Черный буран - Щукин Михаил Николаевич - Страница 76

Дальше лист был вырван и запись обрывалась; что еще написала моя героиня, я так и не узнаю, как не узнаю, где и когда закончился ее земной путь.

Сеет снежная крупа с неба, мокнет в руках растрепанная тетрадь, — сырость и неприютность на улице Коммунистической, и болит, не утихая, сердце, словно силится вспомнить и оплакать всех, кто жил под этим небом, ходил по этой земле и был счастлив, сохраняя до последнего часа в своей душе такую горькую и невыразимо сладкую любовь.