Восточный фронт (СИ) - Савин Владислав - Страница 63

А про японцев - что рассказывать, все было, как учили. Дома тут хоть и капитальные, но всего в два, три этажа, и стоят не вплотную - можно развернуться. А баррикады и завалы из подручных средств - для нас это несерьезно! Конечно, зевать и ворон ловить было нельзя. Но ничего особо трудного тут не было.

Япошки - тупые совсем, воевать не умеют? Ладно, станкачи - но у них и ручные пулеметы позиции не меняли, с одного места лупили, пока их не накроют! А мы - как приучены, по улице впереди танк-бульдозер, или огнеметный, за ним тяжелый ИС или самоходка, мы впереди вдоль стен бежим, и возле техники минимум четверо, а лучше, полное отделение, держат все сектора. И дворами кто-то тоже двигает - вот отчего работать не в плотной застройке, и когда кварталы правильной сеткой, это легко, прочесываем все как гребнем. Если из дома хоть один выстрел - огнеметом в ответ. Хуже, если тихо - тогда, как учили, внутри подозрительное движение или шум, сначала туда гранату, затем сами врываемся, в окна и двери, и разбираемся с теми, кто уцелел. Погано, что при этом мирняк японский тоже страдал, нам же не видно?

А как они против наших танков пытались, с палками, это смех один! У нас же против фаустников тактика была отработана, кому какой сектор держать, куда стрелять, как перебегать, кто кого прикрывает. А немцы манеру имели, сначала пулеметно-автоматным огнем нас прижать, а после фаустник высунется, и пальнет. И у них, кадровых, это тоже отрабатывалось до автоматизма - так что рубилово было лютое, кто кого! А тут япошки бегут, или с шестами наперевес, а на конце граната, или сам весь взрывчаткой обвязан - ну и шансы у такого психа даже десять шагов пробежать, когда по нему сразу влепляют из нескольких АК, у нас же, повторяю, на фаустников все было поставлено, и глаз и рука. А эти еще и орали, как намеренно нас предупреждая!

Нет, пытались и по-другому. Я сначала про то, что чаще было, рассказываю. В большинстве случаев - вопль, бааанзаай! и бежит очередной придурок, выскочив из-за угла - обычно, больше трех шагов не успевал! Бывало и когда их несколько бросалось, иногда даже с разных сторон - результат тот же, нам этот фокус тоже с немцев был знаком, когда автоматчики с одной стороны бьют, нас отвлекая, а фаустник с другой. Так что каждый свой сектор держал, и реагировал, как положено.

Пробовали и по-немецки работать, один-двое с минами бегут, еще несколько стреляют. Так у них автоматов не было, а винтарь против АК накоротке не играет. И стреляли они плохо. У меня ощущение было - тыловые все, не фронтовики. Не умеют под огнем правильно держаться - когда надо, пригнуться, когда надо, бежать, когда надо, ползти. Даже те, кто кадровые у них, в форме и с оружием - но не фронтовики. Хотя с кем они тут воевали?

Японские снайперы? Да, были, которые с чердаков старались стрелять, или из окон, что уже позади нас. Потому мы так все дома жестко и проверяли, благо гранат жалеть не приходилось, и огнесмеси тоже. Но вот настоящих снайперов, с оптикой, я не припомню ни одного - обычные солдаты с пехотными "арисаками". Потери от них были - но не скажу, что заметные. Зато японский мирняк таких вояк должен "благодарить" - за то, что мы стреляли, любое шевеление в окне углядев. А крупнокалиберный на короткой дистанции даже кирпичную стену пробивает, а уж кто там за ней, солдат или гражданский, то уже после, похоронная команда будет смотреть.

Да, помню и одного придурка с фаустпатроном. Хотя было такое у них очень редко - вот я лично видел лишь один раз. Посреди улицы в рост встал, и целится, ну кто ж так делает, чудик - немцы обычно из-за угла старались. Мы влепили очередями, он и выстрелить не успел. Вообще, японцы вояки храбрые - иначе не решиться никак, в полный рост в штыковую на пулеметы идти. Но глупые - кто же сейчас в такие атаки ходит?

