Шатун (Однокла$$ники) - Дышев Андрей Михайлович - Страница 77

– Чтобы не наводить паники, уважаемая Ирина Юрьевна! – отчеканил Земцов.

Не принимая его ответа, Ирина отрицательно покачала головой и добавила:

– Если мне не изменяет память, ворота оказались запертыми сразу же после того, как Вешний кому-то сказал... кажется, тебе, Кирилл... он сказал, что ждет прихода какой-то девицы... Не так ли, Андрюша?.. Именно после этого, как выяснилось, Земцов втихаря запер ворота. Милые мои, да вывод напрашивается сам собой: Земцов запер ворота вовсе не потому, что заботился о нашей безопасности. Он это сделал для того, чтобы никто ему не помешал ломать об меня зубы. Чтобы я не сбежала! И еще по одной причине...

Она многозначительно посмотрела на Земцова. Тот, восприняв ее взгляд как издевательство, с силой опустил бутылку на стол.

– Вот что! Хватит! – громко сказал он. – Не хочешь слушать меня – будешь говорить сама. Но под протокол! Здесь я тебя обвиняю, а не наоборот!

– Ты знаешь, Земцов, – вмешался Кирилл. – Если смотреть на тебя со стороны, то создается впечатление, что ты испугался последней фразы Ирины и стал нервничать.

– Что?! – вспылил Земцов, повернувшись к Кириллу. – Испугался? Ее фразы? У вас тут что – заговор против меня? Хотите все под протокол?

– Во-первых, под протокол я буду говорить не с тобой, а со следователем, – спокойно ответил Кирилл и поднялся со стула. – А твой истеричный тон терпеть не намерен.

– Ладно, сядь! – примирительно рыкнул Земцов, опустив глаза. Он машинально скручивал пальцами кусочки салфетки, отчего они становились похожими на обломки спичек. Оторвет, скрутит, кинет на стол – уже целую кучку накрутил. – Я буду говорить спокойно. Только если эта... эта женщина не станет меня перебивать!

– Налей мне, пожалуйста, винца! – попросила Ирина Кирилла.

– Знаешь, что тебя сгубило? – спросил Земцов Ирину, навалившись на стол грудью и подмяв пластиковую тарелку – хорошо, что в ней не было закуски. – Твоя неистребимая привычка подчеркивать свое лидерство! Твое безудержное хвастовство! Твое стремление постоянно напоминать о своем положении! Я скажу – этого еще никто не знает! – Он потряс кулаком над головой. – Чтобы унизить меня, такого бедного майора, она подсунула мне в карман конверт с долларами. Не знаю точно, зачем она это сделала. Может, хотела, чтобы я расплатился за наше проживание. Может, дала мне аванс на предстоящую ночь...

– Ублюдок, – тихо произнесла Ирина. Пластиковый стаканчик треснул в ее пальцах, и красное вино брызнуло во все стороны.

– Называй меня как хочешь – это не исказит истину. Этими долларами в конверте ты выдала сама себя! Сама себя загнала в ловушку! Я рассмотрел их под лупой и нашел метки, сделанные экономической контрразведкой ФСБ. Эти доллары тебе подсунули под видом вклада три года назад. Но ты утверждала, что всю наличку унесли взломщики. Так откуда у тебя взялись эти доллары? Выходит, ни взлома, ни грабежа не было. Обыкновенное мошенничество!

Он злорадно улыбался, пожирая Ирину глазами. Она тоже улыбалась, медленно вытирая руки салфеткой.

– Но нескольких меченых купюр было недостаточно, чтобы предъявить тебе обвинение, – произнес Земцов. – Мне нужна была санкция на обыск твоего офиса, на прослушивание телефонных переговоров твоих сотрудников. И при этом я не имел права спугнуть тебя. Курга, как ни странно, невольно помогал мне, заставляя тебя выложить большую сумму наличных долларов. Вдобавок он держал тебя взаперти, не позволяя вернуться в Краснодар. Мне надо было под каким-то предлогом исчезнуть на сутки. Но как я мог это сделать под прицелом Курги? И тут на меня свалилась удача.

Земцов перевел взгляд на Вешнего. Тот уже не жарил ноги, а сидел лицом к столу, яростно вычищая ногти пластиковой вилкой.

– Я думаю, что ты расскажешь об этом «убийстве» лучше меня, – сказал ему Земцов.

