Я не смогла, и ты не сможешь тоже (СИ) - Соколова Александра Витальевна - Страница 88

Ольга засмеялась сквозь слезы, и увидела – первый раз за этот день – улыбку на Лариных губах.

-Мама в своем репертуаре, - тихо сказала она, глядя на Ольгу. – Беспокоится, как бы мы не поубивали друг друга.

-Нет, - покачала головой Ольга, уютнее устраиваясь в сильных Лариных руках. – Она беспокоится, как бы я снова не сделала тебе больно. И я не сделаю. Я приложу все свои силы, чтобы никогда больше этого не сделать.

Глава 16. Прости. Не о тебе.

Квартира сияла пустотой, зато в углу огромной кучей громоздились коробки. Ольга оглядела все это безобразие и посмотрела на Лару.

-Ты все еще хочешь забрать меня себе? – Смеясь, спросила она. – Наверняка не ожидала, что у меня столько вещей.

Лара отряхнула пыль с джинсов на коленях и бедрах и подошла к Ольге. Она выглядела очень забавно с косынкой на голове и какой-то метелкой в руках.

-Кажется, я сказала кому-то принять горизонтальное положение и не вставать, - сказала она, бросая метелку и обнимая Ольгу за плечи. – Не знаешь таких?

Через мгновение Ольга оказалась в воздухе, поддерживаемая сильными руками, а еще через несколько Лара осторожно уложила ее в кровать и присела рядом.

-Детеныш, - сказала она, трогая ладонью Ольгин лоб. – Побереги себя, ладно?

Но поберечь не получилось. Стоило Ольге прикрыть глаза и задремать, как тишину квартиры пронзил звук дверного звонка. Она дернулась, вскочила с кровати и схватилась за живот от боли. Кое-как доковыляла до гостиной и уже оттуда увидела: Коля. Стоит, по-хозяйски опершись о дверной проем, улыбается Ларе и что-то ей говорит.

Ольга попыталась подойти поближе, но смогла сделать всего несколько шагов. Зато голоса наконец смогла различить.

-Так где она? – Спросил Коля ехидно. – Отсыпается после трудной ночи?

Ольга видела его лицо, видела Ларину спину – обтянутую футболкой, с разводами пота между лопаток. И услышала:

-Молодой человек, Ольга спит, а когда она проснется – я усажу ее в машину и увезу к себе, навсегда. Поэтому, будьте любезны, выкиньте из головы этот адрес и Ольгин номер телефона. Я достаточно понятно объясняю?

Коля смешался, изменил позу – теперь он стоял, положив руки на бедра.

-Ты что, ее новая баба? – Грубо спросил он. – Так это не помешает, можем на троих сообразить.

Ольга съежилась. Господи, как унизительно. Как мерзко. Но Лара, похоже, полностью контролировала ситуацию: она сделала шаг вперед, вынуждая Колю отступить к входной двери. А потом еще шаг. И еще.

Когда он оказался практически одной на выходе, она остановилась и сказала:

-Юноша. Научитесь чистить уши, чтобы слышать, когда с вами разговаривают. Всего хорошего.

И добавила что-то тихим голосом.

Дверь захлопнулась, Лара повернулась назад, а Ольга все стояла и глупо улыбалась.

-Что ты ему сказала? – Спросила она, когда Лара подошла и, покачав головой, повела ее обратно в спальню.

-Сказала, что если еще раз явится – уши оторву. Зачем они ему, если все равно пользоваться не умеет?

Вечером трое мужчин в синей форме погрузили все Ольгины коробки в кузов «Газели», а саму Ольгу Лара усадила в машину. Отъезжая, обе бросили последний взгляд на дом, который больше полугода был Ольгиным домом. Или должен был быть, но так и не стал им.

-Как твои родители отнеслись к этой идее? – Спросила Ольга, когда Лара вывела машину на трассу и прибавила газ.

Лара усмехнулась.

