Часовой Армагеддона - Щеглов Сергей Игоревич - Страница 31

Оставьте себе, подумал Валентин, осторожно снимая кольцо. Видимо, Великий Черный использовал палец для подстройки своих биотоков под биограмму Роберта; мне это ни к чему. Мое дело — просто забрать кольцо…

Взяв токен-ринг в руки, Валентин мгновенно ощутил, что тот работает. Работает точь-в-точь как его собственный, пульсирует теплом, напоминая хозяину о готовности к сеансу связи. Вот те на! Это как же его Великий Черный перенастроил?! Валентин цокнул языком — ничего себе, разобраться в незнакомой магии, и за каких-то пару часов изменить ее! Силен был Великий Черный!

Валентин подбросил кольцо на ладони. Ну блин, совсем никакой защиты — работает, и все! Может быть, вызвать кого? Притвориться Великим Черным, звякнуть Зангу и сказать загробным голосом: «Твой посланник мертв, и теперь очередь за тобой!»

Валентину все еще было не по себе. Как-то не так представлялась ему сегодня утром эта сцена. Ну хоть немного торжества, хоть немного радости! Я же нашел это чертово колечко!

Ни хрена.

Валентин вздохнул, покачал головой и развязал кошель, решив для верности спрятать кольцо туда.

Поверх всех остальных в нем лежала крупная серебряная монета, которую Валентин узнал бы из тысячи.

Глава 9

Рука Валентина дрогнула, едва не выпустив кольцо. Оно же в зале осталось! Валентин попятился было, но тут же рассмеялся. Вот уже от собственного кошелька бегать начинаем. Пусть его. По крайней мере, токен-ринг будет в хорошей компании.

Валентин положил кольцо рядом с монетой — почти ожидая, что та отползет в сторону и зашипит, чего монета, разумеется, не сделала, и завязал кошель. Хорошо, господин Рейлис или как вас там. Придется вами заняться.

Быстрым шагом Валентин вышел прочь и безо всяких приключений вернулся в зал заседаний. В нем все выглядело так, словно и не было никакого побоища. Дыра в стене исчезла, стол с еле заметной трещинкой посередине по-прежнему был идеально кругл, и сидели за ним вполне прилично выглядевшие люди. Только шишка на лбу у Максима позволяла догадаться, что одними застольными беседами дело не ограничилось.

Талион восседал на своем месте, спокойно созерцая дело рук своих. Неплохая работа, заключил Валентин.

— Ну что, верные слуги мои, — весело произнес он, садясь в свое полукресло, — спасем мир от катастрофы?

Хаям, кутавшийся в шерстяную накидку, поднял голову и пробормотал:

— Похоже, Фалер, тебе понравился замок, раз ты готов драться за него с целой толпой Избранных.

— Максим, я должен принести свои извинения, — произнес Валентин уже серьезно. Визомон-оператор сделал движение, точно собираясь встать, но все-таки ухитрился остаться в кресле. — Я не собираюсь продолжать дело Великого Черного. Мне совсем не нравится перспектива разрушить половину Фарингии и потерять замок. Скажу честно: я намерен предотвратить катастрофу. — Валентин оглядел слуг Великого Черного; те сидели молча, не сводя глаз со своего нового Хозяина. — Заклятья общей судьбы сняты. Пусть те, кто желает мне помочь, остаются. Остальные, — Валентин махнул рукой в сторону двери, — могут идти.

Грохот отодвигаемых стульев застал Валентина врасплох. Встали все, даже Нинель, все еще бледная после пережитого погрома.

Валентин сжал губы. Н-да, придется повозиться, в одиночку-то…

— Мы все с тобой, Фалер из Лигии, хозяин Замка! — торжественно произнес Талион, и все бывшие слуги Великого Черного дружно склонили головы. — Есть вещи, которые связывают сильнее, чем заклятье общей судьбы.

Сговорились, догадался Валентин; сговорились, пока я Занга подслушивал и кольцо добывал. Ну, такой толпой мы им покажем! Вот только кому это — им?

— Да вы садитесь, садитесь, — замахал руками Валентин, — в ногах правды нет. Не кажется ли вам, что самое время позавтракать?

