Восточный фронт (СИ) - Савин Владислав - Страница 93

Самым слабым местом оказался, как ни странно, торговый флот. Не линкоры и авианосцы, а скромные транспорта были жизненно необходимы, чтобы везти в Метрополию богатства с захваченных обширных территорий. Но того, что было на начало войны, не хватало - а чрезвычайная программа 1943 года была принята слишком поздно, не была обеспечена ни ресурсами, ни судостроительными мощностями, а главное, к этому времени англо-американцы, после кампаний в Атлантике, в полной мере оценили, что такое "неограниченная подводная война", и накопили богатый опыт. С конца сорок третьего потери японского торгфлота резко пошли вверх, перекрыв весь прирост по "чрезвычайной программе". Причем приоритетными целями считались танкеры - и настало время, когда в Ост-Индии качали нефть миллионами тонн, перекрыв довоенный уровень, а в Метрополии был топливный голод. И не только топливный - рис из Бирмы и Вьетнама не доходил тоже. До недавнего времени большим подспорьем были уголь и продовольствие из Маньчжурии - теперь не стало и их. И было очевидно, что победы в этой войне ждать не придется - значит, надо заключать мир, переходя от разговоров за чаепитием, к реальным шагам.

Присутствовали - премьер Коисо, военный министр Анами, морской министр адмирал Енаи, оба начальника генеральных штабов. Вошел Император, сопровождаемый адъютантом, все встали и согнулись, в глубоком придворном поклоне, затем заняли свои места.

-Империя в опасности - сказал Божественный Микадо - в большей, чем была во время вторжения монголов. Что Армия и Флот могут сделать для отражения этой угрозы?

-Какие вести из Маньчжурии? - тут же вставил Коисо - есть ли надежда, что наши войска перейдут в решающее наступление, разбив русских, как китайцев год назад?

-Надежды нет - ответил Анами - в отличие от китайцев, у русских подавляющее превосходство в танках и артиллерии. Лучшие дивизии Квантунской Армии, если не уничтожены, то отрезаны в приамурском "Сталинграде", и обречены. Они еще могут какое-то время связывать некоторую часть советских войск, до своего полного уничтожения - и это все. Их положение безнадежно, тем более что русские штурмуют наши укрепрайоны с тыла, из Маньчжурии. Единственно, я могу вам поклясться, они не сдадутся - потому что я приказал им умереть за Японию.

-У вас еще есть войска в Китае - сказал Коисо - свыше тридцати дивизий, закаленных в боях! Прикажите им выдвинуться на север, атаковать и разбить русских гайдзинов, связанных битвой с нашими маньчжурскими героями!

-Пехотные дивизии - ответил Анами - две из них уже разбиты возле Чанчуня, попав под удар Шестой танковой армии русских. И мы не можем быстро собрать и двинуть на север всю армию из Китая - а по две, по три дивизии положения не исправят, они будут уничтожаться русскими точно так же, как погибла вся Квантунская Армия. В настоящий момент то, что от нее осталось, отступает на Ляодунский полуостров и в Корею, преследуемое русскими танками.

-Какие шансы, что нам удастся стабилизировать фронт? Хотя бы в Корее?

-Очень малые - если русские так быстро и легко сокрушили укрепрайоны, которые мы строили десять лет. Это те же войска, что прорывали рубежи, объявленные немцами "непробиваемыми" - Днепр, Висла, Одер. Утратив же Корею, мы потеряем все завоевания на континенте, поскольку связь и снабжение наших войск в Китае и Индокитае станут чрезвычайно затрудненными. Мой вердикт - еще две недели, максимум месяц, и катастрофа неизбежна.

-Что на севере?

-Курилы - русские высадились на острове Уруп, идут бои, острова севернее уже потеряны. Большую тревогу вызывает Карафуто - вернее, тот факт, что заняв его полностью, русские еще усиливают там группировку своих войск и авиации. Что позволяет предположить, Хоккайдо тоже под угрозой вторжения. Сейчас туда срочно перебрасываются дивизии из Армии обороны Метрополии, и формируются на месте резервные части, общей численностью в полмиллиона солдат. Также на Хоккайдо дислоцирован тяжелый танковый батальон "тигров". И почти все самолеты, что успели передать нам немцы - "фокке-вульфы" и Ме-109. Потому есть надежда, что этот рубеж мы удержим.

-Вы ничего не сказали о положении в Южных морях. Индокитай, Ост-Индия?

