Ведьмино кольцо. Советский Союз XXI века - Шубин Александр Владленович - Страница 53

И только Засурский ничего не сказал, а подмигнул Тане.

Вокруг все забегали. От одного из офицеров на Сергеича как-то странно пахнуло теплым воздухом...

Минут через двадцать между коллегами X и Y состоялся такой разговор:

— Вот что, старик, клиент прибывает в Париж завтра утром. Пойдет в Академию текста. Где-то в это время ему станет плохо — грипп. Твоя задача его не пропустить и госпитализировать. Хорошую палату обеспечь. Соответствующую информационную среду. Он твой на неделю. Потом космолетом прямо в Москву. И чтобы был как огурчик. Все понял?

— Сделаем, монсеньор, без вопросов.

Защита Белого дома

14-24 августа.

Акватаун-Вашингтон.

Артем, Лайза и другие.

«Чем определяется эффективность человеческой деятельности? Экономией ресурсов или всего лишь энергией самого человека? Ресурсы расходует система, а человек расходует себя. И самый известный публичный деятель, и скромный маленький человек отдают миру несколько часов общения в день, почти одинаковую энергию. Президент, пожимающий руки тысячам людей, не общается с ними. Его энергия принадлежит ближайшим допущенным к телу людям. Но и маленький человек допускает к телу не всех. Медиазвезда общается с миллиардами людей. Но она не видит их. Ее энергия уходит на коллег, обслугу, участников передачи. И маленький человек тоже посвящает звездам лишь некоторую часть своего дня, небрежно листая окна видео, свысока комментируя глупости звезд в репликах своей жене, занятой моделированием орнамента на стене.

Маленький и публичный человек живут в своих разных нишах, общаются с окружающими в своем кругу. Они — хозяева своих дел и слов. Но Система, а не сам человек, определяет силу его слова. И не всегда преимущество получает тот, кто сверху, кто на виду. Система давит на могущественного властелина своей инерцией, делая его несвободным. Воздействие начальства гасится исполнителями, вкладывающими в дело свою волю, а воздействие маленьких людей на публичных отследить сложнее. Руководитель приказывает и платит. Он заказывает музыку. Но, как правило, не знает, какую именно музыку он заказывает. И мы обычно не знаем, чью музыку напеваем».

Это рассуждение, явно написанное каким-то маленьким человеком, который хотел бы выглядеть значительнее, Артем дочитывал по дороге из Акватауна. Они выбирались оттуда, как Джеймс Бонд. Премьера последней серии бондианы была заранее анонсирована и должна была привлечь к передаче Саланаса дополнительный интерес. Правда, Артем уже видел этот фильм на пиратском сайте «У Флинта». В связи с исчезновением моды на хеппи-энды Бонд в конце серии застрелился, узнав о своей старческой импотенции. Но пока он был еще жив и дряхлеющей рукой резал броню, чтобы выбраться из космической станции, со скоростью света уходящей в бесконечность.

Витторио подошел к Артему и знаком показал, что нужно двигать отсюда. Артем хотел было попробовать пройти к Ольге. Все-таки она умница, отлично поняла его реплику на шоу.

Но Витторио несколькими энергичными жестами пояснил, что Артема могут вытолкать за дверь Акватауна без скафандра. Витторио был обеспокоен не только за приятеля, но и за себя, поскольку вскоре станет ясно, кто привез сюда этого человека-торпеду. Своим вопросом Артем, по существу, сорвал все шоу, изменив настроение главной героини. Многоопытный итальянец уже успел получить гонорар за проведенную операцию, даже перевести его на свой энергетический счет. Что же, не стоило засиживаться. С Ольгой они даже не попрощались.

Пока организаторы шоу выводили его из крутого пике, пока сопоставляли факты и образы, пока до них дошло, кто задал роковой вопрос, Артем успел покинуть Акватаун на подлодке Витторио. Запасов сжиженного кислорода могло хватить только до Панамы, да и то если идти тихим ходом под водой (Витторио чего-то очень боялся и отказывался всплывать).

В Панаме они пересели на круизное судно и без приключений добрались до Флориды. На берег они сошли почти в одиночестве, навстречу им стали ломиться толпы беженцев, получивших кубинский вид на жительство.

