Черный лебедь. Тетралогия (ЛП) - Мид Ричел (Райчел) - Страница 231

— Это как случайный стук в стене, — объяснял мне один человек по телефону. — Обычно, когда кондиционер начинает работать.

— У вас есть система кондиционирования?

— Да.

— Я не думаю… но на деле, может быть, что-то происходит с кондиционером?

Он обдумал это в течение нескольких минут.

— Мало вероятно. Он никогда не делал так прежде. У меня эта система работает в течение многих лет.

— Ну, — терпеливо ответил я, — вещи изнашиваются со временем.

— Я не знаю. Я уверен, что это призрак.

Я вздохнула.

— Были ли у вас другие признаки? Я имею в виду, не видели ли вы привидение или чувствовали холодные места?

— Нет, — сказал он после другой долгой паузы. — Но я иногда чувствовал теплые места

— Теплые места? — спросила я. — Это, как правило, показатель спектрального присутствия.

— Ну, они там. Даже если кондиционер работает, в доме по-прежнему довольно горячо.

Я стиснула зубы.

— Если кондиционер сломался, мы могли бы объяснить шум и почему он не охлаждет ваш дом.

Парень был явно настроен скептически.

— Я думаю, что это призрак. Как вы думаете, она может прийти и посмотреть?

— Да, но это может занять некоторое время. ее график довольно плотный.

— Все нормально, — сказал он. — Призрак отчасти закаляет характер. Возможно я даже не захочу избавляться от него.

Мы назначили встречу, и я повесила трубку, мрачно думая, что впустую потратила десять минут своей жизни, которые я уже никогда не верну. А ещё я поняла, что опять думаю о Дориане. Не о том, что он будет делать с телефонными клиентами, конечно. Но этот клиент был как раз из тех, кого Дориан любил подразнить. Я уже видела, как он с серьезностью кивает парню: “Звучит заманчиво… Расскажите подробнее о вашем призраке”.

Тем не менее, через несколько дней мне пришло в голову, что я действительно делала жизнь Кэндис легче. Я также помогала Чарльзу, который был освобожден от дел с кондиционером-призраком. Я решила, что раздражение от обслуживания клиентов было небольшой платой за гостеприимство.

После недели или около того моей трудовой деятельности, Эван удивил меня дневным визитом. Он был в своих обычных джинсах и футболке, но, очевидно, очищеных и не имеющих типичного износа от работы на открытом воздухе.

— Я хотел спросить, не хочешь ли ты пойти посмотреть еще несколько местных достопримечательностей, — сказал он мне. — Там плантации к югу отсюда. Это исторический памятник.

Я поморщилась.

— Спасибо за предложение, но я не очень люблю историю этих мест. Мне становится слишком сложно быть взволнованной.

Он кивнул, его лицо было серьезным.

— История некрасивая, но это удивительное произведение архитектуры. А иногда… Иногда это хорошо, это напоминает о вреде прошлого.

Комментарий удивил меня. Я знала, что Эван не был ни глупым, ни близким по взглядам, но находясь с Кэндис, было легко думать, что они были все с непринужденным шармом.

— Хорошо, — сказала я.

Я посмотрела на бизнес-телефон Кэндис.

— Голосовая почта может взять все на себя сегодня.

Мы поехали в глубь страны, примерно в часе-полторах от Кэндис. Земля была красивой, и глубоко укоренившиеся деревья яростно сражались, чтобы сохранить свои зеленые листья, в этой желтой и коричневой местности. Эван оставил открытыми окнами, и я откинулась на спинку кресла с закрытыми глазами, наслаждаясь потоком воздуха.

Странная тоска вдруг нахлынула на меня, наполняя мой взгляд изображениями пустынных кустарников и вишни в цвету. Терновое и Рябиновое королевства. Как много времени прошло с тех пор, как я здесь? Почти месяц? Время, казалось, невозможно длинным и коротким. Тоска во мне росла все интенсивнее, и в этот момент, я бы сделала все для моего царства. Меня эти земли призывали и раньше и я знала, что это внезапная срочность пришла не от них. Все это было из-за меня, из-за моего собственного ухода из Иного Мира. Если земли не искали меня, то связь Жасмин с ними должна была их удовлетворить. Так или иначе, это заставило меня чувствовать себя хуже.

