История войн на море с древнейших времен до конца XIX века - Штенцель Альфред - Страница 334

В конце января американцы послали в Гавану для защиты своих интересов броненосец «Мэйн». Испанцы ответили на этот визит посылкой военного судна в Нью-Йорк. Но тут произошло событие, вызвавшее самые серьезные последствия. 15 февраля 1898 года в 9 часов вечера броненосец «Мэйн» взорвался в гавани и затонул, при чем на нем погибло 260 человек. Весь мир приписал это несчастье покушению со стороны испанцев, будь то путем подведения какой-нибудь мины или же преступного действия внутри самого корабля. Только через 12 лет удалось установить что причиной взрыва и гибели «Мэйна» было самовозгорание нового артиллерийского пороха. Немедленно была назначена следственная комиссия, а частные лица в Америке назначили высокие премии за разоблачение преступников.

Комиссии не пришли к соглашению; ближе всего к истине оказались испанцы, предполагавшие только взрыв внутри корабля в одном из пороховых погребов. Американцы же выдвинули свое заключение очень легкомысленно и, как оказалось в настоящее время, совершенно ошибочно. Народное возбуждение в Соединенных Штатах возросло «джингоизм» одержал вверх и повод для войны был готов. Дело шло, по меньшей мере, о том, чтобы вырвать из рук испанцев «жемчужину Антильских островов». Наступил тот момент, когда Соединенные Штаты, развив свои силы, желали и должны были заняться мировой политикой. Война, начальной целью которой было приобретение Кубы, разыгралась в первый период на этом острове и около него.

Этот остров, равняющийся по площади 1/4 Германской империи насчитывал в то время всего только полтора миллиона жителей. Остров лежит на самом тропике Рака и обладает очень жарким климатом. Длина его равняется 600 милям, ширина колеблется от 20 до 50 миль, и только в своей восточной части он становится шире. Высадка у его берегов очень затрудняется многочисленными коралловыми рифами; только на северо-западном и юго-восточном берегу встречаются открытые места, но на них часто бывает сильный прибой. Вдоль западной части острова имеются железнодорожные линии, но пути сообщения в восточной части были крайне неудовлетворительным.

От американского материка, т. е. от южной оконечности Флориды, до Кубы всего 120 миль; расстояние между двумя ближайшими неприятельскими портами – Гаваной и Ки-Уэстом – составляло около 80 миль, до следующего же порта – Тампы (на западном берегу Флориды) было еще 220 миль.

Из главнейших портов Кубы следует упомянуть, кроме Гаваны, лежащие недалеко от нее Матансас и Карденас, Сантьяго – посередине южного берега – и Сьенфуэгос на западном берегу. Юкатанский пролив, шириной в 90 миль, отделяет остров от материка на западе; на востоке находится пролив Уиндвэрд, который в три раза уже первого.

В 80 милях к северо-востоку лежат Багамские острова, на таком же расстоянии к югу – Ямайка, оба английские владения. Принадлежавший тогда еще Испании остров Пуэрто-Рико лежит на расстоянии 400 миль по ближайшему морскому пути.

Вот еще несколько расстояний:

Гавана – Кадис … 4 200 миль

Гавана – Канарские острова … 3 800 миль

Нью-Йорк – Кадис … 3 400 миль

Нью-Йорк – Пуэрто-Рико … 1 400 миль

Нью-Йорк – Канарские острова… 3 000 миль

Нью-Йорк – Гавана … 1 200 миль

Гавана – Сан-Хуан … 950 миль

Гавана – Норфолк … 900 миль

Гавана – Новый Орлеан … 600 миль

Гавана – Нассау … 300 миль

С самого начала положение Испании было очень затрудненным: хотя на Кубе и находились довольно большие массы войск, посланные туда для подавления восстания, но они уже потерпели сильную убыль от болезней, а на добровольцев нельзя было положиться. Америка могла всегда перебросить из ближайших портов свежие войска, между таем как для Испании это оказывалось невозможным при слабости ее флота и длинном морском пути.

