Люди Быка - Щепетов Сергей - Страница 51

«Допустим, на нас собираются напасть. Что можно сделать? Снять лагерь и убраться отсюда? Но по такому снегу мы сможем двигаться, в лучшем случае, со скоростью пешехода – всем, кроме каюров, придется идти на лыжах впереди каравана и торить лыжню для нарт и собак. Остаться на месте, занять оборону? Но вероятный противник знает о нашем местонахождении и может адекватно спланировать атаку… Ч-черт, и видимость безобразная!»

Когда окончательно рассвело, даже Семен смог разглядеть сквозь снежные заряды черную полоску вдали. Собаки начали рваться и лаять. По-видимому, стадо стояло на месте, а если и приближалось, то очень медленно. По приказу начальника лагерь был свернут, груз увязан, собаки запряжены.

– Тронулись! – дал команду Семен и занял место в арьергарде. В принципе, часть оружия можно было свалить на задок нарты, но он решил весь арсенал тащить на себе: арбалет, сумку с болтами, пращу, сумку с камнями и, конечно, пальму, древко которой исполняет роль лыжной палки. И со всем этим вперед – сквозь пургу.

Семен перегревался изнутри и жестоко мерз снаружи. Плюс к этому в короткие просветы между снеговыми зарядами он видел, что стадо позади скорее приближается, чем отдаляется.

Километр… Километр… Еще километр…

Местность сделалась совсем открытой, а склон, вдоль основания которого они двигались, более крутым и ровным. Даже не будь пурги, в левую сторону видимость не превышала бы сотни метров. К тому же сменился ветер – стал дуть в основном навстречу.

Далеко впереди Хью вышел из строя и остановился, пропуская мимо себя упряжки. Когда Семен с ним поравнялся, неандерталец спокойно сказал, показывая вперед:

– Там бык тоже. Много.

– Очень мило с его стороны, – сказал Семен и злобно выругался. – Я на его месте еще бы и сверху зашел! Капюшон надень – голову отморозишь и будешь ошибаться, как я.

– Голова морозить нет, – усмехнулся Хью и постучал себя пальцем по низкому широкому лбу. – Там кость один!

– Не один, а несколько! – поправил начальник своего подчиненного. – Останавливай караван к чертовой матери! Нарты ставь в круг – вплотную. Собак распрягайте и привязывайте!

Из груженых нарт составили кривобокий многоугольник. С собаками пришлось повозиться – они норовили вырваться и убежать, словно чуяли опасность. Ветер вдруг стих, воздух очистился от снега, и Семен, взглянув вверх, мрачно усмехнулся:

– Ну вот, на сей раз не ошибся!

Дело в том, что некоторая свобода выбора при принятии решения у него все-таки имелась: к примеру, можно было не останавливаться, а продолжать движение в другом направлении. Уходить вправо было бесполезно – через пару сотен метров начинался кустарник, забитый, вероятно, снегом по пояс. А вот ровный пологий склон слева выглядел очень соблазнительно. Только теперь на перегибе этого склона в какой-нибудь сотне метров от каравана одна за другой стали возникать фигуры бегущих быков и… людей!

Три… Пять… Восемь… Одиннадцать!

Сосчитать людей Семен не смог – оказавшись на склоне, они отстали, и животные заслонили их своими телами. Семен слишком долго прожил в этом мире, чтобы спутать убегающее от опасности крупное копытное с разъяренным самцом, атакующим противника. «Как они умудрились их так разозлить, ведь сейчас не период гона?!» – мелькнула глупая и бесплодная мысль.

Изматывающе-тягостное развитие событий сменилось их стремительным калейдоскопом. С ужасающей ясностью Семен понял: он не знает, что делать в такой ситуации! «Нарты быкам не помеха – их и человек перепрыгнет. Они нас просто сметут…»

– И-айти! – негромко прикрикнул Хью, и пятеро неандертальцев подняли тяжелые взведенные самострелы.

– Хетху, Утхо, Лиук – тыгана тау!

Трое обнаженных по пояс (когда успели раздеться?!) парней перепрыгнули через нарты и, увязая в снегу, вразвалку побежали навстречу быкам. Через десяток шагов сначала один, а потом и двое других начали раскручивать над головой длинные связки ремней с оплетенными камнями на концах.

Это – бола!

