На пути Тайфуна (СИ) - Калмыков Александр - Страница 66

   Еще одна проблема, которая требовала безотлагательного решения, это наметить сеть подъездных путей. Болотисто-лесистая местность имела неоспоримые преимущества при обороне, но они же оборачивались недостатками при организации снабжения. Немногочисленные дороги, существующие здесь, не позволяли обеспечить подвоз боеприпасов ко всем местам наших будущих позиций. Поэтому нужно будет наводить гати в болотистых местах, а кое-где в лесах прорубать просеки.

   Честно говоря, первое время пользы от меня было мало. Распределять бойцов по разным видам работ и заведовать инструментом я поручил Свиридову. Бывший старшина имеет в этих делах хороший опыт, и справится с организацией работ лучше меня. Все, что от меня требовалось сделать, это показать, откуда и куда копать. Дальше командиры взводов уже сами наметили конфигурацию траншеи, помечая колышками все повороты и места для стрелковых ячеек. Закончив с разбивкой окопа, приступили к трассировке, обозначив границы будущей траншеи неглубокими бороздками. Теперь уже можно было переходить к первоочередным работам.

   Самой важной задачей, естественно, было сооружение туалетов, по одному на каждое отделение. Конструкция отхожего места была крайне простой, и состояла из глубокой канавы, прорытой на дне траншеи, и двух жердей, укрепленных над ней. На одну нужно садиться, а на другую опираться спиной. Может быть, я придираясь, но это сооружение не внушало мне доверия, и по моей просьбе на командном пункте возвели более привычный, классический вариант окопного туалета.

   Тем временем бойцы снимали дерн, чтобы потом сложить из него бруствер и использовать для маскировки. Обычно его нарезали кусками, и складывали в сторонке стопками. Там, где земля была помягче, дернину снимали широким пластом и сворачивали рулоном.

   Дальше по порядку отрывали ячейки и щели, соединяли их между собой и выкапывали ход сообщения в тыл. Свиридов внимательно следил за тем, чтобы солдаты сильно не утомлялись, и чередовали копание с более легкими работами, например утаптыванием брустверов. Впрочем, этот вид работы тоже был не самым простым. Внутреннюю часть бруствера желательно было делать максимально крутой. Поэтому, чтобы она не осыпалась, ее складывали из дернин и укрепляли жердями.

   Когда глубокие щели и блиндажи были выкопаны, уже привезли бревна. Для перекрытия узких щелей отпиливали короткие куски, а для блиндажей их обычно использовали целиком. Стволы толщиной меньше семнадцати сантиметров, так называемый накатник, шел на перекрытие ходов сообщения.

   Узнав, что поблизости находится небольшой песчаный карьер, бывший старшина страшно обрадовался такой находке, хотя лично я не понимал, какой нам от этого прок, если цемента у нас все равно нет. Но оказалось, что польза есть, и немаленькая. Мешки с песком служат гораздо лучшей защитой, чем те же мешки, но наполненные землей. Поэтому, если появилась такая возможность, ею обязательно нужно воспользоваться.

   Опасаясь, что несмотря на облачность, немцы вышлют авиаразведку, которая сможет заметить наши земляные работы, мы натягивали над окопами маскировочные сети, которых у нас было в избытке. Ими же накрывали повозки с бревнами. Впрочем, пасмурная погода с постоянно висевшими над головой тучами, активным полетам не способствовала.

   Чтобы заранее провести телефонную связь между всеми строящимися объектами, наши связисты добывали провод, где только могли. Например, они снимали со столбов линий электропередач медный канатик, и расплетали его, используя полученную проволоку на менее ответственных участках.

   Несмотря на завал работы, Свиридов воспользовался затишьем, и заставил весь личный состав роты пройти медобследование. Это было далеко не лишним. Царапины и легкие ранения, на которых солдаты обычно не обращали внимания, могли загнаиваться, поэтому их желательно было тщательно обработать. Вечером после работы бывший старшина собрал бойцов, у которых были проблемы с зубами, и отвел к зубному врачу из соседнего полка. В качестве компенсации за беспокойство Свиридов приготовил ему новенький Вальтер, благо трофеев у нас было предостаточно. Однако доктор и слышать не хотел о подарках, и несмотря на внеурочное время и то, что пациенты были не из его части, до утра ставил пломбы и выдирал зубы.

