Зарубежная литература древних эпох, средневековья и Возрождения - Новиков Владимир Иванович - Страница 146

Под вечер забрел он в храм. Там стоял гроб. С крышки свисала надпись: «Гроб с телом барышни Ли, дочери судьи округа Фынхуа». Рядом — фонарь в виде двух цветков пиона и изваяние служанки. Ужас объял студента.

Бросился он за помощью к премудрому даосу. Тот дал ему вол­шебные заклинания и не велел ходить в тот храм. С той поры никто к нему не являлся.

Раз, захмелев в гостях, студент все-таки забрел в храм. Девица его уже поджидала. Взяла за руку, повлекла к гробу, крышка приподня­лась, и студент с возлюбленной вступили в гроб. Там и помер.

Сосед хватился студента. Нашел тот храм и углядел выглядывав­ший из-под гробовой крышки кусок платья студента. Вскрыли гроб, а там мертвый студент в объятиях своей мертвой подруги. Так их вместе и схоронили у Западных ворот.

С той поры туманными вечерами поздним прохожим случалось встречать всю троицу: студента с красавицей и служанку при пионовом фонаре. Таких несчастных начинал одолевать недуг, многих он в могилу свел. Все были в страхе. Обратились к даосу. Тот отослал их к бессмертному отшельнику.

Отшельник созвал небесное воинство и повелел ополчиться на не­чисть. Оборотней схватили и наказали плетьми. Троица покаялась. Долго думал даос-отшельник над приговором и приказал: фонарь, ис­пускающий двойной свет, сжечь, всех троих взять под стражу и от­править в самую страшную тюрьму нижней, девятой, преисподней. Стряхнул пыль с рукавов и исчез. Люди даже не успели его отблаго­дарить.

Жизнеописание Девы в зеленом - Из сборника «Новые рассказы у горящего светильника»

Чжао Юань схоронил родителей. Покуда был он еще не женат, решил отправиться странствовать и постигать науки. Поселился близ озера Сиху.

Случайно познакомился с девушкой, облаченной в зеленые одеж­ды. Сразу вспыхнула взаимная любовь. Только имя свое красавица от­казалась назвать, а просила величатьее Девой в зеленом.

Как-то в хмелю Юань пошутил над зеленым платьем возлюблен­ной. Та обиделась, подумала, он на ее презренное положение налож­ницы намекает — законные жены облачались в желтое. Пришлось рассказать такую историю.

В прошлой жизни и Юань, и дева служили в богатом доме. Страстно полюбили они друг друга, но по доносу их наказали смер­тью. Юань возродился в мире людей, а ее занесли в Книгу неприка­янных душ. Теперь понял Юань, что нити их судеб были связаны еще в предыдущем рождении, и стал много нежнее относиться к возлюб­ленной. А ты услаждала его рассказами и учила играть в шахматы — была она в этом деле великой мастерицей.

Минуло время. Пришло деве время уходить. Занемогла она, а когда собрался Юань кликнуть лекаря, объяснила, что согласно скри­жалям судьбы закончилась их супружеская любовь и противиться этому бесполезно. Дева легла на ложе, отвернулась к стене и умерла. В великой скорби совершил Юань похоронные обряды. Только вот гроб показался слишком легким. Открыли — а там лишь зеленое платье, шпильки и серьги. Так и зарыли порожний гроб.

А Юань принял постриг.

Записки о шпильке — золотом фениксе - Из сборника «Новые рассказы у горящею светильника»

Богатые соседи сговорили своих малолетних детей, и в подарок буду­щей невесте была преподнесена золотая шпилька в виде феникса.

Вскоре женихова отца перевели на службу в далекий край, и пят­надцать лет от них не доходило ни весточки.

Девушка без суженого затосковала, занемогла и скончалась. В глу­бокой скорби положили родители тело дочери в гроб, а в прическу воткнули золотую шпильку — память о женихе.

Через два месяца объявился сам жених, молодой господин Цуй. За эти годы он осиротел, и безутешные родители невесты предложили ему кров и пищу. Как-то раз младшая сестра покойной обронила из паланкина золотую шпильку. Цуй хотел вернуть потерю, но не мог пройти на женскую половину дома. Вдруг глубокой ночью сама млад­шая сестрица явилась — будто бы за шпилькой, а принялась соблаз­нять молодого человека. Тот противился, но сдался.

