Тринадцатая Ева - Леонтьев Антон Валерьевич - Страница 53

Ведь тогда, впервые оказавшись около зеркальной двери, они подумали, что в комнате кто-то есть, злой дух или призрак умершего монаха, потому как, узрев себя в зеркале, приняли собственное отражение в слабом свете свечи за смутный образ кого-то на другом конце помещения…

04, 03, 02…

Да, зеркальная дверь! Зеркало. Отражение… Ну конечно, то, что справа, на самом деле слева, а что слева, на самом деле справа. Да, она видела две последние цифры, но были они не последние, а первые! Конечно, первые!

01…

Ева, сама не ожидая от себя такой прыти, ввела тот же самый код, но в обратной последовательности: «4, 0, 1, 3, 6».

Дверь бесшумно отскочила. Ева потянула ее на себя и шагнула вперед. Те звуки, которые казались ей приглушенными ударами хлыста, на самом деле были громкими выстрелами.

Она оказалась в коридоре, освещенном яркими лампами. Ева кинулась вперед и увидела, что коридор привел ее в большое помещение. На полу она заметила не меньше трех десятков, а вероятнее, даже больше тел.

Трупов.

Это были трупы молодых женщин, и Ева вздрогнула, потому что на нее опять нахлынули воспоминания. Она ведь знала некоторых из них, в самом деле знала…

Были женщины и живые – человек пять, не больше.

Но времени на размышления не было. Она заметила того самого типа в черном, который, ухмыляясь, стоял к ней спиной (и, соответственно, не видел, что в тайное помещение кто-то проник). Он ничего не делал – только наблюдал.

– Теперь ты! – скомандовал он, кивая головой в сторону одной из женщин.

Ева стала свидетельницей ужасной сцены. Одна из молодых женщин, склонившись над телом, лежавшим около нее, вытащила из руки пистолет. Затем поднесла его к виску.

Грянул выстрел. Женщина осела на пол, из ее виска хлынула потоками кровь.

– Давай, теперь ты! – произнес тип, отдавая приказание ее соседке. И та безропотно, словно ничего не осознавая, склонилась над теплым еще телом и взяла в руки пистолет.

Конечно, они ничего не осознавали. Потому что подчинялись безжалостной программе самоликвидации, которая была заложена в них, во всех этих Ев, во время бесчеловечных экспериментов.

Девушка поднесла пистолет к виску. Ева выступила из тени, и стоявшие к ней лицом Евы заметили ее. Глаза той, которая сжимала пистолет, расширились.

– Не делай этого! – крикнула Ева, но лицо девушки только болезненно искривилось, и палец лег на спусковой крючок.

Снова грянул выстрел. А вместе с ним к ней повернулся разъяренный и одновременно напуганный тип в черном. Кажется, он до такой степени чувствовал себя безнаказанным и наслаждался своей ролью, что даже потерял бдительность.

– Ты кто? – произнес он, уставившись на Еву. А потом, чуть оправившись, сказал:

– Возьми пистолет и застрелись! Живо!

Вероятно, он считал, что она одна из этих несчастных, которые выполняли все, что им приказывали. Ева подошла к нему и нанесла ему удар в солнечное сплетение. Тип, этого не ожидавший, полетел на пол.

– У… убейте ее! – простонал он. И одна из трех оставшихся в живых Ев, та самая, которая переняла эстафету и держала в руке пистолет, вдруг направила его на пришелицу и выстрелила. Если бы не реакция Евы, то пуля раздробила бы ей череп.

– Убейте ее! – завопил тип в черном. И три Евы ринулись на нее. Ева понимала, что с тремя ей не справиться. Другого выхода не оставалось…

Она приставила пистолет, который забрала у напарника этого убийцы в черном, к его голове и произнесла:

– Отмените приказ. Или я вас пристрелю, потом, вероятно, сама погибну, но вам-то будет без разницы, ведь так?

Раздался еще один выстрел, это по ней палила другая Ева. Тип судорожно сглотнул и крикнул:

– Остановитесь!

Три Евы, одна из них с вытянутой рукой, в которой был зажат пистолет, немедленно замерли.

