Замок Ллира - Александер Ллойд - Страница 4

—                 Распоряжения уже отданы,— сказал Мэгг, низко кланяясь.— Ваше приказание выполнено до вашего приказания. Сапожник, портные и ткачихи уже готовы.

—                 Превосходно! — воскликнула королева Телерия.— Принцесса пойдет со мной в ткацкую. А Мэгг покажет остальным их комнаты.

Мэгг, вновь поклонившись, и даже еще ниже, хотя это казалось невозможным, подал знак своим жезлом. Тарен и Гурджи, наступавший ему на пятки, последовали за Главным Управителем через внутренний двор в высокое каменное строение и затем вниз по сводчатому коридору. Мэгг указал на открытую дверь в конце коридора и величественно удалился.

Тарен вошел внутрь. Комната была маленькой, но чистой и веселой от играющего на стенах яркого солнечного света, брызжущего сквозь узкое высокое окно. Пол покрывали пахнущие свежестью тростниковые маты, в одном углу стояла низкая кровать, а рядом была устроена подстилка из соломы. Не успел Тарен сбросить с плеча плащ, как дверь неожиданно резко распахнулась, и в нее просунулась взлохмаченная голова.

—                 Ффлевддур Пламенный! — воскликнул Тарен, узнав своего давнего друга.— Рад встрече!

Бард схватил Тарена за руку и стал трясти её изо всех силы, в то же время другой рукой хлопая его по плечу. Карр шумно хлопала крыльями, а Гурджи подпрыгивал высоко в воздух, взвизгивал и налетал на Ффлевддура, обсыпая его сухими веточками и листьями, летящими из его волос, как с осеннего дерева.

—                 Хорошо, отлично, превосходно! — проговорил бард.—Давно пора было! Я ждал тебя. Думал, что ты уж никогда сюда не доберешься.

—                 Как ты здесь оказался? — вскричал начинающий приходить в себя от удивления Тарен.— Откуда ты узнал, что мы будем в Динас Риднант?

—                 Ну как же, я просто не мог не знать,— ответил бард, довольно улыбаясь.— Здесь только и толковали, что о принцессе Эйлонви. Кстати, где она? Я должен немедленно засвидетельствовать ей свое почтение. А в том, что Даллбен пошлет тебя сопровождать принцессу, я и не сомневался. Как он? Как Колл? Вижу, что ты взял с собой и Карр. Клянусь Великим Белином, я так давно не видел вас, что даже немного позабыл, как вы все выглядите.

—                 Но, Ффлевддур,— не унимался Тарен,— почему ты оказался именно на Моне, а не где-нибудь еще?

—                 Ну, это проще простого,—сказал бард.—На этот раз я решил окончательно удалиться от королевских дел. И сделал это в самое лучшее время года. Пришла весна, захотелось петь. А весна, надо тебе сказать, самый бродячий сезон. В каменных стенах сидеть невыразимо скучно. А снаружи!.. Короче, меня стало просто выдавливать из дома, на собственной шкуры. И я, сам не знаю как, оказался в пути. Мог теперь направиться в любую сторону света. На Моне я никогда не был. Вот тебе и повод, чтобы отправиться именно сюда. Я пришел в Динас Риднант неделю назад. Корабль уже отплыл за вами. Иначе, можешь быть уверенным, я бы оказался на нем.

—                 А ты можешь быть уверен, что твое общество нам было бы намного приятнее, чем общение с князьком Моны,— сказал Тарен,— Нам еще здорово повезло, что этот высокородный дурак не посадил корабль на рифы и не потопил нас во время прилива. А что Доли? — спохватился он.— Как бы я хотел увидеть его.

—                 Добрый старый Доли,— хмыкнул бард, тряхнув своими желтыми лохмами,—Я так и эдак пытался расшевелить его и выманить с собой в дорогу. Но он буквально прирос к своему дому в королевстве Красивого Народа.— Ффлевддур вздохнул.— Боюсь, наш добрый карлик и вовсе потерял вкус к приключениям. Я ведь послал ему весточку, надеясь, что он все же отправится со мной. В ответ он прислал мне записку. Догадайся, что в ней было? «Гм!» —и все!

