Наконец-то! - Басби Ширли - Страница 57

— Не понимаю, о чем вы, — пролепетала Мэри и, собравшись с духом, добавила уже тверже: — Я нахожу ваши слова оскорбительными и прошу вас немедленно уйти из моего дома… иначе я позову дворецкого, и он вышвырнет вас отсюда!

Патрик небрежно развалился в кресле, достал из кармана изрядно помятую и потрепанную записку и швырнул ее на колени Мэри.

— Прочтите, — сказал он, — а потом можете звать дворецкого.

Мэри развернула листок и прочла текст. Когда после долгой паузы она опустила записку на колени и посмотрела на Патрика, ему показалось, что она состарилась сразу лет на десять.

Встретившись с откровенно презрительным взглядом своего гостя, Мэри опустила глаза, вздохнула и произнесла с напускной безмятежностью:

— Боюсь, я все еще не понимаю. Какое отношение имеет ко мне эта записка?

— Я пришел сюда не для того, чтобы играть с вами в кошки-мышки, — хмуро ответил Патрик. — Если вы и дальше будете отнимать у меня время, моя цена возрастет. — Он резко изменил свою ленивую позу и, подобравшись, подался вперед. Его глаза походили на острые льдинки, а в голосе послышались металлические нотки. — Пять лет назад вы помогли расстроить свадьбу Тони и Арабеллы. Вы тайно следили за своей падчерицей и сообщили одному из Даггетов, где и когда они встречаются, а он позаботился об остальном. Записка, что лежит у вас на коленях, служит тому доказательством. Итак, скольковы заплатите мне за молчание?

Мэри начала было возмущаться, но, увидев выражение его лица, замолчала. Устало откинувшись в кресле, она заговорила со страданием в голосе:

— Я не желала Арабелле зла. Но ее отец был категорически против этого брака, и когда мне предложили испортить ее отношения с Тони… я охотно согласилась. — Она обхватила руками свою светло-русую голову. — Вы не представляете, что я пережила за последние годы! Я видела, как страдает Арабелла и понимала свою вину. Мне было нелегко. — Она подняла голову и посмотрела на Патрика. — Поверьте, я не желала ей зла! Наоборот, я хотела… ее спасти. Но все оказалось напрасно. Тони Даггет вернулся. Арабелла по-прежнему его любит и при первой возможности выйдет за него замуж. А теперь оеще вы пришли обвинять меня в старых грехах.

Патрик встал, забрал у нее записку и снова сунул к себе в карман.

— Я мог бы вас пожалеть, но мои симпатии целиком на стороне Арабеллы и Тони. Напишите своему сообщнику, что его гнусная тайна раскрыта. Мне нужно много денег, чтобы я держал язык за зубами. Иначе я разоблачу ваше злодейство. Я дам вам знать, когда и где мы встретимся. Произведем обмен: вы получите записку, а я — деньги. Если мы разойдемся по-хорошему, Тони и Арабелла никогда не узнают, кто их предал.

Бледные щеки Мэри окрасились слабым румянцем!

— Вы ничего не докажете!

— А мне и не нужно ничего доказывать. Я просто покажу Арабелле эту записку и скажу, что вы помогли разлучить ее с Тони. Как вы думаете, — спросил он со злорадной усмешкой, — кому из нас она поверит?

— Зачем вы это делаете? — воскликнула Мэри. — Ведь вы богаты и не нуждаетесь в деньгах.

— Вот здесь вы ошибаетесь. Мужчины с моей репутацией всегда нуждаются в деньгах. В последнее время я здорово поиздержался, знаете ли. И я очень рад, что подвернулся такой легкий способ возместить мои траты.

Патрик насмешливо поклонился и зашагал к выходу. Взявшись за серебряную дверную ручку, он бросил через плечо:

— Напишите вашему сообщнику, да побыстрее. Я человек нетерпеливый. Не заставляйте меня ждать.

Глава 20

Когда Патрик подошел к ожидавшим его Джереми и Тони, брат Арабеллы встретил его суровым взглядом и нацеленным пистолетом. Мельком взглянув на Тони, Патрик убедился , что тот по-прежнему крепко привязан к лошади, но, судя по метавшим молнии глазам, уже очнулся и пребывает в бешенстве.

— Я поклялся вам, что удержу его, — прорычал Джереми. — Но прежде чем вы сделаете еще хоть шаг, потрудитесь объяснить, что происходит.

