Наконец-то! - Басби Ширли - Страница 33

Арабелла сделала глубокий вдох, посмотрела на мачеху и тихо сказала:

— Тетя Агата права. Я все еще его люблю.

— Что? Этого ужасного человека? Говорят, он убил обеих своих жен? Как ты можешь его любить?

Пять лет назад Мэри и отец Арабеллы уже задавали ей этот вопрос, но как тогда, так и сейчас она не знала, почему Тони Даггет завладел ее сердцем — и, кажется, завладел навсегда.

Арабелла печально вздохнула:

— Ты, конечно, права, но… когда речь идет о Тони, я перестаю слушать голос разума.

Как и следовало ожидать, у Мэри тут же началась истерика. Она причитала сквозь слезы, что Арабелла губит свою жизнь, что Тони абсолютно не годится ей в мужья.

— Вспомни его прошлое! Он непременно убьет тебя, что мы будет тогда делать?

Бурные рыдания сменились горькими всхлипываниями. Сердце Арабеллы разрывалось на части. Она понимала, что Мэри желает ей только добра, но все же испытывала невольное раздражение. В конце концов, она не наивная девочка, которая решила швырнуть свое будущее под ноги первому встречному проходимцу!

Мери плакала, а тетя Агата ругала Арабеллу за то, что она расстроила мачеху. Арабелла оказалась между двух огней. С одной стороны, ей надо было утешать Мэри, а с другой — не сорваться на Агату.

Когда Мэри наконец перестала лить слезы, Арабелла чувствовала себя совершенно разбитой.

С трудом сохраняя спокойствие, она проводила обеих женщин к карете и помахала им на прощание, стараясь не смотреть в несчастное, осунувшееся лицо мачехи. Меньше всего ей хотелось причинить боль дорогим людям. Тяжело вздохнув, Арабелла медленно поднялась на крыльцо и вошла в дом. Напряжение бурной встречи с родственницами вылилось в дикую головную боль. У нее пропало всякое желание заниматься хозяйственными делами. Вместо того, чтобы обходить кладовые, она, бледная и уставшая, кое-как доплелась до своей спальни и без сил упала на кровать, где и пролежала остаток дня.

Под вечер Марта приготовила ванну в гардеробной комнате, примыкавшей к спальне Арабеллы. Понежившись в теплой воде, Арабелла немного воспрянула духом, а легкий ужин в просторной столовой, расположенной в боковой части дома, и совсем исправил ее настроение. Арабелла решила прогуляться. Было еще светло. С реки тянуло свежестью, насыщенной ароматом цветущих магнолий.

Ей не хотелось думать о Тони и о неприятном разговоре с родственницами, но она не могла отвлечься от этих мыслей. Арабелла и сама прекрасно понимала, что глупо любить Тони Даггета. Но спор с мачехой внес ясность в ее запутанные чувства. Теперь Арабелла точно знала, что до сих пор любит этого человека!

Однако любовь не заслоняла от нее всех недостатков Даггета. Когда-то он жестоко обманул ее, и она не допустит, чтобы это повторилось.

То, что Ричард сообщил Мэри про их совместную поездку в Натчез, было даже к лучшему. При всей разношерстности местной публики, здесь был довольно узкий светский кружок, и Мэри рано или поздно узнала бы эту новость — не от Ричарда, так от кого-нибудь еще. Хотя бы от того же мистера Хэйта.

Назойливо жужжащая мошкара заставила Арабеллу вернуться в дом. Отпустив на ночь слуг, она принялась бродить по комнатам. Прикидывая будущие переделки.

Но сейчас это ее не увлекло, и вскоре она поднялась наверх, чтобы пораньше лечь спать. Переодевшись в ночную рубашку, Арабелла удобно устроилась в постели с томиком стихов английского поэта Вордсворта и целый час скользила взглядом по витиеватым описаниям итальянских и французских пейзажей, потом отложила книгу, задула свечу у кровати и быстро заснула, укрывшись одеялом до подбородка.

Ей снился Тони. Его глаза смеялись, губы нашептывали разные ласковые слова, а руки гладили ее тело. Это был чудесный сон, очень похожий на явь. Она страстно выгибалась навстречу его ласкам, дрожа от сладостного восторга. Когда его губы прильнули к ее губам, Арабелла блаженно вздохнула и поняла, что такое острое наслаждение не может присниться. И оказалась права.

— Просыпайся, радость моя, — мягко проговорил Тони. — Я не хочу заниматься с тобой любовью, когда ты спишь.