— О чем ты думаешь? — спросил Эван.

Я открыла глаза.

— Ты смотрела так, словно была за миллион миль.

— Почти, — сказала я с легкой улыбкой. — Кажется, немного по дому.

— Я могу себе представить, — сказал он. — Я ездил немного, но большую часть своей жизни я был здесь. Не уверен, что сделаю, если бы вдруг меня забрали отсюда.

— Планируешь остаться здесь до конца своей жизни? — спросила я.

— Да, — сказал он, не задумываясь. — Я люблю эту землю. Я люблю свой дом. Я даже люблю своих студентов. Ты не услышишь этого от учителей, которые освобождаются от школы, но от меня? Я скучаю по детям все это время. Не могу дождаться, чтобы вернуться в нее.

— Ты преподаешь это каждому студенту?

— Почти.

— И тебе не скучно?

— Нет. Я люблю материал. И дети всегда разные, так что для них это новое каждый раз. Это интересно видеть.

Я покачала головой в страхе.

— Это в своем роде удивительно.

— Что? Что я люблю детей?

Я рассмеялась.

— Нет, нет. Что ты так доволен своей жизнью. Я не думаю, что это такое уж частое явление.

Он пожал плечами.

— Когда у тебя есть все необходимое, зачем усложнять ее? Я имею в виду, что я хотел бы семью когда-нибудь, но кроме этого, у меня происходит много хорошего. Люди слишком заняты сожалениями по поводу того, чего они не имеют, и вязнут в попытках достигнуть этого. Но радость есть в настоящем. Важно только сделать большинство этих моментов своими. Следить за будущим, но не забывать пользоваться настоящим.

Его глаза остановились на мне на мгновение, прежде чем вернуться на дорогу. Эван никогда не делал никаких романтических увертюр мне или вел себя в любом случае по-джентльменски. Это было прекрасно для меня. Он мне немного нравился, но после того, что я пережила, я ни в коей мере не была готова принять участие в новых отношениях. Тем не менее, я получила вибрации с его стороны, что он не будет возражать против более существенного между нами. Его слова лишь подтвердили это, хотя у меня сложилось впечатление, что он был более терпеливыми. Он действительно был доволен тем, что мы имели сейчас.

И вот это было замечательно в нем. Он был доволен, жил в мире с тем, что у него было. Он не был бездельником, но и не сгорал в стремлении установить новый мировой порядок, как я переживала с Дорианом и Кийо. Там было больше махинаций, здесь — простая любовь к жизни. Все было несложно с Эваном, и мне пришло в голову, что, может быть, не такая уж это плохая вещь. Моя жизнь была сложна так долго, что я никогда не задумывалась, чтобы жить без всего этого. Так страшно было бы отпустить политику Иного Мира и пророчество? Может быть, для меня и моих детей было бы хорошо жить среди людей, которые просто безоговорочно любят тебя.

Но не существует простых ответов, конечно, ни один из них не подходил мне сегодня. Вскоре мы прибыли на плантацию, и это было великолепно, как Эван и сказал. Главное здание было построено в стиле эпохи Возрождения в Греции, растянутое и с большой верандой, на столбах. Эван въехал на гравий автостоянки, а затем повел нас к одному из соседних зданий, которое, очевидно, было преобразовано в центр для посетителей. Пока мы шли к нему, я остановилась и посмотрела с удивлением.

— Наконец-то пойдет дождь, — сказала я.

Эван остановился рядом со мной и хорошенько посмотрел на небо:

— Я ничего не слышал об этом. Посмотри, на небе ни облачка.

Это было правдой. Не было ничего, кроме открытого синего неба над нами, в сочетании с беспощадным южным ветром. Тем не менее, я знала, что будет буря до того как мы доберемся домой. Я чувствовала это каждой частичкой моего существа. Воздух гудел. Вспомнился Огайо, и я немного запаниковала — вдруг этот неожиданный шторм может быть волшебно подстроен. Я сделала глубокий вдох и почувствовала свою истинную природу. Нет, это реально. Естественное изменение погоды, которое была крайне необходимо.