Рассказчик из Вешнего был никудышный. Он говорил в пол, не поднимая головы, причем речь его была торопливой и невнятной. Может быть, он боялся Ирины или же стыдился встретиться с ней взглядом? Все слушали его затаив дыхание.

– Ирина предложила мне работу у нее в офисе. Я сначала думал, что она это сделала бескорыстно, по старой дружбе... Черта с два! После того, как Серега устроил эту игру с баксами, предлагая найти отличия, Ирина подошла ко мне и сказала, что я должен замочить Земцова, и пообещала мне большие бабки...

Ирина слушала внимательно, вольно расположившись в кресле и покачивая ногой. Голова ее была чуть наклонена, на губах играла усмешка, пальцы теребили поясок от платья.

– Но я ж не козел, чтобы соглашаться на такое дело, – бубнил Вешний. – И решил подойти к Сереге и предупредить его, что над ним сгущаются тучи. Я подумал так: если я откажусь, она обязательно уговорит Пирогова. Или Белкина.

– А с чего ты взял, что она смогла бы меня уговорить? – возмутился из своего угла Белкин. – Я не продаюсь, между прочим...

– В общем, у Сереги родилась идея, – продолжал Вешний. – Он говорит: соглашайся, мы все сымитируем. Чтобы получилось правдоподобно, мы использовали вишневое варенье и монтировку. Он отдал мне конверт с деньгами – вроде как я его убил и ограбил. В полиэтиленовом пакете я вынес во двор вишневое варенье и вымазал им Серегину голову, залил снег кровяными помоями, которые нашел на кухне. Короче, в темноте очень было похоже на смертельную рану. Договорились, что обыскивать его буду я, чтобы никто другой случайно не почувствовал биение сердца. Ну, я его обыскал и, естественно, нашел пистолет. Что касается пистолета, то мы были уверены, что его обязательно прикарманит Ирина. В этом случае у Сереги появился бы лишний повод для ее задержания. Но вышла осечка. Насколько я теперь понимаю, пистолет успела взять Люда...

Он наконец поднял голову, обернулся на лестницу и с выражением вины посмотрел на Люду.

– После того, как мы это все разыграли, Земцов перебежал в сарай, переоделся, а джинсы и куртку набил соломой, – рассказывал дальше Вешний. – Это чучело и лежало под накидкой до сегодняшнего дня. Я тем временем вернулся в дом и дал знать Ирине, что выполнил ее просьбу. И чтобы все выглядело правдоподобно, стал показывать, что очень переживаю, что мне нужно алиби. И она меня «утешила», говорит, что Земцова спишем на Кургу и меня, мол, тоже спишем. Я сначала не понял, что она задумала. А потом мне ее идея понравилась: я должен был удрать ночью, спуститься в поселок и уехать куда-нибудь далеко. А наутро Ирина должна была внушить всем, что Курга и меня убил.

– И где же ты болтался эти дни? – первый раз напомнил о себе Белкин.

– В поселке, – ответил Вешний. – Серега мне сказал: спрячься у какой-нибудь вдовушки и не высовывайся, пока я сам не дам знать.

– Видите, как интересно получилось? – опять заговорил Земцов. – И мне, и Ирише было выгодно, чтобы Вешний исчез на некоторое время. Таким образом, Андрюша с успехом работал на два фронта... Ах, если бы знали, как интересно было подслушивать ваши разговоры обо мне! Удивительное чувство испытываешь, поверьте мне! Вы волнуетесь, переживаете, говорите обо мне в прошедшем времени, а я стою в сарае, прижавшись ухом к стене, и скупые слезы роняю.

Земцов, по-видимому, был начисто лишен воображения. Он не представлял, какие чувства вызывают его слова у окружающих.

– Можно вам задать один вопрос? – спросила Вера и, как школьница, подняла руку.

– Пожалуйста! – разрешил Земцов. – Пока можно.

– А ключ от ворот все время оставался у вас?

– Ключ? – переспросил Земцов и улыбнулся: мол, пустяком интересуешься, девочка. – Да, конечно! Он и сейчас при мне. Правда, необходимость в нем отпала – вы же сорвали замок на воротах.

Повинуясь какому-то чутью, Вера повернула голову и встретила взгляд Ирины. Они смотрели друг на друга так, словно знали то, что для всех остальных еще было тайной.

– Вот же сволочь, да? – с чувством произнесла Ирина.

Земцов то ли не расслышал этой реплики, то ли сделал вид, что не понял, о ком речь.