Покоренные любовью (ЛП) - Лоуренс Стефани - Страница 76

Ее детское увлечение – одержимость им переросло во что-то большее, что невозможно отрицать или изменить. Каким бы испытаниям она его не подвергла – это не более чем предосторожность с ее стороны. Это ее утешало, поддерживало, но в конце концов к делу не относилось. Она любит его, и как верно заметила Пенни, любовь – это не то чувство, которое мы можем игнорировать.

Любовь никогда не позволит ей развернуться и уйти, не позволит струсить, чтобы не рисковать своим сердцем.

Если она хочет любви, то ей нужно рискнуть. Придется сдаться. Ему.

Ее дальнейший путь стал предельно ясным.

- Ваша светлость, для меня честь принять ваше предложение.

Ее сердце громче забилось при этих словах, словах, которые она никогда не думала произнести. Она радостно улыбнулась.

Дверь в комнату распахнулась; вошла Люси.

- Доброе утро, мисс. Готовы к хлопотному дню? Работа внизу уже во всю кипит.

- Ох. Да.

Улыбка Минервы померкла. Она мысленно выругалась; до ярмарки остался всего один день. Единственный день в году, когда у нее нет и минуты свободного времени.

Или у Ройса.

Снова выругавшись, встала.

И окунулась в водоворот дел и забот.

Спустилась завтракать. Ройс, спустившийся раньше и уже позавтракавший, мудро отправился на верховую прогулку. Начали прибывать гости; столовая была заполнена разговорами и смехом. Конечно, ее наставницам не терпелось услышать ее рассказ; но учитывая собравшуюся компанию, все, что она могла сделать, это широко улыбнуться.

Увидев ее улыбку, они поняли, что она означает, и улыбнулись в ответ.

Летиция погладила ее по руке.

- Это замечательно! Ты сможешь позднее рассказать нам все подробности.

Это произойдет намного позднее. Прошло слишком много лет с тех пор, как прислуга в замке готовилась и с приемом, и с ярмаркой одновременно. Проблемы и вопросы будут возникать повсеместно.

Допив чай с тостами, Минерва направилась в утреннюю гостиную герцогини. Она и экономка провели целый час, убеждаясь, что учли все, что необходимо сделать. Как только экономка вышла из комнаты, раздался стук в дверь, известивший ее о прибытии Летиции, Пенни и Клэрис.

- О! – встретившись с Летицией взглядом, Минерва попыталась сосредоточиться на других мыслях.

- Нет, нет, - усмехнувшись, Летиция отмахнулась от нее. – Как бы сильно мы не хотели все услышать – в мельчайших подробностях – сейчас явно не то время. Мы пришли, чтобы предложить свою помощь.

Минерва удивленно моргнула; посмотрев на Летицию, перевела свой взгляд на Пенни и Клэрис.

- Нет ничего хуже, - заявила Пенни, - чем маяться от безделья, особенно когда нужна помощь.

- Особенно, - добавила Клэрис, - когда в наших силах помочь вам, в частности в организации ярмарки, - она села на диван. – Итак, что есть в твоем списке того, в чем мы могли бы помочь?

Минерва собралась и перевела свой взгляд на список дел.

- Есть стрельба из лука, а еще конкурсы…

Разделив между собой обязанности, они отправились вниз. Пока другие направились в свои комнаты, чтобы взять шляпки и шали, Минерва разыскала Ретфорда. Они обсудили размещение гостей, большая часть которых останется в замке на несколько дней, затем она присоединилась в холле к остальным.

По пути к месту, где будет проходить ярмарка, они обсудили последние детали. Достигнув поля возле церкви, где уже кипела работа, переглянувшись, девушки смело нырнули в толпу.

Даже проверяя подготовку ко всем мероприятиям, которые были в ее списке, и обсуждая последние детали, Минерва потратила несколько часов. Ярмарка в Алвинтоне была самым большим событием в округе; многие преодолели огромный путь, чтобы продать свой товар.

Особенно, учитывая, что земледелием в округе занимались многие. И хотя Пенни проверяла подготовку к выставке животных, Минерва занималась сельскохозяйственными культурами; слишком много местных жителей принимали здесь участие, соперничая друг с другом.