—                 Жаль, что ты не пришел встречать нас в гавань,— посетовал Тарен.— Меня это очень порадовало бы и поддержало.

—                 М-мм… я собирался это сделать,— замялся Ффлевддур,— но мне показалось забавнее подождать и удивить вас, встретив здесь. К тому же я занят сочинением песни в честь прибытия принцессы. И я здорово с этим справился. Если позволено так говорить о себе. Мы все там упомянуты, со всеми нашими героическими деяниями.

—                 И Гурджи тоже? — насторожился Гурджи.

—                 Конечно,— подтвердил бард.— Я спою ее для всех вас сегодня же вечером.

Гурджи запрыгал и захлопал в ладоши:

—                 Гурджи не может ждать. Гурджи хочет скорей послушать бренчалки и вскличалки!

—                 Ты услышишь их, дружище,—заверил его бард — Но всему свое время. Теперь вы понимаете, что я не мог выкроить и минутки, чтобы присоединиться к встречающим…

При этом струна на арфе внезапно лопнула.

Ффлевддур снял с плеча любимый свой инструмент и печально осмотрел его.

—                 Вот, опять оборвалась,— вздохнул он.— Эти гадкие струны никогда не перестанут рваться в самый ответственный момент, когда я… эээ… немного приукрашиваю правду. В данном случае вся правда состоит в том, что меня просто не пригласили.

—                 Но бард с арфой делает честь любому двору в Прайдене,— поразился Тарен,— Как же они упустили из виду…

Ффлевддур поднял руку, прерывая его.

—                 Верно,— подтвердил он,— меня, конечно, приняли здесь благосклонно, даже чествовали, можно сказать. Но так было до того, как они узнали, что я не настоящий бард. После этого… — он запнулся,— после этого меня переселили в конюшню.

—                 Ты должен был им сказать, что ты король! — вскричал Тарен.

—                 Нет-нет,— поспешно откликнулся Ффлевддур,— когда я бард, то я бард и никто иной. Когда же я король, то никем иным быть не могу. Не люблю путаницы.

Он гордо оглядел своих друзей и продолжил:

—                 Король Руддлум и королева Телерия хорошие люди. Главный Управитель, вот кто выгнал меня.

—                 А ты не ошибаешься? — засомневался Тарен.— Мне показалось, что он отлично, можно сказать, рьяно выполняет свои обязанности.

—                 Даже слишком рьяно,—проворчал Ффлевддур.— Каким-то образом он узнал, что я не числюсь среди бардов, а я зато узнал, что такое конюшни! Сдается, он просто не любит музыку. Удивительно, как много мне встречалось людей, которым не по нраву игра на арфе!

Раздался громкий стук в дверь. Эго оказался сам Мэгг. Он пришел в сопровождении сапожника, который скромно жался у него за спиной.

—                 Не то чтобы это расстраивает меня,— спокойно продолжал Ффлевддур,— но мне обидно вот за нее.—Он погладил арфу.—Ну, ладно,—он вскинул инструмент на плечо,— как я уже говорил, мне нужно отыскать принцессу Эйлонви. Мы увидимся позже. В конюшне, если не возражаете. И я сыграю для вас свою новую песню —Бард свирепо глянул на Мэгга и вышел.

Главный Управитель, не обратив внимания на гневный взгляд барда, поклонился Тарену.

—                 Как и приказала королева Телерия, вам и вашему спутнику дадут новое одеяние. Сапожник обслужит вас как пожелаете.

Мэгг удалился. Тарен сел на деревянный стул, и сапожник приблизился к нему. Человек этот был согнут годами и одет в убогое платье. Из-под грязной тряпки, обернутой вокруг головы, на плечи ему свисали пряди серых тусклых волос. На поясе у него висели странной формы ножи, шила, мотки толстых нитей и обрывки ремней. Встав на колени перед Тареном, он развязал большой мешок, сунул в него руку и вытащил несколько полос кожи, которые разложил рядом с собой на полу. Он придирчиво разглядывал куски кожи, один за другим поднося близко к лицу, и затем откладывал их в сторону.