   Конечно, пока все работали, я сидеть без дела тоже не собирался. Авдеев вручил мне несколько книг по фортификации, в том числе "Наставление по инженерному делу для пехоты РККА", а наглядных примеров для лучшего усвоения материала вокруг было предостаточно. Постепенно теоретические знания, которые хранились где-то в дальних закоулках памяти, всплывали наружу, и я даже пытался искать недостатки в довоенных наставлениях.

   Что меня удивило, так это предусмотренные довоенными уставами маскировочные костюмы, с вплетенными в ткань пучками мочала, наподобие современных мне "кикимор". Значит, не такие уж и темные были наши предки. А ведь судя по книгам, увидев "лохматку" они должны открывать рот и выпучивать глаза от удивления. Может быть, к рядовому составу это и относится, но кадровые военные наставления должны были читать, и все иллюстрации в них просматривали.

   Несколько странным мне показался зимний маскхалат. Я хорошо помнил, как по воспоминаниям фронтовиков, так и по кадрам кинохроники, что в наших войсках использовался раздельный зимний маскировочный костюм. Он состоял из штанов и куртки, и был более удобным, чем длиннополый немецкий халат. Своими сомнениями я поделился с Авдеевым, конечно не раскрывая источника информации. Сержант был специалистом по охране, а не по тонкостям современного боя. Но он высказал предположение, что эти изменения ввели после Зимний войны с Финляндией, которая произошла как раз после выпуска данного наставления.

   - И еще смотрите, товарищ старший лейтенант, вот на этой иллюстрации изображен другой зимний костюм. На вид он не выглядит раздельным, и в описании ничего не написано о его устройстве. Но возможно это он и есть, просто авторы наставления сами точно о нем не знали.

   В книге было еще много чего интересного. Например, там рассказывалось о маске-веере, представляющей из себя проволочный каркас, к которому крепилась веревочная сеть с маскирующем материалом. В разложенном состоянии веер выглядел в зависимости от цвета, как зеленый куст или кучка земли. Предназначалась эта штуковина для маскировки снайперов и разведчиков. Предусматривалась наставлением также и самая обыкновенная маскировочная сетка на одного человека, которую бойцы должны постоянно носить собой, и в случае необходимости, вплетать в нее подручный материал.

   Специально для станкового пулемета существовал маска-чехол. Устроен он был весьма мудрено. К проволочному каркасу, изогнутому специальным образом, пришита зеленая ткань, и конечно же, окрашенное мочало. Судя по иллюстрации, результат такой маскировки должен быть впечатляющим.

   Просматривая описания различных видов маскировочных сетей, ковров и бахромы, я все больше проникался уважением к нашим военным инженерам, которые все это разрабатывали. Но окончательно меня добило другое наставление - "Пособие для бойца-танкиста", которое Авдеев подсунул мне для расширения кругозора. Полистав новенькую книгу, еще пахнущую типографской краской и со склеенными страницами, я первым делом обратил внимание на цветные иллюстрации. Для данного периода это само по себе было большой редкостью. Но то, что там было изображено, меня просто поразило. На картинках были показаны различные виды деформирующей окраски, призванной скрывать контуры машины. До сих пор я пребывал в уверенности, что такие способы камуфляжа появятся еще не скоро. Но если искусство маскировки уже достигло такого высокого уровня, то почему же все танки у нас имеют одноцветную окраску. Надо будет сообщить Куликову, чтобы занялся этим вопросом.

   Через пару дней мне уже удалось вполне самостоятельно разработать план следующей линии окопов, и даже составить его в двух вариантах: с большим объемом работ, и упрощенный. Комбат, осмотрев мой проект, довольно хмыкнул, и хлопнул меня по плечу.