Вставай! Страна огромная! (СИ) - Мех Сергей Леонидович - Страница 42

Поэтому, единственное, что я смог уяснить для себя, это то, что, в основной массе, содержимое представляло собой набор карт, приказов и директив. Отправителем являлся Генеральный штаб ОКХ, то есть командования Сухопутных сил Вермахта. Но, среди бумаг были и экземпляры с автографами не только генерал-фельдмаршала фон Браухича, но и его коллеги, Кейтеля.

Как известно, к началу боевых действий на восточном фронте, он занимал должность начальника штаба Верховного главнокомандования вооруженными силами Германии, сокращенно OKW. Роль Главнокомандующего играл, как известно, сам Гитлер. Великий фюрер германской нации, выдающийся военачальник и гениальный АКТЕР. Который просто блистал в этой труппе непризнанных гениев. А так как известно, что короля играет свита, то и окружение было ему под стать.

Не в том смысле, что немецкие генералы были плохими тактиками и стратегами. Практически все они были зубрами, прошедшими выучку в суровой школе Рейхсвера, где, как известно, верховодили прусские аристократы. Но вот найти в себе мужество противостоять гениальным выходкам Гитлера, так и не смогли. В большинстве своем. Те кто все таки осмеливался перечить усатому неврастенику, в конечном итоге оказывались очень далеко от Берлина. Примером тому могут служить Роммель, или Гудериан, после поражения под Москвой осмелившийся высказать собственную точку зрения. Выживали только особи на подобие Кейтеля. Более известного, по своей кличке: ЛАКЕЙтель, которой был удостоен за свое искусство прогибаться перед фюрером. И не зря, потому и смог удержаться на своей должности, начальника штаба OKW, до самого начала конца. Правда под этот самый конец, его немного понизили, до начальника штаба ОКХ, но в этом ничего обидного не было, поскольку и Гитлер из Главкома ВС, тоже стал простым Главкомом Сухопутных сил. Что, в принципе и логично. Поскольку к концу войны, ВВС, то есть Люфтваффе, приказало долго жить, в ввиду того, что и самолеты и летчики у Германии, просто напросто закончились. ВМФ, или Кригсмарине, накрылось медным тазом, потому что все военно-морские базы были, к тому времени уже захвачены союзниками. Вот и остались только сухопутные войска, которыми и рулил, на последок. Он даже давал поиграть в солдатиков своему лучшему другу, наци N2, рейхсфюреру СС Генриху Гиммлеру. Дабы тот не обижался, что придется умирать, а покомандовать немецкими солдатами так и не пришлось. Правда, ничего хорошего из этого не вышло.

И вообще, Германии всю войну не везло на всеразличных Главно- и просто командующих. Потому что Гитлер их держал при себе в качестве мальчиков для битья. Ну и, при неудачном, для него стечении обстоятельств на фронте, чтобы было из кого сделать «козла отпущения».

Но это все было потом, после первых поражений немецких войск на восточном фронте. А пока, в период победоносного наступления германских войск, так называемого «Drang nach Osten» — натиска на восток, весь генералитет, уверенно сидел на коне, махая шашкой и раздавая указания направо и налево. Правда и у них бардака хватало. Взять к примеру чехарду творившуюся в Главных штабах.

Поскольку функции Главного штаба OKW, по управлению войсками, были чисто номинальными, то основная нагрузка приходилась на штабы войск. Главный штаб Сухопутных войск, ОКХ (Oberkommando des Heer), который, кстати, формально вообще не подчинялся OKW, Главный штаб ВМФ, ОКМ (Oberkommando der Marine), и Главный штаб ВВС, ОКЛ (Oberkommando der Luftwaffe), который, к тому же был образован только в 1942 году. А до этого, имело в своем составе, сразу два штаба — Генеральный (Generalstabes der Luftwaffe) и Главный (Luftwaffenfuhrungsstabes).

— И все эти штабы считали, что круче них только яйца, а выше них только звезды. Соответственно, плевать они хотели, с высокой колокольни на указания сверху, из штабаOKW.