Пробежав метров сто под испепеляющим жаром, путешественники расположились в небольшом приморском кабачке. Здесь все было, как в старые добрые времена. Энергоресурсы по-прежнему измеряли в долларах (курс доллара в квт./ч сиротливо висел в уголке), а меню содержало экзотические мясные продукты. Но отбивную никто не заказывал — слишком дорого, Витторио решил гульнуть, совсем забыв об осторожности (перевод столь крупного ресурса в рядовую забегаловку мог вызвать интерес местного антитеррористического комитета), и заказал свинину. Хозяин засуетился и стал быстро объяснять что-то. Переводчик завис, не справляясь с темпом, но потом все же переварил: мол, свинину нельзя, может быть протест равината и исламского совета по делам морали. Но есть говядина. Видимо, помимо исламского и еврейского лобби дело объяснялось наличием у хозяина только коровенки, а скотоводство в этих местах давно было повыбито засухами, эпидемиями и генной инженерией. Беда Атлантического побережья. А теперь коровенка принесет хозяину приличную прибыль, можно будет уехать отсюда.

Пока путешественники ожидали яство, они могли развлечься картиной общения аборигенов с властью. Посреди таверны работало видео. Выступал президент, между прочим, с очень важным заявлением: «И в этих условиях народ Соединенных Штатов не может остаться в стороне от бедствий своих союзников по НАТО...» Артем как-то отвлекся от текущих событий, и только сейчас до него дошло, что, несмотря на неделю войны в Европе, Штаты все еще умудряются сохранять нейтралитет. Но это же не может тянуться бесконечно. Западная Европа, конечно, поддерживала США не во всех авантюрах, но блок НАТО вроде бы для того и создавался, чтобы дать отпор нападению на своих членов. Вот оно, нападение. Что же Америка? Видимо, несмотря на сопротивление изоляционистов, «Наш болван» (как именовали президента завсегдатаи заведения) решил действовать. «С этого момента Соединенные Штаты считают себя в состоянии войны с Халифатом». Таверна взвыла.

Артем оценил исторический момент по-своему. Вот почему президент тянул. Вступить в войну нужно именно сейчас. Еще одна гирька на русские весы. Вот и Штаты вступили. Смелее, славяне!

Завсегдатаи стали соревноваться в меткости плевания в виртуальную фигуру президента. Важно было попасть в глаз, но при этом не замарать стоящего напротив посетителя (он мог дать сдачи). В итоге виртуальная площадка оказалась заплеванной и президент стал исчезать, как чеширский кот.

Подали мясо. К столу тут же подсели два поддатых негра (пардон, афроамериканца) и попросили кусочек попробовать. Витторио решил, что Господь в данных условиях велел делиться (а то откусят персты), и отрезал немного, использовав знакомство для сбора стратегической информации:

— А чего это вы плевались?

— Ага, вам, белым, скажи, вы сразу стукнете в антитеррористический комитет.

— Брось, мы иностранцы.

— Дай еще по кусочку.

Витторио дал и получил ответ:

— Эти сволочи хотят послать нас убивать наших братьев в Европу. Здесь этого никто не хочет. Даже белые, кто за юного Кеннеди. Но главное — это наш кандидат Малькольм. Он получил всего на сто голосов меньше. Значит, получил больше. Это все подтасовки. В нашем штате его канал сейчас глушат. Но Кеннеди на него ссылается, и Хуарес... А вот объединяться, сволочи, не стали. Тогда бы Малькольм был президентом, и мы бы глушили... Ну и войны в Европе не было бы. Все было бы круто. Я уеду, наверно, в Луизиану, к Малькольму. Там нет антитеррористических комитетов, там ислам. А северяне жгут нашу энергию...

— Так ведь нефтяной Техас не исламский штат. А ты говоришь: жгут вашу энергию.

— А что Техас? Нефть? Вчерашний день. У нас солнечные поля, новые атомные станции. Уже было две атомные аварии. Мы рискуем, они гуляют за наш счет. Взять бы и заморозить все счета, да посмотреть, кто кому должен... Дай еще кусочек.