Тень спрута - Щеглов Сергей Игоревич - Страница 33

— Да помилуйте, Артем Сергеевич, — воскликнул Каро, — чем же я могу вам помочь?! Разве что искренними соболезнованиями? Или вот, — он придвинул к Калашникову бокал с коллекционным вином урожая две тысячи двести семнадцатого?!

— Объясните мне, где я ошибся, — сказал Калашников, зажигая перед Каро виртуальный экран.

Каро с мученическим видом поднял голову и несколько секунд всматривался в нехитрую калашниковскую схему. Потом на лице его отразилось крайнее изумление.

— Погодите-ка, — сказал Каро, заглядывая Калашникову в глаза. — У Спонк Корпорации около миллиона дочерних фирм, не говоря уже о внучатых! Когда же вы успели проследить все их связи?!

— Зачем же все, — улыбнулся Калашников. — Только нужные!

— Что значит — нужные?! – воскликнул Каро. — Вы что же, с самого начала знали, что ФЭЭПИ финансируется пустотниками?!

— Не знал, — ответил Калашников. — Но подозревал!

Каро откинулся на спинку кресла и сложил руки на животе.

— Замечательно, — сказал он. — Так зачем же вы хотели меня видеть?

— Чтобы выслушать ваши критические замечания, — повторил Калашников. — У меня есть идея, в которую я никак не могу поверить. Мне нужно убедиться, что она имеет право на жизнь!

— Идея относительно спонков? — спросил Каро.

— Ну разумеется, — усмехнулся Калашников.

— В таком случае можете не продолжать, — вздохнул Каро. — Имеет. Более того; я склонен думать, что ваша идея полностью подтвердится на практике.

На этот раз уже Калашников уставился на Каро в немом изумлении.

— Но вы даже не знаете, что это за идея!

— Я вижу ее результат, — сказал Каро. Он подцепил на вилку кусок семги, окунул его в лимонный сок, отправил в рот и показал уже пустой вилкой на виртуальный экран. — Дорого бы я дал, чтобы раньше вас додуматься до подобной схемы!

— Да при чем здесь схема! — в сердцах воскликнул Калашников. — Вы мне идею раскритикуйте, или хотя бы ее слабые места назовите! Мне же с пустотными шейхами контакт устанавливать!

— Раскритиковать — это запросто, — пробурчал Каро, отправляя в рот очередной кусок семги. — Впрочем, для этого мне не хватает самой малости. Самой идеи!

— Давно бы так, — улыбнулся Калашников. — Слушайте. Задание найти спонков я получил два дня назад. Весь следующий день я провел в Сети, заполняя голову всяческой полезной информацией. Я узнал, что пустотные шейхи — древняя и очень консервативная цивилизация, до сих пор следующая жестким нормам своей не менее древней религии. Я узнал, что наиболее вероятной физической формой существования спонков является огромное облако элементарных частиц, связанных между собой нуль-пространственными тоннелями, а размер такого облака может достигать сотен световых лет. Я узнал, что древняя религия запрещает спонкам приближаться к представителям другой расы ближе чем на один «световсплеск» — и перерыл целую гору источников, посвященных определению длины этого «световсплеска». Я узнал, что кремнийорганические роботы пустотников, представляющие собой гибрид богомола с пауком, но в три метра ростом, уже две тысячи лет наводят ужас на всех разумных обитателей галактики — кроме паукообразных рас, разумеется. Я узнал, что Спонк Корпорэйшн через дочерние фирмы контролирует до пятнадцати процентов галактической экономики, владея, в частности, небезызвестным новостным каналом Парви Сарка. Я узнал, наконец, что наиболее представительная база знаний по пустотным шейхам собрана в Фонде Этно-Эко-Психологических Исследований и отнесена к информации, имеющей стратегическое значение.

— Пока что все верно, — заметил Олег Каро. — Может быть, вы все-таки попробуете вино?

— Спасибо, я еще не всю водку переработал, — ответил Калашников, помотав головой. — Собрав эти, а также многие другие сведения, я принялся думать. Пустотные шейхи — они кто? Разумные существа? Вроде бы разумные, и притом поумнее некоторых, раз пятнадцать процентов мировой экономики под себя подгребли. Далее, их ведь так до сих пор никто и не видел? Не видел, факт, который даже ФЭЭПИ скрыть не в состоянии. Если бы шейхи желали показаться народу, кто сумел бы им помешать?! Значит, не желают. Более того, раз за две тысячи лет так ни разу и не показались — сильно не желают! Может быть, у них даже специальная служба существует, по предотвращению нежелательных контактов? Наверняка существует, думаю, и очень неплохо работает — судя по результатам. Ну хорошо, а как же она в таком случае работает?

Калашников сделал паузу и посмотрел на Каро. Тот скривил губы в скептической гримасе и задумчиво поглаживал подбородок. Слушает, подумал Калашников. Значит, не такой уж бред я несу!

— Если бы я, к примеру, решил спрятаться, — продолжил Калашников, — то что бы я сделал? Прежде всего, распустил бы слух, что меня нет. Что я умер, а поскольку умереть нынче практически невозможно — то пропал без вести в глубинах космоса. В черную дыру провалился, или в разумное электромагнитное поле трансформировался, с полной потерей памяти. Обоснованно так слухи распустил бы, может быть, даже один-два лоскутка этого злополучного поля журналистам продемонстрировал.

— К чему вы клоните? — перебил Калашникова Каро. — Уж не хотите ли вы сказать, что пустотники — не те, за кого себя выдают?!

— А какой им смысл быть теми, за кого они себя выдают?! – воскликнул Калашников. — Если уж они решили прятаться, то почему бы не прятаться по всем правилам — с многоуровневой дезинформацией потенциального противника?

— Вы забываете, что спонки — не люди, — покачал головой Каро. — Цивилизация пустотников не проходила планетарного этапа развития, а следовательно, психологически не способна действовать в соответствии с логикой войны. Вы должны знать, что за всю свою историю спонки ни разу не приняли участия в военных действиях!

— Не люди? — улыбнулся Калашников. — Вы в этом уверены?

— Абсолютно, — авторитетно заявил Каро. — Достаточно взглянуть на их роботов!

Калашников пристально посмотрел на своего собеседника, пытаясь найти на его лице хотя бы намек на улыбку. Но Каро, к ужасу Калашникова, говорил совершенно серьезно.

— Ничего себе, — пробормотал Калашников. — Я и не думал, что пропаганда пустотных шейхов настолько эффективна!

— Мне кажется, — мягко заметил Каро, — что вы слегка заигрались в шпионов. Негуманоидная природа цивилизации спонков — установленный факт, известный уже более пятисот лет…

— Безусловно, — улыбнулся Калашников. — Собственно, в этом и заключалась моя основная идея. Я вынес на отдельный экран все достоверно установленные факты, касавшиеся цивилизации спонков — а потом посмотрел, кто именно их установил. Как вы, должно быть, уже догадались, во всех случаях этим «кем-то» были штатные или нештатные сотрудники ФЭЭПИ. — Калашников помолчал секунду, давая Каро время осознать смысл услышанного. — Уже через шесть часов поисковый робот выдал мне вот эту самую схему.

И Калашников с победным видом указал на виртуальный экран, все еще болтавшийся над столом.

Каро поднял правую руку, выставил вперед указательный палец и принялся разглядывать экран, время от времени бросая вправо и влево короткие взгляды. Калашников понял, что Каро взялся за схему всерьез.

Ну что ж, подумал он. Пусть проверяет. Я тоже проверял — целых три раза. Интересно, что он скажет потом?

Калашников взял со стола гигантскую, размером с большой палец креветку, положил ее в рот и принялся сосредоточенно жевать. Где-то в середине этого процесса вино в его бокале сменило цвет, сделавшись белым. Калашников улыбнулся и отпил глоток, приятно дополнивший солоноватый вкус креветки.

Каро вздрогнул и наконец оторвался от блужданий в Сети.

— Ну, как вино? — хрипло спросил он и кашлянул, прочищая горло.

— Восхитительно, — ответил Калашников, — как и все за этим столом. Жаль, что мы не смогли найти общего языка: я бы с удовольствием посетил вас еще раз!

— А кто вам сказал, что мы не нашли общего языка? — улыбнулся Каро. — На самом деле, мы только что это сделали. Я закончил проверку вашей схемы, и вынужден признать, что был полным идиотом. Единственное, что меня утешает — я ошибался вместе со всей Галактикой!