Восточный фронт (СИ) - Савин Владислав - Страница 91

Но все же не знаю, на что рассчитывали самураи, пытаясь сбить нас с позиций! Верно, что авиаподдержка у нас была слабее - но все равно, была... хотя случись такое у Муданцзяня, японцев бы всех сожгли еще на исходных, как ту колонну на шоссе, видел я еще в Европе, что бывает, когда на скопление бронетехники налетает полк Ил-2, рассыпая дождем ПТАБы, сотни и тысячи кумулятивных бомбочек всего по два килограмма, которые легко прожигают верхнюю броню даже у "тигра". Может, самураи не надеялись удержаться в обороне? Или всему виной было их стремление атаковать, даже там, где это было тактически безграмотно? Не знаю.

В воздухе появилась японская авиация. До того лично я видел лишь одиночек, преследуемых нашими истребителями, да воздушный бой где-то в высоте - ни одного авиаудара по нашим наступающими войскам не было. Сейчас же нас пытались бомбить, причем дважды, и не штурмовики, а двухмоторные бомбардировщики, прикрываемые истребителями - и если первый налет пришлось отбивать зенитным огнем, хорошо что японцы бросали бомбы с высоты, неприцельно, то ко второму подоспели и наши "Яки", и задали самураям хорошего жару. Сбили не меньше половины бомбардировщиков, и несколько истребителей (остальные удрали, бросив прикрываемых). У нас тоже, один Як был подбит, сел в нашем расположении, пилот цел.

Стреляла японская артиллерия, причем тяжелым калибром, но без корректировки, по площадям. Наш авианаводчик запросил истребителей поддержать - мы уже видели, что Яки иногда вполне могут сработать и за штурмовиков. Или хотя бы указать нам цели. Летуны план перевыполнили, атаковав что-то нам невидимое, за сопками. А после туда еще отстрелялся наш гаубичный дивизион. И японцы замолчали.

А затем истребители передали - на нас идут танки. Видим несколько колонн, общим числом в две-три сотни. Продержитесь, штурмовики будут через час!

У нас в строю девятнадцать СУ-122 (взамен сгоревшей, успели прислать новую машину, но еще одна на мине подорвалась), один Т-54, двадцать КВ-54. Двенадцать гаубиц (на прямой наводке, и немцам бы мало не показалось), зенитчики, дивизион 160-миллиметровых минометов, два батальона пехоты. Три километра по фронту, километр в глубину. Под Сталинградом куда труднее было!

Высылаем разведку на ближние сопки. Скоро докладывают - видим танки, тремя колоннами, в ближней "пантеры", числом до сотни. Откуда у японцев сто "пантер"? Самураи тут что, все подарки собрали, которые им Гитлер прислал? Что ж - встретим, как "королевских тигров" у Одера!

Корректировку дать можете? И бьют наши гаубицы, и 160-мм минометы. Разведчики докладывают, хорошо накрыли ближнюю колонну, там что-то горит, танки разворачиваются в боевой порядок. И поправка - там впереди точно были "пантеры", а дальше было не разобрать в пыли, теперь же видим - "кошек" с десяток, остальные жестянки. Еще пехота на грузовиках, но немного. Что ж, противник нам тем более по силам!

Местность - равнина, с невысокими холмами. К нам ложбина выходит, с изгибом, по ней дорога. Пожалуй, танки могут и по склонам пройти - а вот грузовики, вряд ли! Нам прямая видимость - тыща сто, тыща двести. Ну вот, появились сволочи, выползли, как тараканы!

Впереди "пантеры", как и сказали! За ними "чихающие". Нас пока не видят, благодаря окопам - до чего хорошее приспособление, нож для самоокапывания на Т-54 и самоходках! До ствола все по высоте землей укрыто, а сверху еще масксети набросили, по куску на моторе возим. Подпускаем японцев поближе, вот дистанция девятьсот, восемьсот, семьсот - огонь!

И летят четыре десятка снарядов в залпе. На такой дистанции прямой наводкой промахнуться трудно, особенно если за прицелами фронтовики, отвоевавшие по году или два. А наш калибр на такой дистанции и для "королевского тигра" был бы смертелен! И снова бьют гаубицы и минометы, по дефиле между холмами. Там - ад, что-то горит, сильно и хорошо! И горят танки перед нашей позицией, нам даже трудно разобрать новые цели. А "Чи-Ха" и "Ха-Го" прямое попадание 122мм снаряда просто разносит на куски!