-Эти девятнадцать дивизий, никак не смогут принять участие в битве за Метрополию. А именно здесь будет решаться исход этой войны!

Император молчал, внимательно слушая, и дозволяя вместо себя говорить своему премьеру. Впрочем, Божественный Микадо, вопреки заблуждению, возникающему у европейцев при слове "император", никогда не был Вождем нации - а скорее, духовным авторитетом, своим словом как печатью скрепляющий решение большинства. Коисо же нервничал: сменив Тодзио, он обещал Императору, что с честью выведет Японию из тайфуна войны. Но аристократы не учли инерцию военной власти, слепо надеясь, что бюрократическая машина послушно развернется на новый курс. Реально же, почти никто из Чинов Армии и Флота не решался признать, "война проиграна" - а потому все кивали, соглашаясь с волей премьера, но никто не совершали никаких конкретных шагов. Коисо приходил в ярость, сражаясь с мнимым заговором, требовал себе все больших полномочий. А все шло как прежде, по колее, ведущей в пропасть - война неотвратимо приближалась к берегам Японии, поглощая корабли и дивизии, территории и людей.

-Достаточно, генерал. Я услышал от вас все, что хотел. Что скажет Флот?

-После битвы за Филиппины, во флоте осталось меньше половины списочного состава - начал Енаи - избежать еще большего урон удалось лишь за счет отвода уцелевших кораблей в Метрополию, фактически, отказа от борьбы. Альтернативой было лишь полное уничтожение флота, при практически том же продвижении американских войск. К сожалению, вынужден признать - битву за Южные моря мы проиграли, просто потому, что у янки впятеро больше кораблей, и вдесятеро, авиации. Подводные лодки несут тяжелые потери при выполнении несвойственной им задачи, снабжения островных гарнизонов. Самое худшее, что с потерей Филиппин мы лишились коммуникации к нефти Ост-Индии. В настоящий момент у Флота есть накопленные запасы мазута на два месяца интенсивных боевых действий, авиабензина - на полтора месяца, и это все. Пока мы еще можем предотвратить вторжение в Метрополию. Что будет дальше - знают одни лишь боги.

Повисло молчание. Никто из присутствующих не решался сказать слов - мы проиграли эту войну.

-Требования Стокгольмской декларации великих Держав - наконец произнес Коисо - какое отношение Армии и Флота к возможности, что мы их примем?

-Это конец Японии как мировой державы! - выкрикнул Анами - низведение нас до какого-нибудь Сиама. Их газеты не стесняясь пишут, что "небелая раса будет поставлена наконец на то место, где ей и надлежит быть!". От нас требуют отдать все территории, кроме самой Метрополии, даже Формозу и Окинаву - все земли, за которых пролилась кровь воинов страны Ямато! Полное разоружение, с запретом впредь иметь что-то кроме полицейских сил, для внутренней охраны порядка. Запрет на промышленность "могущую быть использованной в военных целях" - с характерной оговоркой, "за исключением той, что будет находиться в иностранной собственности". Уплата чудовищной контрибуции, "возмещение ущерба, понесенного Соединенными Штатами, Англией, Францией и Голландией", то есть нам придется платить за Перл-Харбор, как и вообще за все потопленное нами, а уж какие счета выставят французские и голландские торгаши? Мы станем чем-то вроде Китая или Индии - без всякой надежды подняться. Если мы сдадимся - то и наши предки, и наши потомки, нам этого не простят. Мы еще можем сражаться, встав насмерть на берегах Метрополии! Армия обороны - сорок дивизий! Гайдзины боятся своих потерь - такая угроза может их остановить.

Адмирал Енаи молчал. Храня абсолютно бесстрастное выражение лица - нельзя было понять, о чем он думает.

-Заморские территории придется отдать, удержать их мы все равно не сможем - сказал Коисо -но политический строй Японии должен остаться неизменным. Армия и флот будут сокращены, но не запрещены. Наше разоружение будет ограниченным, самостоятельным и бесконтрольным. И только японцы будут судить японцев - никаких штутгардских процессов. И мы категорически отказываемся платить контрибуцию, так же как это сделали русские, сорок лет назад - "попробуйте войти в Токио, по своим трупам". (прим. - ответ Витте, на Портсмутской конференции в 1905г, "мы заплатим, когда японцы подойдут к Москве" - В.С.). Я осознаю, что этот мир труден и несправедлив, поскольку перечеркивает все наши успехи, со времен Мейндзи. Но он оставляет нам надежду со временем снова подняться в ряд Великих Держав!