Про любофф. К трём апельсинам (СИ) - Виноградова Маргарита Николаевна "meggirita" - Страница 1

   Первый раз я его увидел в холле у лифта. Внутри всё сжалось, кровь густо ломанулась по сетке сосудов к диафрагме. И сердце упало вниз, ниже коленок. Ну, не бывает такого, не бывает! Пялился беззастенчиво. Обсматривал целиком и в разбивку. По кускам и сверху вниз. Облизывал взглядом как мороженое на палочке. Ласкал взглядом его палец, задумчиво скользящий по экрану смартфона. Остренький хребет кадыка, елозивший под тонкой кожей. Тонул в синеве его глаз.

   Обрисовывал мысленно контур его рта. Нет, рот под запретом. Потом целый день невозможно работать. Лучше отвести взгляд на блестящую пряжку ремня или узкие бёдра. Каждый день я теперь приходил на работу заранее. И караулил в холле, когда он появится. Чтобы крысой метнуться ему вслед, стоять сзади, дрожать от ужаса, вот сейчас он выйдет из лифта и всё. Дни мои и ночи превратились в чудовищный кошмар, триллер, где единственным героем был он. Этот парень из лифта.

   Я просыпался ночью в холодном поту, отдирал от себя сон как плотно сидящую тонкую оболочку. Там я становился на колени перед своим божеством, обнимал его руками сзади. И рыдал, заходился в рыданиях. А он молча, ничего не говоря, гладил меня по голове. Накручивал прядку моих волос на палец.. Весь день мой состоял из него. Каждая спина в толпе была им. Хотелось рвануть и тронуть прохожего за плечо. В кофейном стаканчике в Старбаксе я искал его отображение. И находил, что самое невероятное. Находил! Кто ищет, тот всегда найдёт.

   Я стал ненавидеть эти утра, стояния у лифта и марш броски за ним в тесную лифтовую кабину. Созерцание контура губ, этих проклятых губ. Что я только мысленно с ними не делал! Проводил пальцем с величайшей осторожностью и трепетом, и бил. Просто лупил ладонью по этим губищам. Ненавижу, ненавижу! Сколько ещё можно мучиться? Спина покрывалась холодным потом рядом с ним. Потом рубашка прилипала к телу, как будто я вышел из парилки. Трясучка проходила не сразу. Я шёл в курилку и затягивался сигаретой. Втягивал в себя дым и отгонял от себя проклятое видение. Сгинь, нечистая!

   Кто-то еле тронул меня пальцами за плечо:

- Привет! Я Стас.

Мир покатился у меня под ногами как стеклянный небольшой шарик. Это был ОН!