Такие орудия появились у «цивилизованных» неандертальцев давно. Сначала Семен счел их увеличенной репродукцией бола лоуринов, с которыми те охотятся на мелких птиц. Он подумал, что это простое обезьянничание, мода на которое скоро пройдет. Однако она не прошла, а только шире распространилась. Оказалось, что своеобразное строение плечевого сустава не мешает неандертальцам отправлять в полет эти тяжелые треххвостые штуки. А вот как «продвинутые» хьюгги их используют в деле, Семен так и не удосужился поинтересоваться – ему хватало хлопот с их «дикими» сородичами.

– Дгама! Ти дгама! – сказал Хью. – Май-а!

«Первого, только первого, – машинально перевел команды Семен. – Стреляйте!»

– Туп! Туп-туп, туп! – недружный залп, больше похожий на очередь.

Бегущий тяжелой рысью на полкорпуса впереди других черный бык мотнул рогатой головой, сбился с такта и пихнул боком соседа. Тот шарахнулся в сторону, освобождая дорогу раненому, и при этом сам, вероятно, кого-то задел. В переднем ряду образовался просвет – прямо напротив парней. Но быки были уже близко – чудовищно близко. Казалось, остановить их может лишь бетонная стена.

И тогда полетели бола.

Огромные рогатые звери были слишком близко, чтобы кто-то из метателей мог промахнуться.

Слишком близко, чтобы кто-то из парней мог рассчитывать на спасение…

В этом мире Семен повидал много варварских приемов и войны, и охоты. Но это зрелище, растянувшееся на несколько секунд, заставило его содрогнуться.

Передние ноги трех бегущих вниз по склону животных внезапно оказались спутанными. Один из быков захромал, резко сбавил скорость, и задний налетел на него, сбив с ног. Двое других просто грянулись наземь, один даже перевернулся через голову, придавив спиной неандертальского парня. На упавших налетели бегущие сзади…

Удары.

Звериный рев.

Лай собак…

И в финале, как театральный занавес, плотный заряд снега, почти скрывший от зрителей жуткую сцену. В этой белой мути – совсем рядом – мелькнули огромные серые тени – уцелевшие быки промчались мимо.

В общем шуме Семен еле расслышал новую команду по-неандертальски.

Пять тяжелых, обтянутых несколькими слоями кожи щитов образовали стенку поверх груза, уложенного на нарты. Личный состав сгрудился за ними. Семена заставили согнуться и втиснуться в середину.

Он успел увидеть, как парень-неандерталец обламывает древко торчащей из плеча стрелы. Какое-то время Семен слышал лишь отрывистые команды Хью, стук тетивы самострелов, собачий лай, мычание и рев раненых быков впереди. Потом он распрямился и увидел поверх щитов цепь наступающих – она приближалась, образовав вогнутый полумесяц. Копья воины несли за спиной и на ходу стреляли из больших луков. По-видимому, им сильно мешал боковой ветер, но они были совсем близко – подходили к тушам мертвых и раненых быков.

– Все в кучу! Стрелять только в крайних!

Чья-то рука пригнула вниз Семенову голову, с боков его стиснули так, что он почти не мог пошевелиться. И Семен сделал единственно возможное в его положении – выпустил древко пальмы, опустился еще ниже – к самым ногам неандертальцев. Руки получили некоторую свободу, он вытянул из чехла нож и безжалостно перерезал все ремни, на которых висело его оружие и боезапас. Убрал нож обратно в чехол и…

И чуть не упал на истоптанный снег – давление прекратилось, окружавшие его ноги пришли в движение.

– А-р-р-а! – прошептал Семен, вскакивая с пальмой в руке.

Вокруг уже плескалась рукопашная. В ней, похоже, участвовала сама природа – поле боя накрыло плотным снеговым зарядом.

Последнее, что успел он подумать перед тем, как включиться в кровавую игру, – надо бы отпустить собак, чтоб не мешались под ногами. Впрочем, в кругу нарт их уже не было.

Атакующие перли со всех сторон, так что места для драки хватило всем.

…Этот неандертальский парень, похоже, стрелял до последней возможности и теперь оказался с арбалетом в руках вместо палицы. Этой тяжеленной штукой воин буквально вбил в землю одного противника, ударом в плечо отбросил второго далеко в сторону, а до третьего дотянуться не смог – копье, пропоров одежду, вошло ему глубоко в живот. Владелец копья умер немедленно – Семен рубанул его клинком пальмы по шее.