Зеленоглазое чудовище. Венок для Риверы - Марш Найо - Страница 59

Элейн поднялся на оркестровый помост. Встал на том месте, где упал Ривера. Он оказался как бы внутри скелетообразной башни метронома. На задней плоскости сооружения он увидел распределительное электрооборудование. Посмотрел вверх — прямо над его головой висела гигантская стрела. Она представляла собой полую отливку из стали или пластика, усеянную миниатюрными лампочками, и по какой-то ассоциации вдруг напомнила ему украшенный драгоценными камнями дротик. Справа от двери в комнату для оркестрантов, скрытый от публики роялем, находился небольшой пульт, вмонтированный в стену. За лампочки, по словам музыкантов, отвечал Хэппи Харт. Со своего места за роялем или с того, куда он упал после выстрела лорда Пестерна, ему не составляло труда дотянуться до пульта. Элейн для проверки протянул руку и надавил на кнопку с надписью «Мотор». Первому громкому щелчку предшествовало глухое рычание откуда-то изнутри. Гигантская указывающая вниз стрела пошла вправо, на миг замерла, двинулась влево, достигла крайней точки и пошла в обратную сторону под аккомпанемент собственного храповика. Элейн включил лампочки и немного постоял внутри этого механического калейдоскопа — несообразная, неподвижная фигурка. Острие стрелы с мерцающими на нем лампочками проносилось в десяти сантиметрах над его головой. «Если долго смотреть на эту чертову штуковину, она вполне может загипнотизировать», — подумал он и отключил ток.

Вернувшись в служебные помещения, Элейн увидел Фокса, под наблюдением которого два водопроводчика снимали куртки в туалете.

— Выудить что-нибудь проволокой не удалось, мистер Элейн, — сообщил Фокс, — поэтому попытаемся посмотреть эту систему в разрезе.

— Я не питаю больших надежд на успех, — отозвался Элейн, — но пока продолжайте.

Один из водопроводчиков дернул за цепочку и углубился в созерцание последствий.

— Ну? — спросил Фокс.

— Не могу сказать, что система работает как часы, — поставил диагноз водопроводчик, — но она работает, если вы понимаете меня. — Он поднял вверх палец и посмотрел на своего коллегу.

— Сифон барахлит? — спросил тот.

— Как пить.

— Мы вас пока оставим, — сказал Элейн и увлек Фокса в кабинет.

— Давайте припомним, Фокс, основные особенности этой дьявольской головоломки. Называйте.

— Подготовка к преступлению в «Герцогской Заставе», — без промедления заговорил Фокс. — Наркотики, «Гармония», подмена, аккордеон, необычное орудие убийства.

— Добавим еще одну. Метроном бездействовал, пока играл Ривера. И начал свой чертов «тик-так» после того, как упал Ривера, а лорд Пестерн расстрелял все холостые патроны.

— Согласен с вами, сэр. Конечно, — безмятежно сказал Фокс, — и это тоже. Добавляем метроном.

— Теперь еще раз переберем остальное и поглядим, что получается.

Сидя в грязном кабинете Сесара Бонна, они сортировали, отбрасывали за ненадобностью, подправляли, разнимали на части фрагменты дела. Они бубнили под прерывистый аккомпанемент гидродинамических экспериментов водопроводчиков. Через двадцать минут Фокс закрыл свой блокнот, снял очки и твердо посмотрел на шефа.

— Вывод ясен, — сказал он. — Если отбросить несущественные детали, нам не хватает единственной вещи. — Он уперся ладонью в стол. — Если мы сумеем заполучить ее и если, уже будучи в наших руках, она окажется той самой, — наш маленький шедевр окажется завершенным.

— Если и когда, — добавил Элейн.

Дверь внутренней комнаты отворилась, и вошел старший водопроводчик. С притворной скромностью на лице он вытянул голую руку. На беловатой от хлорки ладони лежал револьвер, с которого на пол капала вода.

— Это именно то, что вы хотели? — мрачно спросил он.

4

Доктор Кертис ждал у главного входа дома, в котором жил Бризи.

— Извините, что пришлось вас побеспокоить, Кертис, — сказал Элейн, — но нам необходимо ваше мнение о его состоянии: способен ли он давать показания? Распоряжается Фокс. Он у нас босс по наркоманам.

— В каком он, по вашему мнению, сейчас состоянии, доктор? — спросил Фокс.