Разумеется, что при таком изобилии инстанций в управляющем звене, были неизбежны различные накладки и дублирование. Подтверждением этому и были эти три конверта, предназначенные для одного адресата, а именно, для командира 3-й танковой группой, генерал-полковника Германа Гота. В конвертах находились документы за подписями Браухича, Кейтеля и даже Гитлера.

При виде автографа последнего у меня аж слюнки потекли, при одной только мысли о том, сколько можно было «тонн зелени» срубить на каком-нибудь аукционе, типа Согби или Кристи. Да и остальные документы, тоже определенной степени вкусности.

— Но, низзя-я! Иначе мой блеф по направленному вбросу информации для конкретных людей из руководства Советского Союза, может лопнуть, как мыльный пузырь. Если пренебрегать правилами, хорошо известными, в наш век информационных технологий, то так оно, в конечном итоге, и произойдет.

Ведь, для того, чтобы получатель информации ПОВЕРИЛ, в ее достоверность он должен: во-первых, думать, что ему удалось самостоятельно прийти к определенным выводам, а во-вторых, чем через большее количество ступеней в логической цепочке, которая складывается в голове у получателя информации, пройдет (в ходе ее анализа), на пути к определенным выводам — тем ювелирнее направленный вброс.

Вот именно для достоверности, или, применительно к нашему случаю, для ювелирности и нужно как можно большее количество однотипных документов определенной направленности. Которые, в своей совокупности, и смогут создать общую картину планов германского командования в отношении событий на восточном фронте.

Чтобы составить общее впечатление о содержимом конвертов мне даже не пришлось прибегать к услугам хозяина пасеки. Судя по его богатому прошлому, вкупе с аристократическим происхождением, в среде которых знание иностранных языков было обязательным. Плюс к этому, полученное еще в империи, военное образование, предписывало изучать язык вероятного противника. Поэтому он просто обязан был владеть немецким, на достаточно приемлемом уровне, для того чтобы помочь мне разобраться с документами. Но, после беглого просмотра, прилагаемых к ним карт, с нанесенной оперативной обстановкой, необходимость в этом отпала.

Да иначе, просто и быть не могло. Ведь, с начала войны, времени прошло, всего ничего. И оперативные планы немецкого командования, просто физически, не могли столь кардинально изменится. Для того чтобы это могло найти отражение в течении исторического процесса, да и просто ближайших планов обеих сторон.

Я конечно надеялся, что та горсть песка, которую мне удалось сыпануть в буксы германской военной машины, со временем скажется. Причем в лучшую, для положения советских войск сторону. Но вот ожидать, что это произойдет мгновенно, было бы, по крайней мере наивно. Ведь за первую неделю войны передовые части той же танковой группы, просто физически не могли бы достичь рубежей на старой границе. И это еще без учета предложенной мной тактики пчелиных укусов, которая способна если и не остановить, то существенно замедлить продвижение подвижных частей. Ведь она и была, изначально, направлена на противодействие тактики «блицкрига», где ставки делались на механизированные части, повышающих мобильность и скорость передвижения войск.

Согласно этой тактики, упор делался на первоочередной вывод из строя техники и, по возможности, водительского и командного состава. Именно для этого была предложена мной схема противотанковых и снайперских засад, а также состав разведывательно-диверсионных групп, и их задачи в тылу противника.

— Правда, остаются сомнения, по вопросу реализации моих нововведений. Ведь стоит только тому же Сталину, или какому-нибудь начальнику, рангом пониже, категоричным тоном запретить их выполнение, и все: «тушите свет, сливайте воду». Все мои труд насмарку.

Остается только надеяться, что не все они там, в командовании РККА, поголовно «деревянные», и должны понять, при наличии успешных действий, хотя бы единичных групп, в эффективности именно этой тактики. Во всяком случае, для периода начала войны. Которая даст возможность не только занять устойчивую оборону по рубежам на старой границе, но и, при удачном стечении обстоятельств, успешно провести мобилизацию.