Я им покажу, кто такой Фалер, подумал он про себя. Ишь, хозяином обзываются! Сейчас я вас расшевелю…

Талион сделал изящный жест рукой — от груди, раскрывая ладонь в движении, точно бросая карты на стол. Валентин обнаружил перед собой бутерброд с колбасой и большой стакан горячего, но весьма бледного чая. Чертов эльф, подумал он ошеломленно. Это он шутит так, или, наоборот, у него такое представление о земных деликатесах?!

Хаям засмеялся первым, потом его поддержал Максим. Мануэль позволил себе легкую улыбку. Ну и рожа у меня, должно быть, подумал Валентин. А пофиг! Он откусил от бутерброда и отхлебнул чаю.

А потом вытащил из кошеля злополучную монету и положил ее на стол так, чтобы было видно всем.

— Вопрос первый, — сказал Валентин. — Что это такое и откуда оно взялось?

Смех мигом прекратился; тишина заполнила зал. Валентин жевал бутерброд и поглядывал на Талиона — все-таки именно эльф осматривал монету перед тем как началось. Однако первым заговорил Хаям.

— Хороший вопрос! — сказал он, дуя на руки — видимо, так и не согрелся после ледяной купели. — Поначалу я считал, что это происки Детмара; но тогда я не знал, что он заколдован с помощью магического кинжала. Похоже, Детмар и в самом деле ничего не знал о Хозяине… прошу прощения, о Великом Черном.

Валентин кивнул. Звание «хозяин» сменило владельца. И хорошо, что сменило.

— Но раз так, — продолжал, постепенно оживляясь, Хаям, — никто из известных нам Избранных или магов не мог этого сделать! Серый никогда бы не стал убивать тайно, маги не способны Перемещать! Кто же остается? Неизвестный избранный? Мифические маги-жрецы Неназываемых земель? — Хаям сделал эффектную паузу. — Теперь я вспоминаю легенды, которую слышал от жреца Черной Шпаги в Шерторе. В легендах говорится, что маг, достигший предела дозволенного могущества, будет уничтожен Предвечными, чтобы не допустить всемирной катастрофы.

Еще и Предвечные, подумал Валентин. Осталось вспомнить летающие тарелки и происки КГБ.

Вообще-то говоря, Предвечные не были только легендой. Не земляне же, в конце концов, разбросали по всей Панге тысячи талисманов? В неведомые доисторические времена здесь действительно жили люди, способные не только управлять талисманами, но даже их изготавливать. В древних книгах их называли Предвечными Предками, или просто Предвечными, в Эбо же пользовались более понятным словом — предмаги. Тысячи лет назад предмаги, достигшие поистине невероятной маготехнической мощи, умудрились довести дело до всепангийской катастрофы почище той, что планировалась на Побережье сегодня в обед. Одним из ее результатов как раз и были Жгучие Пески — чистый белый песочек на площади в двадцать миллионов квадратных километров. И притом на десять километров в глубину; проверяли, бурили. И никакой радиации. Предвечные знали толк в Т-технологиях.

Хорошего же он мнения о Предвечных предках, подумал Валентин про Хаяма. Делать им больше нечего, только за магами присматривать!

— Предвечные — вот истинные хозяева Панги, — продолжал между тем Хаям. — Только Предвечный мог знать все, оставаясь в тени; только он, предвидя катастрофу, способен был остановить Великого Черного. И он сделал это, явившись Фалеру под чужим обликом и передав ему монету. Вторая монета оставлена для Избранных. — Хаям наставил на Валентина палец. — Все, что тебе нужно сделать, Фалер — это явиться к месту битвы Избранных, и твоя направленная Предвечным рука сама найдет цель для этого талисмана!

— Как бы не так, — буркнул Бранбо, не отрывая глаз от стола. — Вам бы только деньгами сорить. Да ты хоть знаешь, что это за монета?

— Еще бы! — Хаям всплеснул руками. — Я же видел, как она действует!

— Ха! — фыркнул Бранбо. — Солнце ты видишь каждый день, и много ли ты о нем знаешь?! Пока вы здесь препираетесь, я уже изучил этот талисман. Для Избранного он не опаснее горошины!

— Ты знаешь этот талисман?! — изумленно воскликнул Хаям. — Что ж ты раньше молчал?!

Бранбо выразительно поглядел на Талиона и скорчил недовольную гримасу.