— Ничего особенного, — небрежно отозвался Патрик. — Просто я тоже дал клятву и должен ее сдержать. — Он наткнулся на гневный взгляд Тони. — Я обещал твоей беременной жене оградить тебя от опасности. — Он обезоруживающе улыбнулся. — Можно ли осуждать человека за то, что он выполнил свое обещание?

Все такой же растерянный, Джереми подозрительно смотрел на Патрика.

— Ничего не понимаю. Почему Тони связан?

— Убери пистолет и я тебе все объясню, — беззлобно сказал Патрик, подходя к Тони и расстегивая кожаные ремни, которыми Даггет был привязан к лошади. — Твой новоиспеченный зять решил подставить себя под удар Сапога, — объяснил он Джереми, не прекращая своей работы, — а я ему помешал.

Как только Тони развязали руки, он вырвал кляп изо рта и недовольно воскликнул:

— Черт побери, Патрик! Мы же решили, что пойду я.

— Нет, это ты так решил, — спокойно возразил Блэкберн. — У меня был другой план. Возможно, не самый лучший, но он хотя бы на время оградил тебя от беды… Прежде чем ругаться, ответь-ка мне не один вопрос: ты бы на моем месте поступил иначе?

Тони поморщился и нехотя покачал головой:

— Нет, и ты это прекрасно знаешь! Но Сапог рано или поздно выйдет на мой след, а ты встал у него на пути. Теперь ему придется сначала убрать тебя.

— Совершенно верно, — вкрадчиво отозвался Патрик, — вот тут-то мы его и поймаем. — Он вскинул бровь. — Ведь ты не дашь ему меня убить?

— Конечно, нет, — буркнул Тони.

Джереми озадаченно слушал их обоих и наконец не выдержал:

— Может, кто-нибудь объяснит мне, в чем дело?

Тони и Патрик многозначительно переглянулись. Им не хотелось рассказывать Джереми об участии Мэри в событиях пятилетней давности.

Улыбнувшись, Тони спрыгнул с лошади.

— Видишь ли, после твоего отъезда из Гринли кое-что прояснилось. Мы узнали, почему Сапог напал ночью на твою сестру. Ему надо было забрать записку, написанную им пять лет назад и приглашавшую Молли в охотничий домик. Записка эта каким-то образом попала в руки Лейтону. Вероятно, Молли была сообщницей Лейтона, ведь он ее содержал. Она отдала ему записку, объяснив, о чем там идет речь. Они вдвоем или только один Лейтон начали шантажировать Сапога. Сапог решил это пресечь и явился к Лейтону домой — к несчастью, в тот самый день, когда туда пришла твоя сестра. Видимо, Арабелла спутала им все карты. Записка случайно попала в ее документы, которые Лейтон сбросил на пол, и в конце концов оказались в ее сумочке.

— Лейтон это понял, — взолнованно подхватил Джереми, — и попытался забрать записку, когда Арабелла возвращалась домой после разговора с вами!

Тони кивнул:

— Совершенно верно. В ту же ночь коварный Сапог убил Лейтона и, не найдя у него записки, догадался, что она у Арабеллы. — Взгляд его омрачился. — Я не хочу даже думать о том, что могло с ней случиться, если бы она не ударила его графином.

— Но почему он не предпринял второй попытки? — задумчиво спросил Патрик. — Ведь он уже совершил одно убийство, чтобы завладеть этой проклятой запиской. Что же его остановило?

— Не знаю, — признался Тони. — Но думаю, что он решил на время затаиться. Посуди сам, записка пропала, у Лейтона ее не оказалось, а нападение на Арабеллу прошло неудачно. Бьюсь об заклад, он тысячу раз пожалел о своем глупом демарше.

— Почему же глупом? — удивился Джереми.

— Потому что его действия привлекли к нему наше внимание. Мы стали гадать, чего именно он хотел от Арабеллы. Конечно, записка все равно когда-нибудь нашлась бы, но это могло случиться и через полгода, и через год. К тому времени твоя сестра наверняка забыла бы, когда в последний раз брала с собой ридикюль, и никто из нас не связал бы завалявшийся в нем клочок бумаги с Лейтоном и его попыткой дорожного ограбления. Сапог разбудил спящую собаку, и это было его ошибкой.

Джереми кивнул, явно удовлетворенный таким объяснением. Тони и Патрик напряженно ждали, когда в его голове возникнет неизбежный вопрос.

Наконец это произошло.