Профессионал. Мальчики из Бразилии. Несколько хороших парней - Годар Этьен - Страница 88

Он механически ел, совершенно не обращая внимания на то, что отправляет в рот. Джоан несколько раз пыталась вывести его из этого сомнамбулического состояния.

— Дэнни! — ее пальцы коснулись руки Каффи. — Ты где витаешь? Вернись на землю.

Даниэл быстро перевел взгляд на Джоан, мигнул, как будто поймал ее лицо в фокус, улыбнулся.

— Прости, Джо! Я ведь испортил тебе вечер. Сам зазвал и сам…

— Пустяки, — мягкая улыбка слегка коснулась ее губ, — о чем ты все думаешь?

— Знаешь, Джоан, — он сжал руку девушки, — с тобой бывает такое — вот нужно вспомнить что-нибудь, например чье-нибудь имя… И ты пытаешься сделать это, но все — никак. А как только начнешь думать о чем-то другом, так мысль сама приходит в голову, — задумчиво договорил Дэнни.

— Если ты о своих клиентах — то постарайся думать о чем-то другом, ну, например, не потанцевать ли нам сейчас, а там посмотрим — не придут ли ответы на поставленные вопросы.

Молодые, красивые Джоан и Дэнни легко заскользили по паркету. Джоан ловила на себе взгляды танцующих рядом мужчин. Они не скрывали своего восхищения.

Но даже танго не смогло изменить меланхолическое настроение Дэнни.

Они допили кофе, затем Каффи поднялся и стал взглядом искать официанта.

— Пойдем, Джо, — сказал он. — Нас ждет трудная работа.

Поскольку официант не подошел, Дэнни положил на стол две двадцати- и десятидолларовые купюры, заметив при этом:

— Думаю, этого хватит и для оплаты ужина и чаевых…

— Но это уж слишком! — не выдержала Джоан. — Адвокат! Вы что, уже пропиваете гонорар? Или вам взятку дали?

— Ладно, ладно… Время, а у нас до суда — всего ничего, дороже этих денег… Идем.

И он за руку повел Джоан к стоянке.

Уже по дороге домой, в такси, Дэнни заговорил:

— Я хочу тебе кое в чем сознаться, Джо. Когда-то я мечтал стать врачом. Но отец решил мою судьбу. И я не жалею об этом, особенно теперь, когда мы взялись за это дело Доусона и Дауни. Славные такие парни! Их нужно спасать. Конечно, адвокат не похож на врача. У доктора много пациентов, некоторые из них молоды, их болезни излечимы, другие стары и должны умереть. Такова философия жизни. Врач не может слишком близко к сердцу принимать дела своих пациентов и страдать от этого. Другое дело — адвокат. У него сравнительно мало клиентов. Большинство их трудностей преодолимы, если адвокат знает, что делать. В зависимости от этого, адвокат всегда может облегчить их положение, если изберет правильный путь своих действий…

Внезапно Дэнни замолчал, потом повернулся к Джоан и взял ее руки в свои:

— Спасибо, Джо, что именно ты осуществляешь надзор за правильностью моего выбора, — он перевел дух, — то есть, за правильностью моего пути. — Хитро улыбнувшись, он добавил: — Домой!

Рядом с Джоан Галуэй вновь был прежний легкомысленный бейсболист Даниэл Каффи.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ

Лейтенант Сэм Уэдберг сидел в своем маленьком кабинетах е, расположенном в конце длинного узкого коридора. Перед ним на столе находились три телефона. В сторону была сдвинута бумажная тарелка с недоеденным гамбургером и измятой бумажной салфеткой.

Перед Сэмом стоял термос. Когда Джоан и Дэнни вошли в кабинет, он разговаривал по телефону и потягивал из бумажного стакана кофе.

— Хорошо, — сказал Сэм в трубку, — держите со мной связь.

Уэдберг отодвинул от себя телефон и, оценивающе посмотрев на вошедших, сказал:

— Да, явились сюда с приятными воспоминаниями о жаренном по-французски луке, филе-миньоне, чесночном хлебе и выдержанном вине. А я тут затыкаю рот сальным гамбургером, и мой желудок уже начинает…

— Прервись, — оборвал его Каффи. — Сколько зубов за вчерашний день вышло у дочери? — И, не давая Сэму опомниться, добавил: — У нас есть возможность сейчас увидеться с Дауни. Джоан передаст ему привет от тети… — не смог не съязвить Дэнни.