Доктор Кертис посмотрел на свои ботинки и заговорил, взвешивая каждое слово:

— Тяжелое похмелье. Его трясет. Депрессия. Может возмущаться. Может быть, напротив, тихим. Нельзя предугадать.

— Допустим, он согласится говорить. Можно ли считать его слова правдивыми?

— Не очень. Наркоманы обычно лгут.

— Какой линии поведения следовать? Угрожать или задабривать?

— Судя по обстоятельствам.

— Вы можете хотя бы подать мне знак, подмигнуть, что ли?

— Хорошо, но сначала давайте на него посмотрим.

Квартиры здесь были выдержаны в стиле сомнительного модерна, отовсюду бессмысленно лезла в глаза сияющая хромированная сталь почти в манере Бризи Беллера.

Элейн, Фокс и Кертис поднялись на нужный этаж в лифте эпохи рококо и проследовали к нужному номеру по коридору, напоминавшему подземный туннель. Фокс позвонил, и дверь приоткрыл агент в штатском. Увидев гостей, он снял цепочку и впустил их в квартиру.

— Как он? — спросил Элейн.

— Проснулся, сэр. Не шумит, не беспокоен.

— Что-нибудь говорил? — спросил Фокс. — Осмысленное, конечно.

— Совсем немного, мистер Фокс. Как будто очень тревожится по поводу убитого. Говорит, что не знает, как обойдется без него.

— Это звучит осмысленно в любом случае, — буркнул Фокс. — Можно войти к нему, мистер Элейн?

Единственной достопримечательностью дорогой и весьма безликой квартиры оказались многочисленные фотографии с автографами в рамках и страшный беспорядок. Бризи в халате немыслимого великолепия сидел в мягком кресле, в которое погрузился, казалось, еще глубже, едва увидел вошедших. Лицо его цвета недожаренной курицы было дряблым. Узнав доктора Кертиса, он жалобно заголосил.

— Док, меня рвет на части, — вопил он. — Христа ради, док, осмотрите меня и скажите им.

Кертис пощупал ему пульс.

— Послушайте, — донимал его Бризи, — вы ведь знаете, когда перед вами больной человек… послушайте…

— Помолчите.

Бризи оттянул нижнюю губу, подмигнул Элейну и с непоследовательностью марионетки в чужих руках изобразил свою знаменитую улыбку.

— Извините нас, — сказал он.

Кертис проверил его рефлексы, приподнял веки и осмотрел язык Бризи.

— Вы немного не в форме, — заявил он, — но не вижу причины, по которой вы не смогли бы ответить на вопросы этих джентльменов. — Он взглянул на Фокса. — Он вполне способен воспринять обычное предупреждение.

Фокс подошел, взял стул и сел напротив Бризи, который дрожащим пальцем указывал на Элейна.

— Откуда такая идея, — сказал он, — повесить этого беднягу на меня? Зачем вам нужно беседовать со мной?

— Инспектор Фокс расследует случаи незаконной торговли наркотиками, — сказал Элейн. — Он хочет получить от вас кое-какие сведения.

Элейн отвернулся, и Фокс взялся за дело.

— Итак, мистер Беллер, — сказал он, — думаю, будет справедливым сообщить о том, что нам уже известно. Потеряем немного времени, согласны?

— Я ничего не могу сказать. Я ничего не знаю.

— Мы знаем, что вы попали в беду, — продолжал Фокс, — и пристрастились к одному из наркотиков. Вы ведь действительно зависимы от него?

— Все потому, что я слишком много работаю. Дайте мне отдых, и я брошу. Клянусь. Постепенно. Это нужно делать не сразу. Ведь я правильно говорю, док?

— Я полагаю, что так и есть, — спокойно говорил Фокс. — Это понятно. Теперь о добывании зелья. От надежного человека мы узнали, что убитый был поставщиком отравы. Хотите что-либо добавить к моему заявлению, мистер Беллер?

— Это вам старый трутень сказал? — спросил Бризи.

— Готов штаны прозакладывать — он. Или Сид. Сид знал. Сид их хранил для меня. Грязный большевик! Значит, Сид Скелтон?

Фокс сказал, что информация поступила из нескольких источников, и поинтересовался, каким образом лорд Пестерн узнал, что Ривера продает наркотики. Бризи ответил, что лорд Пестерн умеет разнюхать все что хочешь. И отказался вдаваться в подробности.