И сволочи к тому же. Я ведь видел, как звуковещательную установку подвезли, и передавали, по-японски, чтобы их мирное население выходило, не тронем! А они, в ответ, из минометов! И было ведь, после этого еще час до нашей атаки, и кто-то пытался к нам - и женщины, с детьми! А по ним свои же стреляли, а после добивали, палками - значит не солдаты, а "ополчение"? У фрицев было, что эсэс так же убивали своих, кто нам сдаться хотел - но немецкие же армейцы, а тем более фольксштурм в таком никогда замечены не были! А здесь, выходит, сволочи все поголовно! Ну и мы их тоже, в плен не особо брали.

Меня ж лично, сам Смоленцев учил - который Гитлера брал! Так вышло, что он меня еще с Мги знает. Ну а в сорок четвертом, перед Одером, было у нас что-то вроде курсов, по обмену опытом, и там я снова слушал, как Смоленцев говорил - даже если враг будто бы сдается, сразу стреляйте, если вам хоть что-то покажется подозрительным. А у этих япошек подозрительным было все! Руки поднял - а вдруг у него граната за пазухой, вот как бы я поступил сам на его месте? Тем более и здесь, о двух случая я слышал, а может и больше было - когда именно так самураи и поступали, и сам в клочья, и наших с собой. Так что мы обычно просто стреляли, и дальше шли - так спокойнее.

Танк в нашей роте подорвали, было. Японец мертвым притворился, а как танк близко подъехал, то вскочил, и под гусеницу. После чего приказ передали - в трупы на пути стрелять тоже, если есть сомнение, что не дохлый. И я сам видел три раза - очередь по телу, и рвануло! Может и убитый лежал с зарядом, а может и впрямь, притворившийся нас ждал. Потому, всегда сначала стреляли, после разбирались - патронов не жалко, а помирать из-за японского упрямства совсем неохота!

Один лишь раз было - пожалели. На площади, большое здание (как позже оказалось, штаб), и перед ним толпа, даже не с винтовками, а с копьями из бамбука! Я смотрю - мелкие они какие-то, и в штатском, пригляделся, точно дети! Вроде, там один в форме был, наверное офицер, но нас увидев, сразу в дом сбежал. А эти остались.

Нет, если бы с той стороны хоть кто-то выстрелил... Мы ж только что из боя - смели бы всех, не посмотрев. Кто против нас с оружием - тот враг, пока не положил, и руки не поднял. А эти, малые совсем, мне показалось, лет десяти-двенадцати! Ну а копья - это разве оружие, против нас? Вот не захотелось - в таких, нам первыми стрелять!

Ну, я и вышел. По-японски не знаю - просто рявкнул на них, брысь, пока целы! Так ведь поняли - палки свои побросали, и бежать! А я в дом тот вошел - не один, конечно. Не знал, что это штаб - а где тогда хотя бы часовой у входа? Хотя помню, там у двери винтовка валялась, брошенная. Ребята по первому этажу рассыпались, никого не нашли. А я с шестью бойцами, ну две тройки, как по уставу положено, наверх. А там - мама дорогая!

Большая комната, на полу ковер, на стене портрет, наверное, их императора. И семеро японских офицеров, навытяжку. Смотрят на дверь напротив. На нас лишь обернулись, один говорит что-то по-своему, хрен поймешь! А ну хенде хох, суки! Поняли ведь! Сильно зол я был - это выходит, вы детей вместо себя умирать послали, а сами по-культурному в плен? Дальнюю дверь пинком распахиваю - там кабинет поменьше, и генерал, с тесаком в руке стоит. Я ему - брось железку! А он лыбится погано, и клинок себе в живот!

А из тех семерых я после узнал того, кто на площади был, с детьми. И просто, от души, дал ему в морду. Чтобы, если он схватится за саблю, что у него все еще на боку болталась, то с чистой совестью пристрелить гада, за оказание сопротивления. А он лишь утерся, и все! Шашку свою отстегнул, не вынимая из ножен, и передо мной на пол положил.

А еще, старший из офицеров какое-то слово сказал, вот выговорить не могу - но явно касаемо того, что на площади было. Что говорите, тащ батальонный комиссар, да, вроде это. И что оно означает?

-А это такая японская традиция. Когда самурай, потерпевший поражение, готовится к харакири - а в это время его друзья, или верные слуги, или даже жена с алебардой, защищают вход в дом, чтобы враги не могли помешать процессу.

-Это вместо того, чтобы все разом на врага, и жизнь свою продать подороже? Ну, дикари! И сволочи к тому же!