Сэм, на ходу допивая кофе, проверил все пуговицы на своем черном кителе.

ГЛАВА ТРИДЦАТАЯ

Заключенный Лаутен Дауни был доставлен в кабинет капитана Галуэй в сопровождении охранника-негра. Маленький, щуплый, коротко стриженный, светловолосый и светлоглазый, он преданно смотрел в глаза каждому, кто начинал с ним говорить.

— Повтори, что тебе приказал лейтенант Кендрик, — Дэнни участливо посмотрел на Лаутена.

— Он приказал мне и капралу Доусону устроить Уилли красное наказание, — растягивая слова как говорящая машина произнес Дауни.

— Говорить нужно быстрее, — посоветовал Сэм Уэд-. берг. — Сначала, конечно, пойдет такой темп, а потом покажется, будто ты подыскиваешь слова…

— Да и не Уильям, а рядовой Сантьяго, — вставил Каффи. — Если ты будешь называть его Уильям, значит, он — человек, у него есть мама, папа… Его жалко и так далее…

Джоан, наблюдавшая со стороны этот разговор, наконец вмешалась:

— Лаутен, ты должен помочь себе, а значит, и нам. Говори только правду, — и она ободряюще улыбнулась Дауни.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ

В последний вечер перед началом процесса друзья засиделись довольно поздно. Когда начали расходиться по домам, в коридоре Дэнни задержал Сэма:

— Ты хороший парень!

— Увидимся в суде, адвокат! — Сэм нажал кнопку лифта.

Джоан, в плаще, остановилась у лифтовой кабины:

— Дэнни! — нерешительно начала девушка.

— Я знаю, что ты хочешь мне сказать, — не дал ей договорить Каффи. — Не нужно. У нас были разногласия. Сначала ты сказала то, что не хотела мне говорить. Потом — я что-то не то сказал… А теперь — ты очень довольна, что занимаешься этим делом. Ты начинаешь меня уважать… За эти три недели ты прониклась ко мне определенным уважением… И, конечно, я счастлив… Так что, нечего это раздувать… Но главное, — Дэнни наклонился к Джоан так близко, будто готовился к поцелую, — я нравлюсь тебе и ты нравишься мне. Так что все о’кей!

Легонько оттолкнув Дэнни, Джоан, насмешливо глядя на распетушившегося парня, произнесла:

— Я просто хотела тебе сказать: надень свой талисман, — и, выдержав актерскую пауза, добавила: — Надень свои знаменитые носки завтра…

— Хорошо… — еле пролепетал обескураженный Дэнни.

Мгновенная улыбка озарила прекрасное лицо Джоан:

— Мы готовы! В это надо верить!

Каффи еще долго стоял, прислонившись к дверному косяку:

— Они уничтожат нас в суде… — прошептал он одними губами.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВТОРАЯ

В два часа дня зал, в котором проводил заседание военного трибунала полковник Фэлтон, был переполнен.

Родственники обвиняемых, адвокаты, представители суда и обвинения заняли свои места в зале.

За спиной у защиты Каффи увидел пожилую супружескую чету. Достаточно было взглянуть на крупного рослого темнокожего старика, как становилось понятно — перед Дэнни отец капрала Гарольда Доусона. Мать его, пухлогубая, в какой-то нелепой шляпке, все время жалась к мужу и нервно комкала носовой платок. Дэнни представился чете Доусонов.

— Вы ведь спасете нашего сына? Правда? — заискивающе спросила старушка.

— Я постараюсь! — Каффи ободряюще улыбнулся ей.

Джоан позвала Каффи:

— Дэнни! Познакомься! Это тетя Дауни — Дженни Миллер.

Перед Дэнни стояла миловидная белокурая девушка. Он. с удивлением разглядывал ее:

— Извините, я просто думал, что вы — постарше… — объяснил Дэнни свою растерянность.

— Я тоже так думала! — парировала Миллер.

— Ну — твой последний шанс! — одними губами проговорил Дэнни, наклонившись над изучающим что-то в своих бумагах капитаном Россом.

— Слишком поздно, — ответил шепотом обвинитель.

Судья Фэлтон, прихрамывая, вышел из боковой двери и направился к своему креслу.

Судебный секретарь скомандовал:

— Всем встать!

Зрители, защита и обвинение поднялись.

— Прошу садиться! — судья Фэлтон задумчиво нахмурился. Затем обвел тяжелым взглядом присутствующих и пробасил: — Все, кто имеет касательство к работе трибунала, должны говорить громко и четко.