Сон тут же прошел. Арабелла ничего не видела в темноте, но почувствовала присутствие Тони, лежащего рядом с ней на кровати. Он нежно гладил ее и целовал в щеку.

— Т-тони? — спросила, ничего не понимая, Арабелла и потянулась к нему.

Он поднес ее руку к губам и принялся целовать каждый пальчик.

— А ты что, ждала кого-то другого?

Окончательно проснувшись, Арабелла оттолкнула его от себя, села на постели и на ощупь зажгла свечу, стоявшую у кровати. Как только тусклый огонек осветил комнату, она удивленно уставилась на мужчину, так уверенно расположившегося в ее постели.

Да, это Тони. Здесь, в ее спальне! На ее кровати! Его красивая голова с растрепанными волосами покоилась на соседней подушке с кружевной каймой… Он был в белой рубашке, небрежно распахнутой у горла, в брюках и босиком.

Арабелла растерянно поморгала, пытаясь прогнать это ночное наваждение. Ее блуждающий взгляд наткнулся на сюртук, брошенный на стул рядом с открытыми стеклянными дверями. Рядом аккуратно стояли черные сапоги.

Она опять посмотрела на лежавшего рядом мужчину. Он никуда не исчез. В его ярко-синих глазах плясали веселые лучики.

— К-как? Как ты… — Арабелла нахмурилась. — Вокруг дома выставлен караул, — недоуменно проговорила она. Теперь ее сон как рукой сняло. — Как ты сюда попал?

Тони улыбнулся.

— Ты думаешь, четыре охранника могут помешать мне увидеться с тобой? — прошептал он, нежно поглаживая ее руки.

— Тони! — одернула его Арабелла.

— Это было совсем нетрудно, — серьезно сказал он. — Не забывай, что я знал об охране, поэтому тщательно разведал обстановку и только потом прокрался в дом, улучив момент между обходами. — Его тон сделался еще строже. — Сюда может войти любой.

Арабелла нахмурилась. По лицу ее пробежала тревожная тень.

Заметив ее испуг, причиной которого оказался он, Тони поспешно добавил:

— Вот почему я здесь: хотел проверить, насколько надежны твои меры предосторожности. Похоже, их надо усилить.

— А я должна сказать тебе «спасибо» за то, что ты предупредил меня таким своеобразным способом — забравшись ко мне в постель? — раздраженно спросила Арабелла.

Тони только улыбнулся в ответ, любуясь огненным сиянием спутанных волос Арабеллы, которые обрамляли ее лицо и падали на плечи. Взгляд его медленно скользнул туда, где вздымалась ничем не стесненная грудь и под тонкой полупрозрачной тканью изящной ночной рубашки проступали нежные розовые соски.

Наконец он поднял голову и посмотрел Арабелле в глаза. Губы ее были приоткрыты, щеки пылали, а в глазах поблескивали золотые искорки. Все его существо занялось огнем нестерпимого желания. Взяв ее лицо в ладони, он привлек Арабеллу к себе и проговорил хриплым голосом:

— Можешь, конечно, сказать мне «спасибо», только я уверен, что благодарность — это не совсем то чувство, которое ты сейчас испытываешь, дорога.

Тони поцеловал ее, и Арабелла содрогнулась от наслаждения. Тихо застонав, она обняла его, отдавшись во власть этого сладостного и требовательного поцелуя.

Они откинулись на подушки и предались взаимным ласкам. На этот раз их любовная игра была лишена того дикого напора страсти, который захлестнул их в охотничьем домике. Их губы встречались и вновь размыкались, а руки медленно блуждали, трогая, исследуя и дразня.

Однако желание нарастало, и вскоре ночная рубашка Арабеллы мелькнула в воздухе и упала возле кровати. Затем разделся и Тони.

Их нагие тела сплелись, подсвеченные бледно-желтыми всполохами свечи. Арабелла впервые занималась любовью медленно, и эти новые ощущения казались ей упоительными.

Приподнявшись на локтях, она оглядела красивое мускулистое тело Тони — широкие плечи, узкие бедра и сильные длинные ноги, потом нагнулась и осторожно провела языком по твердым маленьким соскам. Наградой ей был тихий стон. Осмелев, она сомкнула пальцы на мужском символе желания и почувствовала, как он упруго пульсирует в ее руке. Возбуждая Тони, она возбуждалась сама. По всему ее телу прокатывались горячие волны, дыхание участилось.