Понимая, что долго скрывать любовные встречи им не удастся, решили они бежать из дома к старому верному слуге отца Цуя. Так и сделали. Прошел год. Задумали беглецы вернуться домой, пасть в ноги родителям и вымолить прощение. Первым должен был пойти Цуй, а в доказательство предъявить шпильку-феникс, которую дала ему возлюбленная.

Приемный отец встретил его как ни в чем не бывало. Никак не мог взять в толк оправданий, ибо младшая его дочь уже год как слег­ла и даже повернуться сама не в силах. Тут Цуй и показал шпильку. В ней признали украшение покойной старшей сестры, которое вмес­те с ней в гроб положили.

И вдруг появилась младшая дочь. Объяснила, что нить судьбы, связавшая старшую сестру с женихом, еще не порвалась и она, млад­шая, должна вступить в брак, иначе ее жизнь угаснет. Голос младшей дочери удивительно напоминал голос покойной. Родители пришли в ужас.

Отец принялся укорять вернувшуюся с того света дочь. Та объяс­нила, что начальник мрака счел ее невиновной и дозволил дожить год отпущенной ей мирской жизни. И она замертво рухнула наземь. По­брызгали тело целебным отваром, и девушка ожила. Как и обещала старшая, недуги и хвори младшей исчезли, а минувших событий она не помнила, словно от тяжелого сна очнулась.

Скоро сыграли свадьбу. Золотую шпильку молодой господин про­дал, на вырученные деньги накупил всего, что потребно для благодар­ственного молебства, и поручил монаху-даосу совершить церемонию. После этого во сне ему явилась покойная со словами любви и благи­ми пожеланиями. Странно, не правда ли?

Ли Чжэнь XIV—XV вв.

Из сборника «Продолжение новых рассказов у горящего светильника»

Молодой чиновник по имени Ин отправлялся водным путем к месту службы. Лодочник позарился на их добро, сбросил Ина в реку, пере­бил слуг, а вдову, госпожу Ван, задумал выдать за своего сына.

Молодая госпожа, усыпив покорством бдительность разбойника, через короткое время сбежала и добралась до женского монастыря, где и обрела приют.

Была она добронравна, да к тому же замечательно владела кистью.

Как-то случайный гость, получивший ночлег в монастыре, в благо­дарность пожертвовал настоятельнице живописный свиток с изобра­жением лотосовых цветов, который та повесила на некрашеную ширму. Госпожа Ван тотчас узнала руку своего мужа. Расспросила на­стоятельницу о дарителе, та назвала некоего Гу Асю, лодочника.

Вдова написала на свитке стихотворение в память о муже. Вскоре случайный ценитель, восхитившись свитком и стихотворной надпи­сью, купил его вместе с ширмой и преподнес потом одному важному сановнику в городе Сучжоу.

Однажды к тому же сановнику явился торговец и предложил купить четыре скорописных свитка, которые он будто бы собственноручно ис­полнил. Сановник заинтересовался необычным торговцем-художником. Оказалось, это тот самый Ин, который не утонул в реке, выплыл на берег, где обрел приют у прибрежных людей. Пропитание добывает рисованием и каллиграфией.

Потом Ин углядел свиток с лотосами и узнал свою вещь и руку жены. Сановник пообещал поймать разбойника, а пока поселил Ина в своем доме.

Началось расследование, и вскоре выяснилось имя человека, пода­рившего свиток монастырю, и имя монахини, сделавшей надпись. Сановник решил пригласить монахиню к себе — якобы для чтения сутр. Его супруга расспросила гостью. Та и в самом деле оказалась женой Ина. За лодочником установили наблюдение, потом схватили, обнаружив при нем все добро Ина. Разбойника казнили, украденное вернули жертве. Ин был счастлив.

Но пора было и на службу возвращаться. Сановник предложил И ну жениться перед дальней дорогой. Тот отказался — он по-преж­нему любил свою жену и надеялся на встречу. Растроганный хозяин решил устроить гостю пышные проводы. Когда все собрались, он пригласил монахиню. Ин узнал свою жену, та — мужа, они обнялись и разрыдались.