-Мама сказала, что давно пора, а папа выразил надежду, что мне не придется делать следующий шаг.

-Какой следующий шаг? – Удивилась Ольга.

-Приковывать тебя в комнате к батарее, чтоб не сбежала.

Ольга засмеялась и, протянув руку, погладила Ларино бедро. Под ее пальцами мышцы немедленно дернулись в судороге.

-Тебе пока не стоит меня трогать, - объяснила Лара, улыбаясь. – Телу же не объяснишь, что пока нельзя.

Но как остановиться, если рука уже ощутила силу мышц, и грубость джинсовой ткани, и тепло под нею? Как остановиться, если все слова наконец сказаны и решения приняты? И если раньше было нельзя, то теперь-то, теперь-то можно! Хотя бы немножко. Хотя бы чуть-чуть.

Ольга повела рукой выше и забралась под край Лариного свитера. Под пальцами вдруг оказалась горячая кожа живота, и машина вильнула в сторону на мгновение.

-Детеныш!

Плевать. Ольга задрала свитер еще немного и всей ладонью погладила раскаленную нежность кожи. Ощупала твердые мышцы под ней. Пощекотала едва заметные волоски.

-Детеныш!

Голос стал из ласкового угрожающим и Ольга убрала руку. Что ж такое? Как будто заколдовал их кто-то, честное слово. Только выбрались из страхов и сомнений, как теперь новая проблема. Нельзя. Но как же нельзя, когда так хочется?

У ворот дома их встречали дядя Володя и тетя Наташа. Лара помогла Ольге вылезти из машины и явно примеривалась снова взять ее на руки, но Ольга не дала: отпихнула, шагнула сама.

-Здравствуйте…

Ей было ужасно стыдно и еще более неловко. Но Ларины родители, похоже, решили делать вид, что ничего страшного не произошло: тетя Наташа обняла ее и поцеловала в щеку, а дядя Володя одобряюще похлопал по плечу.

-Лариска, идите в дом, - велел он. – Как Газель придет – мы с мужиками сами все разгрузим, а ты лучше Олю в кровать уложи – вон бледная какая.

-Правильно, - подтвердила тетя Наташа. – Идите отдыхайте, я потом ужинать позову. Вова, ты шкаф освободил?

-Освободил и без твоих указаний, - добродушно посмеялся дядя Володя и посмотрел на ошеломленную Ольгу. – Ну что встали? Вперед и с песнями.

Лара хмыкнула что-то неразборчивое и за руку потащила Ольгу в дом.

-Они правда иногда надоедают, - сказала она, поднимаясь по скрипящим ступенькам на второй этаж. – Не обращай внимание.

Прошли по коридору, Лара толкнула дверь и пропустила Ольгу вперед.

Это была ее комната. Она жила и дышала ею. Все в ней было Ларино – и кровать, и книжные полки, и даже темно-синие шторы, прикрывающие большое окно.

-Добро пожаловать, - шепнула Лара в Ольгино ухо, обняв ее сзади и сцепив руки на животе. – Не переживай особенно. Ты привыкнешь.

Ольга улыбнулась, откидывая голову назад. У нее было подозрение, что привыкать и не придется.

Я знаю, что ты чувствуешь. 

В это трудно поверить. 

Их дом – в миллионах световых лет отсюда. 

Выстроим звезды в линию, 

Превратим воду в вино. 

Разбитые души снова станут целыми сегодня. 

Да, сегодня.

Ночью ты проснешься и поймешь, 

Откуда ты знаешь меня.

Потому что я – пришелец. 

И ты тоже. 

Я пришелец. Такой же, как и ты. 

Ты устала, и бежишь от самой себя.

Но это бессмысленно – от себя не убежишь.

Так что пусть сияют небеса. 

Нам ничего не страшно.

Потому что любовь в этом мире превыше всего.

Она как солнце.

Подними глаза и впусти меня.

Я пришелец. И ты тоже. 

Я пришелец. Такой же, как и ты.