Собрание творений. Том 4. Догматика Православной Церкви. Пневматология. Эсхатология - Преподобный Иустин (Попович) - Страница 75

Исключительное благовестие для человеческого рода: Причащение — это святое таинство, в котором христианин под видом хлеба и вина приемлет Самое Тело и Кровь Господа Иисуса Христа, соединяется с Ним, получает прощение грехов и залог вечной жизни. Это святое таинство установил Сам Спаситель на Тайной вечере. Взяв хлеб, Он благословил его, преломил и дал Своим ученикам, сказав: Приимите, ядите, сие есть Тело Мое, за вас ломимое. Затем взяв чашу, возблагодарил Бога и дал им, говоря: Пиите от нея вси. Сия бо есть Кровь Моя Новаго Завета, яже за многия изливаема, во оставление грехов (Мф.26:26—28). Сие творите в Мое воспоминание (Лк.22:19; ср. 1Кор.11:24—25).

Это святое таинство по своей безмерной важности составляет сущность самого главного христианского богослужения, святой Литургии. На ней принесенные хлеб и вино призыванием (эпиклезой) и действием Святого Духа освящаются и пресуществляются в Тело и Кровь Владыки Христа.

Ко святому таинству Причащения может приступить каждый член Православной Христовой Церкви, каждый православный христианин: от грудного младенца до старца. Ибо в нем человеческое существо соединяется с Самим Спасителем. Соединившись с Ним, человек живет Им и Его вечной жизнью. Спаситель Сам сказал: Ядый Мою Плоть, и пияй Мою Кровь имать живот вечный... Ядый Мя, и той жив будет Мене ради (Ин.6:55, 54, 57). Имея в виду Святое Причащение, Спаситель именует Себя хлебом Божиим... который сходит с небес и дает жизнь миру (Ин.6:33), хлебом жизни, к которому приходящий не будет алкать (Ин.6:35), хлебом, сходящим с небес, хлебом живым, дарующим причастнику бессмертие и вечную жизнь (Ин.6:50—51).

Так как в святом таинстве Причащения причастник приемлет само Пресвятое Тело и саму Пречестную Кровь Господа Иисуса Христа, то ему необходимо приготовление к этому святому таинству. Приготовление совершается постом и молитвой, ибо пост и молитва очищают душу от всякого греха и скверны. При этом человек должен, испытывая себя, покаянием очистить свою совесть от грехов. Лишь будучи так подготовленным, человек может достойно причаститься. Если же он приступит ко святому Причащению неподготовленным — то навлечет на себя страшное прещение. Об этом говорит святой апостол Павел: Да испытывает же себя человек, и таким образом пусть ест от хлеба сего и пьет из чаши сей. Ибо, кто ест и пьет недостойно, тот ест и пьет осуждение себе, не рассуждая о Теле Господнем (1Кор.11:28—29).

Божественная Кровь Владыки Христа — это Богочеловеческая сила, которая освящает, очищает, преображает, усваивает Христу, оцерковляет, обогочеловечивает, отроичивает, спасает. Поэтому Новый Завет — это Завет в Крови Богочеловека Христа. И этот Завет через святую Евхаристию продолжается в Богочеловеческом Теле Церкви, сочетавая Богочеловеческой Кровью нас, людей, с Богом и между собой. Ибо, объединяя человека с Богочеловеком, эта Пресвятая Кровь через Него объединяет нас и со всеми людьми. Налицо ясный исторический факт: подлинное, истинное, бессмертное единство человека с другими людьми совершается через Богочеловека: Бог ближе к каждому человеку, нежели человек сам к себе; ближе и ко всем людям, нежели они к самим себе. Поэтому нет для человека единства ни с самим собой, ни с окружающими его людьми без Бога, без Богочеловека, без кровного с Ним родства и сочетания. Это кровное сроднение и сплочение человека с прочими людьми совершается в Богочеловеческом, Христовом Теле — в Церкви. И причем действительно и осязательно: в святой Евхаристии, в святом Причащении Тела и Крови Христовой.

