Детка, это не я (ЛП) - Коул Тилли - Страница 63

— Детка... — прошептал Стикс. Когда я посмотрела на него еще раз, он призвал меня играть, кивнув подбородком.

Сделав глубокий вдох, я установила гитару и начала неуклюже выдавать первые аккорды. И наблюдала, как гордая улыбка расползалась по красивому лицу Стикса. Это стимулировало меня; и для меня настало время запеть.

«Надеюсь, что ты и есть конец моей истории.

Надеюсь, что ты останешься до самого ее окончания.

Надеюсь, что ты и есть последние слова, которые я когда-либо произнесу.

Тебе никогда не настанет время уходить…»

Я пела каждую строку в точности так, как отрепетировала. Лицо Стикса загорелось, показывая гордость, которая сменилась полным обожанием. Я действительно чувствовала каждое слово песни, стихи были благословением на моих губах.

Когда я позволила последнему аккорду Pistol Annies, «I Hope You’re the End of My Story» утихнуть, Стикс вырвал Фендер из моих рук и бросил ее на пол.

— Стикс! — завизжала я, он подмял меня своим большим телом, его ствол твердел у моего бедра.

— Черт, Мэй…

— Тебе понравилось? — спросила я, извиваясь у его груди, мои руки обернулись вокруг его широкой спины.

— Ммм... детка. Т-твой голос... и-идеален.

Стикс приподнял бедра. Одним быстрым толчком, он погрузился в меня. Длинный стон вырвался из моего рта от чувств, давления, пламени... совершенства. Переплетя свои пальцы с моими, Стикс двигался вперед долгими сильными толчками. Его карие глаза не отрывались от моих глаз, как только он продвинул себя дальше в меня, его головка ударила мне в матку.

— Стикс, — застонала я, когда его движения стали неистовей.

— Кончай, — приказал он, зарычав. — Кончай. С-сейчас.

Вдохновленная его командой, я почувствовала, как невыносимое давление возникает в моем позвоночнике и вдруг взрывается яркими звездами, танцующими под моими веками.

— Мэй! — прошипел Стикс сверху, тело замерло, шея натянулась, сухожилия вздулись, его ствол почти болезненно расширился внутри меня.

С мягкими толчками, он расслабился надо мной, скользнул в сторону, чтобы избавить меня от своего тяжелого веса. Его теплое семя стекало по внутренней стороне моего бедра.

Большая рука прижалась к моей щеке, и Стикс придвинул меня, чтобы разделить его подушку.

— Я н-не могу поверить, что ты в-вернулась через с-столько лет.

Мое сердце подпрыгнуло в груди.

— Это должно было случиться.

Стикс поерзал на кровати, прежде чем улечься ближе.

— М-Мэй?

— Да, — прошептала я, затаив дыхание.

— Я…

Тяжелые шаги раздались вдруг за дверью, прерывая Стикса.

— ПРЕЗ! МЭЙ! Берегитесь! — приглушенный голос крикнул из прихожей. Дверь спальни распахнулась с оглушительным треском, и я закричала, когда окровавленного мужчину толкнули в комнату, отправив на пол с глухим стуком. Четверо мужчин в масках вошли за ним, нацелив пушки на наши головы.

Стикс бросился из постели и выбежал к мужчинам, но он был вырублен стволом большого пистолета, ударившего его в висок. Я снова закричала, понимая, Стикс в опасности, потом поднялась, прикрыв себя простыней, и увидела того, другого мужчину на полу.

Нет... нет... нет... нет... Райдер!

Райдер, полуголый и раненый. Его опухшие глаза приоткрылись, и его кареглазый взгляд встретился с моим. Печаль захлестнула меня, и мой живот скрутило.

«Вот почему он пропал без вести из своего дома. Он был похищен», — подумала я, глядя на его избитое, окровавленное тело.

— На колени! — мужчина, возглавлявший группу, крикнул раскатистым, грубым голосом. Второй мужчина бросился на кровать и агрессивно схватил меня за руку.

— Ты тоже, шлюха!

Его рука скользнула в мои волосы и, намотав их на кулак, он бросил меня на пол. Кожа головы пылала от боли, когда я была грубо втиснута между Стиксом и Райдером, которые стояли на коленях с опущенными головами.

Когда я встала на пол, простыня, укрывавшая мое тело, соскользнула, и болезненное шипение вырвалось меж зубов Стикса. Я рискнула взглянуть, чтобы увидеть его сердитый взгляд в мою сторону; смерть проступила в его карих глазах, когда он с вызовом смотрел на человека надо мной... человека, который смотрел на мою незащищенную плоть. Я была голой, у всех на виду. В комнате замолчали, и я услышала, как резко выдохнул Райдер. Когда я посмотрела в его сторону, его карие глаза с вожделением блуждали по моей фигуре.

Один из нападавших подошел к двери и сдернул мой черный халат с крючка на задней двери. Он бросил его мне в лицо.

— Прикройся, шлюха, — приказал он. Трясущимися руками, я натянула его на тело, завязывая пояс в двойной узел.

— Убери руки за спину. — Я сделала так, как приказано, но лидер постучал прикладом пистолета Стиксу по челюсти, когда он отказался.

— Вы все! Быстро!

Слезы потекли по моим щекам, когда Стикс неохотно сделал, как ему было сказано. Я могла видеть, как сжимается его горло, его тяжелое дыхание и плотно сжатые губы. Он пытался заговорить. Он пытался заговорить, но не мог. Мое сердце обливалось кровью из-за него.

Я встретила его горящий взгляд и попыталась успокоить его: я в порядке. Это не сработало. Сухожилия на его шее пульсировали от ярости, и его лицо побагровело.

Трое из мужчин достали шнуры из карманов и, грубо захватив наши запястья, связали их. Пластиковые путы были слишком крепкими; не разорвать.

Теперь мы были их пленники.

Райдер покачнулся и оперся на меня, его тело было покрыто кровью и грязью. Он ослаб и едва мог держать голову прямо.

Мужчины в масках стояли над нами. Все одеты в черное, они направили оружие на наши головы, но Стикс стоял на коленях прямо, с вызовом, глаза обещали месть и возмездие. Даже в меньшинстве были видны сила Стикса и его мужество.

Лидер увидел вызов в позе Стикса и засмеялся протяжным, нервным смехом — моя кровь превратилась в лед. Этот смех. Я бы узнала этот смех где угодно.

Всхлип вырвался из моего горла, и лидер группы масок повернул голову в мою сторону. Он медленно подошел ко мне и низко пригнулся. Я почувствовала, как Райдер и Стикс напряглись. Двое мужчин, которых я любила больше всего, окружали меня. Но они не смогут защитить меня от этого человека. Я осознавала, нет, знала, что он, в конце концов, меня найдет.

Мужчина медленно поднял руку и быстро снял маску. Весь воздух разом вышел из моих легких и покинул тело.

— Брат Гавриил, — прошипела я сквозь стиснутые зубы.

Я слышала, как Стикс рядом со мной заскрежетал зубами от злости, когда Гавриил улыбнулся широкой ухмылкой; его рука поглаживала длинную, коричневую бороду.

— Саломея, — сказал он очень медленно, мое имя как ругательство на его языке. — Ты была очень плохой, очень дерзкой женщиной. — Он неодобрительно покачал головой и ткнул указательным пальцем мне в лицо, как будто делал выговор ребенку. — Мы так долго искали тебя. — Он повернулся к остальным и засмеялся. — И вот здесь мы находим тебя, опорочившей себя его семенем. — Гавриил указал на Стикса. — В этом месте, что мы презираем больше всего... с людьми, от которых мы так сильно стараемся избавиться.

Я не понимала, о чем он говорит. Как мог Орден знать о Палачах? Как они пытаются свергнуть Палачей? Я бросила взгляд на Стикса; выражение его лица отражало мое замешательство. Я осталась невозмутимой при Гаврииле, мое лицо приобрело то же отсутствующее выражение, которое я принимала в течение долгих, долгих лет. Я имела большой опыт в искусстве скрывать эмоции.

— Теперь произойдет вот что, — заявил Гавриил, прерывая мои внутренние размышления. — Ты вернешься с нами. Ты закроешь рот, как положено хорошей, верующей женщине и примешь покаяние за свои порочные поступки. Ты запятнала свою чистоту с этим грешником. — Он зарычал и сжал губы. — Его семя еще капает с твоих бедер.

Один из мужчин прижал ствол к виску Стикса. Стикс был готов вспыхнуть огненной яростью.

— Потом ты собираешься, наконец, выйти замуж за пророка Давида, как указал Господь, и обеспечить нашим людям место в раю.