тоже моя память, а «новой» информация мне кажется из-за того, что данное воспоминание я никогда не активировал. В мозгах же сына после посвящения активировалось все – все стало пригодным для оперативного употребления! То есть получается, что он и в школе-то зря учился?!

А что там с географией? С болотным народом? Вот это может оказаться настоящим бредом. Но может и не оказаться. Болотная страна, в принципе, могла явиться из моей же памяти – с тех давних времен, когда я видел карту инопланетян. Только это – вряд ли. Тут скорее другое. Когда я сам проходил посвящение, то в предсмертном «глюке» видел, к примеру, саблезубых тигров. Как потом выяснилось, они именно такие и есть. Данный факт, а также опыт общения с неандертальцами наводит на мысль о существовании некоего… Пара-пространства? Над-чувственного психо-информационного поля? Да хоть горшком назови, но что-то такое явно существует в реальности. Подключаться к ЭТОМУ мне опасно и сложно, а ему, получается, нет?! Вдруг мой Юрка получил «свободный доступ»? И его кроманьонский мозг смог такое выдержать?! Но из этого следует, что надо немедленно кричать «полундра!» и собирать ополчение! Или мы просто оба сошли с ума?»

– Собирайся, – сказал Семен. – Поедем в форт – вместе. Только лошадей где-то достать нужно.

– Не нужно, – улыбнулся Юрайдех. – Нас Тобик отвезет.

– Так это твой мамонт шумел?!

– Конечно! Я позвал – он и пришел!

Разрешение на «похищение» сына Семен получил без особого труда. Это было, конечно, явным нарушением традиции, но у старейшины Кижуча просто не было времени на споры. Да и ему ли спорить с главным и единственным жрецом Служения Людей?!

Молодой мамонт Тобик был широко известен в соответствующих кругах как лучший бегун и многократный лауреат конкурсов по решению примеров с иксами и игреками. Эти примеры, в сочетании со своеобразным мамонтовым аллюром, к концу пути привели Семена в плачевное состояние – и моральное, и физическое. О его сыне такого сказать было нельзя. Проделав почти весь путь бегом, парень не выглядел уставшим, а только сильно встревоженным.

Всаднику пришлось всю дорогу развлекать мамонта, который оказался на удивление «интеллектуальным», и поэтому думать «о своем» Семен почти не мог. Тем не менее в его мозгах обозначился хвост какой-то мысли – болезненной и досадной, как заноза. То ли он что-то упустил в своих рассуждениях о сыне, то ли в чем-то ошибся. Складывалось впечатление, будто он не заметил какой-то факт, какую-то совсем уж дикую несообразность или наоборот – проморгал подсказку, но вот какую? Семен так и не сообразил – по прибытии стало не до этого.

Даже не поздоровавшись толком с беременной Эльхой, Семен влез вместе с сыном на смотровую площадку своей «избы». И вздохнул облегченно – кругом тишь, гладь, благодать. Тишь, правда, относительная – в учебных бараках закончился последний урок. На свежий воздух вывалилась добрая сотня учеников, и на территории форта поднялся такой гвалт, что ни в сказке сказать, ни пером описать.

– Господи, – поморщился Семен, как же неандертальские детишки выносят такой шум?! Столько лет действует школа, а я этого понять так и не смог!

– Я тоже, – улыбнулся Юрайдех. – Привыкают, наверное.

– Ну, – перешел к делу Семен, – где твои «болотники» на пирогах?

– Близко, – твердо ответил парень. – Завтра, наверное, будут здесь.

– Глупости-то не говори! – почти рассердился Семен. – Мы пустыне! Выше по течению и неандертальцы живут, и наши питекантропы – уж всяко, наверное, чужих бы заметили или почуяли. И предупредили бы!

Юрайдех ничего не ответил – он продолжал всматриваться в широкий речной простор. Теплый ветер трепал его длинные белокурые волосы, прижатые кожаным обручем воина-лоурина. Семен невольно залюбовался сыном: «Волевой подбородок, высокий лоб, нос правильной формы, не то что у меня. И усы уже приличные выросли… В общем, понятно, почему у девушек такой нездоровый интерес к нему – на подсознательном уровне, наверное, чувствуют «элитного» партнера. Но в целом лицо мое, только черты получились более тонкими, аристократичными, что ли… И ростом вышел, и статью, только сутулится слегка… Но-но! – осадил сам себя родитель. – В моем мире из таких вот красавчиков сплошь и рядом получаются отменные мерзавцы. Да и неизвестно еще, что у него с головой!»

Волевым усилием Семен попытался превратить себя из отца взрослого сына в простого вождя и учителя народов, на котором лежит ответственность за целый мир. Это почти получилось, и мысли двинулись в другую сторону: «А вдруг он прав?! Кажется, в последние дни ветер, в основном, дует с низовьев – что тут почуешь? Да и кому чуять-то?! Все мужчины, оставшиеся в верхних неандертальских поселках после ухода каравана, сейчас охотятся в степи. А питекантропы, наверное, их сопровождают. По сложившейся традиции, во время «страды» пангиры помогают охотникам перетаскивать добычу, а их за это кормят мясом от пуза. В поселках остались лишь женщины и дети – что они могут?! Только разбежаться при виде опасности… А здесь что творится?! Когда-то название «форт» немного соответствовало действительности. Теперь же это не фортификация, а черт знает что! Частокол почти развалился, от засеки осталось лишь воспоминание. Заросли с двух сторон стали, правда, еще гуще и непролазнее, зато со стороны реки обрыв осыпался и обвалился, а на берегу образовался чуть ли не целый порт со складами и причалами… Гос-споди, да ведь мы, по сути, беззащитны! На сотню детей – двенадцать взрослых мужчин, включая нас с Юркой! Вон у мостков привязан катамаран, на котором через реку обычно плавает Хью и его люди, – значит, они на этом берегу. В их поселке остались только женщины и дети… О чем молиться?! – мысленно возопил вождь и учитель народов. – Чтоб тревога оказалась ложной, а мой сын – идиотом?! Или наоборот?»