Ева ловко выбила ногой пистолет, который тип в черном пытался вытащить из-под пиджака, и сказала:

– А теперь вы сообщите мне, как ими управлять. Иначе…

Тип облизнул посеревшие губы и сказал:

– Для этого требуется кодовое слово. Тогда они сделают все, что вы им прикажете…

– Какое кодовое слово? – спросила Ева, и тип прошептал:

– В данном случае – словосочетание… Но помимо этого у вас должен быть прибор, который корреспондирует с вживленными в них чипами… Он у меня здесь, на поясе…

Ева нагнулась, чтобы взять прибор, и в этот момент тип резко ударил ее в живот, а потом с силой отшвырнул к стене.

Боль была адская, но Ева развернулась, чтобы нанести ответный удар. Пистолет при падении вылетел у нее из рук и отлетел куда-то вдаль. Она увидела, что тип изо всех сил тянулся до лежавшего на расстоянии нескольких метров другого, своего собственного, пистолета.

– Убейте ее! Пристрелите! Сейчас же! Я приказываю! – завопил он.

Евы, словно ожив, двинулись на нее. Та, в руке которой был зажат пистолет, палила в нее. Чудом увернувшись от пуль, Ева бросилась на нее и сшибла с ног. Но тут подоспела вторая, подхватила пистолет и направила его в лицо Евы. А потом спустила курок.

Раздался сухой щелчок, и Ева, уже приготовившаяся умереть, поняла, что элементарно закончилась обойма.

Обе Евы снова замерли, причем та, которая овладела оружием, продолжала нажимать на спусковой крючок, словно надеясь на то, что в обойме появятся новые патроны.

Тип в черном, тяжело дыша, поднялся на ноги. В руках он держал свой пистолет.

– Эти идиотки исполняют то, что им приказываешь! – заявил он. – Но хоть и люди, мыслить логически не умеют. Вот эта стоит и, как зомби, нажимает на спусковой крючок, хотя патронов нет. Все же в проекте имеется масса недоработок. И от такого товара с брачком в самом деле надо избавляться без сожаления.

Он подобрал пистолет Евы, подал его особе, которая все нажимала на спусковой крючок, и отдал приказание:

– Застрелись!

И та, выпустив пистолет без обоймы, взяла другой, поднесла его к виску и выполнила приказание. Ева, крича, отскочила в сторону.

– Это же люди! Вы понимаете, люди! – сказала она. – А вы…

Тип с ухмылкой подошел к ней.

– Люди – это мы с тобой, номер тринадцать. Ты ведь та самая, легендарная? Та, которая сопротивлялась и бежала? Я ведь до этого работал в другом месте, с тобой до сих пор не пересекался и попал сюда, когда ты уже сделала ноги…

Он одарил ее взглядом, в котором сквозило восхищение, и произнес:

– А эти – так, зомби, даже еще хуже! Над ними работать и работать. Или пускать в расход! Эй ты, застрелись!

Он обратился к другой Еве, которая нагнулась, взяла пистолет.

Ева № 13 кинулась к ней, вцепилась ей в руку, однако другая Ева ударила ее в лицо. А потом грянул выстрел.

Ева, чувствуя, что у нее из носа течет кровь, сказала:

– Зачем вы их уничтожаете?

– Не я их уничтожаю, а они себя сами! – ответил тип в черном. – Кстати, что ты сделала с моим напарником, номер тринадцать? Убила? Тебя тоже надо бы убить, но я не буду этого делать, потому как живая ты гораздо важнее!

Ева трезво оценила ситуацию – с типом ей не справиться. Хотя…

Она быстро нагнулась, желая подобрать пистолет, но тип опередил ее. Грянул выстрел, и Ева вскрикнула – ее правая рука повисла плетью.

– Что, думаешь, что такая неуязвимая? – спросил тип насмешливо. – А вот и нет! Да, живая ты полезна, но не хочется мне с тобой заморачиваться. Эй ты, последняя. Возьми пистолет и пристрели эту дрянь!

Последняя Ева, двигаясь как автомат, подошла к дрожащей Еве, нагнулась и взяла в руку пистолет. Наставила его на девушку…

Та закрыла глаза. Что же, все кончено. Она так и умрет, не зная, кем была раньше…

Прогремел выстрел, однако Ева поняла, что с ней ничего не случилось. Открыв глаза, она поняла, что другая Ева выстрелила не в нее, а в типа в черном. Тот, раскинув руки, с кровоточащей головой, лежал на полу навзничь.

Но как же так…

Другая Ева повернулась к ней и сказала: