Детка, это не я (ЛП) - Коул Тилли - Страница 49

— Стикс, — прошептала я, когда наши лбы соприкоснулись. Вздох облегчения выскользнул из его израненных губ. Он немного отодвинулся и провел своим окровавленным пальцем по моей щеке. Мне было все равно, что эта влажная кровь, пачкающая сейчас мое лицо, вероятно, не принадлежала ему. В этот благословенный момент, меня не волновало, что он сделал с теми мужчинами, пусть он даже убил их. Я отдала часть моей души мраку, когда эти мысли возникли в моей голове. Потому что, если Стикс был проклят адом, то и я тоже. Я последую за ним в огонь.

Опухшие губы Стикса приоткрылись. Он пытался говорить. Внезапно его глаза расширились, как будто он только что понял, что толпа братьев стоит прямо позади меня. Карие глаза Стикс моргнули, и веки яростно дернулись, кадык подпрыгнул вверх и вниз. Он быстро сглотнул, отчаянно пытаясь расслабить горло, и я увидела, как его челюсть напряглась, неловкость возникла в его потерянном выражении лица.

Стикс был потерян... смущен... ему было больно.

Он очень сильно старался заговорить, его глаза неистово дергались. Но он не мог, и я видела, что это разрушает его изнутри.

— Тсс, — я прошептала так тихо, чтобы только он мог меня услышать. — Не пытайся говорить. Ты со мной… ты со мной. — Его щека прильнула к моей руке, в поисках комфорта. И я поняла, что сейчас его эмоциональная блокада рухнула.

Внезапно ворота начали двигаться, Кай, стоявший позади нас, подал сигнал Тэнку. Вдвоем они подняли Стикса и отвели его во двор; его рука сразу же потянулась ко мне. Подбежав к нему, я схватила его протянутую руку. И в этот момент, я дала обет больше никогда его не отпускать.

— Отведите его в квартиру! — приказал Кай. Мы быстро шли в клуб, и Стикс ни разу не отвел от меня своих глаз, наполненных болью.

Я буду сильной для своего мужчины. Я буду идеальной старухой.

Когда мы спешно двигались мимо бара, Райдер спрыгнул с табурета и, казалось, вытянул руки по швам. Кай дернул подбородком в его сторону.

— Док, наверх.

Я слегка замерла, не зная, как отреагирует Райдер, но он кивнул в знак согласия и побежал за медицинским чемоданчиком.

Райдер собирался помочь Стиксу, и я не могла быть более благодарной.

Когда мы вошли в квартиру, я включила свет. Тэнк и Кай осторожно уложили Стикса, а я, вбежав в ванную, схватила первое попавшееся полотенце и быстро вернулась к кровати.

— Тэнк. На выход, — приказал Кай. Без колебаний, Тэнк вышел из комнаты. Я взглянула на Кая, и он жестом попросил меня отмыть Стикса. Он знал, Стикс не смог бы говорить при Тэнке.

Встав коленями на черные простыни, я зависла над Стиксом, его глаза были плотно сжаты, пока он стоически терпел боль.

Убрав с лица Стикса упавшую прядь волос, я наклонилась.

— Стикс, поговори со мной. Ты в порядке?

— Д-детка… М-Мэй...

— Тебе больно? — я махнула Каю, чтобы он помог мне снять со Стикса кожаную куртку.

— В б-безопасности, — прошептал он.

— Стикс, что? — спросила я. Кай снимал куртку с одной стороны, а я с другой.

— Т-ты в безопасности... с-сейчас... — сказал он, и беспокойство, омрачавшее его лицо, исчезло.

Я замерла от его слов и мой желудок сжался.

Он убил их всех.

— Гребаные уроды! — выплюнул слова Кай, увидев, множественные травмы Стикса. Порезы. Большие кровоточащие порезы тянулись вверх и вниз по его рукам. Кровь сочилась сквозь ткань, а когда я медленно потянула пропитанную кровью футболку через его голову, Стикс стиснул зубы от боли.

Я замерла.

— Что? Что это? — прошептала я Каю, указав на рану.

Кай не ответил. Когда я взглянула на него, то подумала, что он взорвется. Свернув полотенце, я приложила его к зияющей ране, которая расположилась наверху правой стороны грудины Стикса.

Стикс зажмурился, когда я надавила сильнее, а Кай так до сих пор не сдвинулся с места.

— Кай, что это за символ? Что они вырезали на нем?

Кай выдохнул через нос. Стиснув зубы, он выплюнул:

— Свастика. Ублюдки вырезали ГРЕБАНУЮ СВАСТИКУ НА ЕГО ГРУДИ! — закричал он. Неверие уступило место ослепляющему гневу.

Свастика. Знак, принадлежащий нацисткой банде.

— Если они еще не сдохли, то, бл*дь, умрут сегодня ночью.

В этот момент появился Райдер. Он снял повязку с травмированного плеча. Его челюсти сжались, когда он увидел меня на кровати, ухаживающую за Стиксом, но он быстро взял себя в руки и шагнул вперед.

Райдер открыл черный кожаный чемоданчик и спросил:

— Как он?

Я откинулась назад и сняла полотенце.

Райдер громко выдохнул.

— Х**сосы! — проворчал он, его щеки покраснели от ярости.

— Райдер. Пожалуйста, помоги ему, — умоляла я.

Стикс застонал и вытянул руку, хлопая по матрасу. Я опустила взгляд, беспокоясь, что ему было слишком больно.

Кай перевел.

— Он хочет тебя, Мэй. Он искал тебя. Иди к нему.

Когда я взяла его за руку, Стикс сразу расслабился. Я наклонилась и шепнула, чтобы он успокоился. Пробившись сквозь облако боли, губы Стикса дернулись, и маленькая улыбка возникла на его окровавленном лице.

— Его нужно зашить, — сдержанно сказал Райдер. Я посмотрела в его сторону. Эти карие глаза были как каменные, когда он смотрел, как я утешаю Стикса.

— Тогда, черт возьми, сделай это! — скомандовал Кай, его слова привели Райдера в действие.

На Стиксе было пятнадцать небольших порезов, плюс свежая вырезанная свастика размером три на три дюйма. Райдер также обнаружил на лодыжках и запястьях Стикса следы веревок, он предположил, что Стикса привязывали к стулу и пытали.

Его пытали, но каким-то образом Стикс остался в живых.

Через час лечения Стикс пришел в себя, после шока от полученных травм. Его глаза приобрели осмысленное выражение, и Райдер дал ему лекарство от боли. Стикс всё еще был в грязи, и то, что Райдер удалил с него какие-то кусочки кожи, вызвало у меня рвотные позывы.

Плоть. На его одежду налипли куски плоти и костей. Что он сделал с теми мужчинами? Я очень старалась не думать об этом.

— Мы должны очистить его от всего этого дерьма, — заявил Райдер. — Не хочу рисковать: может возникнуть заражение. Я покрыл швы водонепроницаемым пластырем. Мы не знаем, что за дерьмо могло быть в крови этих фашистских ублюдков.

— Я сделаю это, — вызвался Кай добровольцем. — Ему это не понравится, но я сделаю это. Упрямый ублюдок ненавидит получать помощь. — Кай сдвинулся к Стиксу, который пытался сесть в знак протеста.

— Я сделаю это, — прошептала я, слова сорвались с моих губ. Кай удивленно взглянул на меня. — Я позабочусь о нем. Это моя обязанность, — сказала я с растущей уверенностью.

Стикс сжал мою руку в знак благодарности или любви — да мне было все равно почему, но я поняла, что не могу смотреть ему в глаза. Мое сердце бухало в груди при одной мысли о том, что я собиралась сделать. Я увижу Стикса голым... Я буду купать Стикса. В коммуне это расценили бы как чувственный акт между мужем и женой. Акт омовения был священным обрядом влюбленных.

Но мы вроде уже стали любовниками в каком-то смысле... По крайней мере, собирались стать. Это должно было произойти в ближайшее время. Наши тела и наши желания находились в гармонии. Мне нужен Стикс; ему нужна я. Я хотела его; он хотел меня.

— Черта с два, ты сделаешь это! Кай сделает, — вдруг выпалил Райдер. Его голос, казалось, был холоден как лед.

Грудь Стикса напряглось, он начал вставать с матраса. Каждое движение сопровождалось болью. Когда я посмотрел в лицо Стикса, поняла, что, если я не вмешаюсь, все очень быстро перерастет в конфликт. Я отняла у него свою руку и вскочила. Стикс прищурил свои карие глаза, и я знала, что это был его способ предупредить меня не приближаться к Райдеру. Но Райдер — мой лучший друг, и сейчас, ему тоже очень плохо.

Подойдя к Райдеру, я схватил его за руку и вывела из комнаты в коридор. Я быстро захлопнула за нами двери квартиры.

Я все еще чувствовала сильный запах спиртного в горячем дыхании Райдера, когда повернулась к нему лицом.