Ярмарка являлась одним из тех мероприятий, когда народные традиции и религия тесно соседствовали друг с другом. Перед тем, как священник обвенчает их, молодые люди прыгали через метлу, заявляя о своем намерении вступить в брак. Эта традиции выдержала в смертельной схватке с преподобным Крибхорном.

- В этом году будет девять пар, - священник просиял. – Всегда приятно видеть зарождение новых семей. Для меня это одна из самых приятных обязанностей, даже если церкви и приходится делать вид, что мы об этом не знаем.

Уточнив время и место прохождения церемонии, Минерва заметила Ройса. Его окружали дети, требующие его внимания.

Весь день, к удивлению многих, он помогал другим мужчинам устанавливать навесы и шатры. И хотя они обменивались многозначительными взглядами, он не подходил к ней, чтобы не отвлекать.

Но девушка все равно чувствовала на себе его взгляд, знала, что он находится рядом с ней.

Пользуясь тем, что герцог был занят, Минерва позволила себе полюбоваться им, вспоминая, как он отнесся к своим обязанностям. Он не забыл о мостике и о олдерменах из Харботла тоже. Хэнкок, плотник замка, наблюдал за восстановление моста и ежедневно докладывал Ройсу.

Местные жители не отводили взгляда от фигуры герцога - высокий, в хорошо скроенном сюртуке, бриджах из оленьей кожи, вычищенных сапогах - он приковывал внимание. Минерва заметила, как миссис Крислей из Алвинтона смотрела на него, широко открыв глаза.

На их памяти его отец никогда не посещал ярмарку и уж тем более никогда никому из них не помогал. Тем самым он проводил границу между ними. Он их герцог, но не один из них.

Ройс был сделан из того же теста, что и его предки, но в нем не было отстраненности, отчужденности от всех; в шумной толпе он чувствовал себя одним из них. Больше не было смысла думать об этом, чтобы понять его взгляды. Чувство долга по отношению ко всем людям, за которых он отвечал, было заметно во всем, что он делал. Это было огромной частью того, кем он был.

Уверенный в себе, высокомерный, он – Вулверстон, герцог, пользующийся властью, которая была дана ему при рождении. Он использовал эту власть принципиально и последовательно, чем Минерва могла рассчитывать.

Наблюдая за ним, окруженном детьми, Минерва повернула голову и обменялась парой слов с преподобным, чувствуя себя так, словно у нее вырастают крылья.

Это мужчина, которого она любит.

Он был тем, кем был, имел свои недостатки, но все же она любила его.

Ей пришлось отвернуться от него, подавить в себе эти чувства, чтобы сделать то, что необходимо сделать. Не переставая улыбаться, подняла голову, вздохнула и отправилась дальше, делая то, что должна была дальше сделать.

Позже.

Позже она поговорит с ним, согласиться принять его предложение и отдаст ему свое сердце.

- Только благодаря вам, я иду домой еще до наступления сумерек, не говоря уже о послеобеденном чае.

Непринужденно поддерживая разговор, Минерва улыбнулась Летиции, Клэрис и Пенни, которые так же, как и она, сильно устали, но были довольны прошедшим днем.

- Это доставило нам удовольствие, - сказала Пенни. – Думаю, я смогу уговорить Чарльза приобрести несколько овец у О’Локлина.

Минерва усмехнулась, но не стала развивать эту тему, чтобы не отвлекаться от рассказа Клэрис о том, что она обнаружила в ремесленных лавках. Когда они достигли замка, она уверилась, что ее подруги не нашли эти обязанности слишком обременительными. Девушки вошли в замок, чтобы присоединиться ко всем за послеобеденным чаем.

Вместе с дамами в замке осталась лишь небольшая часть джентльменов. Все остальные, взяв ружья или удочки, исчезли на весь день.

- Это было мудрым решением с нашей стороны, - сказала Маргарет. – Особенно, если мы хотим завтра на ярмарке танцевать.

Мысленно улыбнувшись, Минерва стала подниматься по главной лестнице. У нее не было уверенности, что все готово в самом замке; она оставила списки своих дел в утренней гостиной.