Кровь Богочеловека соединяет человека с Богом — как на голгофском кресте, так и в Богочеловеческом Теле Церкви — через животворящую и боготворящую Кровь святого таинства Причащения на святой Литургии. К тому же так как это Кровь Богочеловека Христа, а Церковь — Его Тело, то она и есть та сплачивающая сила, которая сочетавает всех членов Церкви в одно тело, в одну жизнь, в одну душу, в одно сердце, в одну Богочеловеческую общность — κοινωνίαν. Чаша благословения, которую благословляем, не есть ли приобщение (κοινωνία) Крови Христовой? Хлеб, который преломляем, не есть ли приобщение (κοινωνία) Тела Христова? Один хлеб, и мы многие одно тело; ибо все причащаемся от одного хлеба (1Кор.10:16—17). Эти Богочеловеческие слова христоносного апостола сказуют нам самую тайну Церкви, ее евхаристическую тайну и евхаристическую природу. Святая Евхаристия, святое Причащение соединяет нас не только с Ним, Незаменимым, но и между собой. Вкушая Его Святое Тело, все мы многие — делаемся одним телом. Сочетаваясь с Ним, мы святым единством сочетаваемся и между собой. Это — святое единство людей во Христе, единство Богочеловеческое. Единственное истинное и единственное вечное единство людей. Ибо в Богочеловеке, Господе Иисусе Христе мы не только вечно живы, но и вечно едины, и причем едины как одно тело. Совершенное выражение этой Богочеловеческой истины и есть святая Евхаристия, святая Литургия, святое Причащение. А чудотворящий и всегда исторический Богочеловек Своим воплощением сочетал, прежде всего, в Себе Самом Бога и человека вечным единством. И всё это перенес и непрестанно переносит на нас, людей. Перенес и переносит как Богочеловек. Ибо учредил Он Церковь на Своем Богочеловеческом Теле, на земной действительности Богочеловеческой жизни и Своего присутствия в нашем мире. Воплотился Всеблагий, дабы нас Себе со-воплотить (Еф.3:6) и, таким образом, обожить, усвоить Себе, обогочеловечить и даровать нам всё Свое. Делает же Он это, прежде всего, святым Причащением в святой Евхаристии Церкви.

Мы многие одно тело, ибо никто из нас не составляет целого тела, но каждый лишь часть тела, чтобы мы всегда чувствовали и знали, насколько зависим друг от друга: все от каждого и каждый от всех. И сколь нужны мы друг другу: все каждому и каждый всем; и еще: каждый каждому. Наша сила, и могущество, и жизнь, и бессмертие, и блаженство, и вечность — лишь в том единстве, которое сообщает нам тело Христово, тело Божие. Досточудный Владыка Христос — это наша истинная пища, наше истинное питие (см. Ин.6:55—56, 48). Он — тот один хлеб, которым мы питаемся, и Им мы многие одно тело; ибо все причащаемся от одного хлеба (букв. в оригинале все в одном хлебе имеем общение. — Примеч. пер.). Он и есть самоё это общение и сила этого святого общения, святой соборности Церкви. Причащаясь Святым Хлебом и Святой Кровью Господа Иисуса Христа, мы причащаемся Его Святым Телом, Которое всегда одно и всюду одно. Так мы, многие, составляем одно тело во Христе, а порознь один для другого члены (Рим.12:5; ср. 1Кор.12:27).

Таково благовестие святого Апостола. Его богомудро продолжает «пятый евангелист» — святой Златоуст: «Наименовав святое Причащение приобщением Тела Христова, Апостол хотел сказать еще ближе, посему и добавил: Один хлеб, и мы многие одно тело. Да что я говорю «приобщение»? Мы — самое это тело. Ибо что есть хлеб? Тело Христово. А чем становятся причащающиеся? Телом Христовым; не многими телами, но единым телом. Как хлеб, испеченный из многих зерен, становится одним, так что зерна не видны по причине их соединения, так и мы соединяемся и со Христом, и между собой».

Об этой Богочеловеческой действительности богомудрый Кавасила благовествует: «Церковь являет себя в Святых Тайнах (Тела и Крови Христовой), не как в символах, а как члены в сердце, и как ветви в корне дерева, и, по слову Господню, как ветви на лозе (Ин.15:1—5). Ибо здесь не только общность (κοινωνία) имен или аналогия по подобию, но тождество (ταυτότης). Ибо эти Тайны суть Тело и Кровь Христовы, а это и есть истинная пища и питие Христовой Церкви; и она, причащаясь Ими, не претворяет их в человеческое тело, как это бывает с человеческой пищей, но сама она (то есть Церковь) претворяется в эти Тело и Кровь Христовы... И если бы некто мог видеть Церковь в том, насколько она соединилась с Ним, причастившись Его Телом, то он ничего другого бы не увидел, кроме как самоё Владычне Тело. По сей причине и пишет Павел: Вы — тело Христово, а порознь — члены». «Если Христос один, — говорит святой Григорий Богослов, — то одна глава Церкви и одно тело». Таким образом, Христом и во Христе мы одно тело, а порознь — члены со всеми святыми Апостолами, и пророками, и мучениками, и исповедниками и со всеми святыми. И нет для человеческого существа ничего более светлого, ничего более блаженного и вечного, ничего более умилительного на небе и на земле, чем эта общность во Христе со всеми святыми (ср. Еф.3:18, 4:11—16). Радость всех радостей: быть со всеми святыми — одним телом», и причем — телом Христовым.