Японцы тоже стреляют. Но пробить толстую полусферическую башню КВ-54, одну лишь возвышающуюся над землей, не под силу даже снаряду "пантеры"! Японские танки ползут по склонам над дорогой, лезут через гребень слева и справа - еще две колонны тоже подошли! Да сколько ж вас, сволочи, тут?

А кто там бьет по бортам левой колонны? Ракурс странный - наших там быть не должно!

Ни фига се - одна из "пантер", прячась за подбитыми и развернув башню, лупит по своим! И попадает! Что там за коммунист-антифашист нарисовался?

И тут появляются наши штурмовики. Три десятка - целый полк. И Яки сверху. Приказываю авианаводчику - пусть обработают за дальним гребнем, на поле перед нами мы и сами справимся. И начался для самураев содом, гоморра и страшный суд вместе взятые! Там еще позади пехота их подходила, кому в машинах места не нашлось, тоже попала под раздачу! В общем, сожгли танковую дивизию со всем приданным, ко всем чертям!

А когда все кончилось, та самая "пантера" выползла на дорогу, башня назад повернута, на антенне белая тряпка. Сдается самурай? Приказываю - не стрелять, если только не попробует пушку на нас повернуть.

Переваливает японец через наши траншеи, и оказывается прямо перед наведенным стволом КВ. Останавливается, и открывается люк не командира, а мехвода, и вылезает фигура с белой тряпкой в руке. Я приказываю привести пленного к себе на КП - и вижу не японскую, а вполне европейскую белобрысую морду.

-Их бин майор Фогель. Разделяю убеждения "свободной Германии" и служил в сорок втором под началом генерала Роммеля! Был насильно принужден желтомордыми макаками воевать против Красной Армии. Желаю быть полезным новому фатерлянду, и СССР.

-Не врет: в танке там весь остальной экипаж, мертвые, он их всех перестрелял - говорит Азаров, протягивая мне маленький плоский браунинг - и своих хозяев он пожег не меньше десятка.

-Герой! - отвечаю я - как грабить, то рад стараться, а как против силы, так в кусты? Интересно, что бы он пел, если бы это японцы на нас наступали? Тьфу, смотреть противно! Допросите его, что он знает о силах, расположении и планах противника. И в плен его, в тыл - что еще с ним делать?

Еще помню, уже когда мы шли вперед, по той самой дороге, мимо горелой японской техники. На броне разбитого танка, стоящего на самой обочине, так что всем проезжающим было видно, кто-то написал:

-Это вам за тот Мукден, суки самурайские!

И ниже:

-Деды, спите спокойно. Мы за вас отомстили - и добавим еще!

Генерал Сэйити Кита, командующий 1м японским фронтом. Мукден - Порт-Артур, Июнь 1945.

Это был подлинный марш смерти.

Знаю, что гайдзины успели назвать так то, что было на Батаане, три года назад. Не задумываясь, что те, кто шли тогда - уже были мертвы. Потому что нельзя назвать живым - того, кто сдался врагу не по воле сюзерена, а по собственной трусости, чтобы спасти свою жизнь. Но жизнь капитулировавшего труса - стоит меньше, чем пыль под ногами!

И разве трус, пусть с лучшим оружием, и в лучшей броне - достойнее настоящего воина? Но что делать, если врагов неисчислимо много - а в твоем войске далеко не все мастера? Выжившие в Гиринской бойне рассказывали, это было как бросание куриных яиц в каменную стену. Наши танковые дивизии, главная ударная сила Квантунской Армии, погибли, не сумев потеснить русских даже на шаг! И не было сомнения, что повторная атака привела бы к полному истреблению того, что еще уцелело! Встать в оборону, не спасет - после того, как половина наших войск погибла в приграничных укрепрайонах, мощных рубежах, которые Япония строила четырнадцать лет - теперь же предстояло развернуть фронт в открытом поле, а русские же, по словам моего начальника штаба, "только размялись и вошли во вкус"!