Таким образом, речь могла идти только об усилении находившихся на Кубе войсковых частей посылкой небольшой, готовой к отправке части флота, а в целом приходилось предоставить находившиеся там большие сухопутные силы своей судьбе.

В Испании совершенно не предусмотрели случая войны вне метрополии; какой-либо согласованности в действиях армии и флота не было ни на родине, ни в колониях, не было достаточного количества запасов, боевых припасов и угля для флота.

Весной 1898 года на Кубе имелось 150 000 человек, но из них находились в строю всего 80 000, из которых только 22 000 -регулярне войска. На Пуэрто-Рико имелось всего 6 000 человек; но все эти войска представляли из себя смесь разных организаций. Испанская армия в метрополии насчитывала по составу мирного времени 100 000 человек, в военное время – приблизительно 350 000; кроме того имелось несколько сот тысяч запасных. Военная подготовка была довольно посредственна, а дисциплина оставляла желать лучшего. Военных запасов, безусловно, не хватало для продолжительной войны.

Кубинские инсургенты, представлявшие из себя иррегулярные массы, значительно превосходили числом регулярные испанские войска на острове. У них не было какой-либо военной организации; большая часть их располагала хорошими лошадьми, все они были довольно хорошими стрелками, но главным оружием служили все-таки мачете, похожие на саблю. Из Америки им удалось ввезти несколько митральез.

Регулярная армия Соединенных Штатов состояла из 26 000 человек, при чем не было предусмотрено соединение их в более крупные тактические единицы на случай войны. Но с приближением возможности таковой американцы принялись за развертывание своей армии. До этого времени имелись только резервы из национальной гвардии.

Но Соединенные Штаты располагали хорошей материальной частью и достаточно большим количеством подходящих людей, чтобы с успехом сразиться с таким противником, как испанцы на Кубе. Опытом междоусобной войны уже конечно нельзя было больше пользоваться, да и все организации того времени давно уже были опять упразднены.

После этой войны американцы совершено забросили свой сильный флот и только в 90-х годах они опять подумали об обновлении сильно устаревшего судового состава. Последний толчок в этом направлении дали события японо-китайской войны.

К началу настоящей войны в составе флота числились уже 6 броненосных линейных кораблей (10-11 000 тон, 15-17 узлов), включая «Мэйн», 2 броненосных крейсера (8-9 000 тон, 21 узел), 6 современных двухбашенных мониторов (4-6 000 тон, 10-13 узлов), 11 бронепалубных крейсеров (3-6 000 тон, 16-21 узла), 14 крейсеров, 11 канонерок, 10 миноносцев, 1 таран и 1 судно с динамитными орудиями, не считая 12 устарелых небольших мониторов. В постройке находилось 6 линейных кораблей, 16 миноносцев и 1 подводная лодка. 20 коммерческих пароходов должны были служить вспомогательными крейсерами; для посыльной и сторожевой службы имелось большое количество пароходов меньшего водоизмещения.

Динамитный крейсер «Везувий» был, подобно слабо вооруженному тарану «Кэтэдин», построен в виде опыта. Это был корабль среднего водоизмещения, вооруженный тремя неподвижными аппаратами, помещенными на носу и наклонными под углом в 30° к палубе. Из них выбрасывались сжатым воздухом тяжелые снаряды, снаряженные динамитом. Его намеревались применять в бою с береговыми укреплениями и надеялись на уничтожение его снарядами, снаряженными хлопчатобумажным порохом, при взрыве их в воде, целых минных заграждений.

Морской министр заблаговременно начал переговоры о приобретении от южноамериканских и других государств военных судов, числом около двенадцати, и кроме того коммерческих пароходов, годных для службы вспомогательными крейсерами и т. д. В течение всей войны было приобретено около 100 судов, укомплектованных отчасти морской милицией. Личный состав был хорош, особенно офицерский. Имелось достаточное количество запасных.

Верфи и арсеналы были снабжены в достаточной мере всеми необходимыми материалами. Степень обученности и дисциплина среди нижних чинов, набранных из представителей самых разнообразных национальностей, были вполне удовлетворительными.

Неудовлетворительно была поставлена оборона берега; многие важные порты были совершенно беззащитны против неприятельских нападений.