История войн на море с древнейших времен до конца XIX века - Штенцель Альфред - Страница 290

Неприятельские суда немедленно обратились в бегство перед прорвавшимся «Кэронделетом», а когда в последующие дни второй броненосец форсировал проход, то южане очистили 8 апреля свою позицию, потеряв пленными 7 000 человек.

За два дня до этого генерал Грант отбросил на Теннесси у Шилоха генерала Борегара при помощи канонерских лодок: без них Грант не мог бы удержаться.

Речной бой при Пиллоу имел место 10 мая, причем хотя южанам и удалось, благодаря нечаянности нападения, заставить выброситься на берег два судна северян (эти суда потом были исправлены), но их судам пришлось отступить в тот же день, когда подошли остальные суда северян. 4-го июня южане очистили форт Пиллоу, а 6 июня флотилия северян, усиленная новыми таранными судами, нанесла жестокое поражение флотилии южан у Мемфиса, причем из 8 судов южан спаслось только одно. В обоих делах флотилией северян командовал Дэвис, который сменил Фута 9 мая.

Теперь Миссисипи был открыт северянам до Мемфиса, а в начале июня северяне отбросили противника еще дальше при помощи новых таранных судов.

24-го июня коммодор Дэвис, принявший командование от заболевшего Фута, прибыл к сильно укрепленному Виксбургу, в 560 километрах к югу от Каира, где он встретил адмирала Фаррагута, поднявшегося с юга вверх по реке.

Деятельность флотилии принесла большой моральный и материальных успех, и юг уже чувствительно страдал от этого. Для него становилось уже очень заметным, что западные его штаты были отделены от главной территории, и что вывоз по главной его реке очень затруднен.

Кроме громадного и тяжелого труда проведения блокады на долю флота в 1862 году выпал опять ряд отдельных задач. Неоднократно он был занят разнообразными экспедициями, производимыми совместно с сухопутными войсками. Одной из таких экспедиций под начальством контр-адмирала Дюпона удалось 2-го марта захватить Фернандину на севере Флориды, а после ряда последующих боев югу остались на Атлантическом океане только порты Чарльстон, Уилмингтон и Саванна.

После 15-ти часовой бомбардировки с одиннадцати батарей, построенных на острове Тиби у Саванны, сдался форт Пулавский, у входа в порт. Для удержания всех этих портов и маленьких укреплений было достаточно присутствия нескольких канонерских лодок и небольших отрядов войск.

Флотилия Дюпона была усиленно занята у изрезанных берегов Южной Каролины. При проведении действительной блокады там происходило много одиночных боев, часто с вновь построенными береговыми укреплениями.

На «Морских островах» залива Св. Елены (у Порт-Рояла) флотилия освободила много рабов и взяла богатую добычу. Но все-таки, все действия на юге сводились к разбрасыванию сил, так как был упущен момент для взятия Саванны и Чарльстона сразу большими силами. А тратить такие силы только для того, чтобы создать базу для блокадного флота, не стоило, тем более, что главная армия все еще не была достаточно сильна и у нее нельзя было бы взять войска. Действия у северной части побережья в общем шли лучше.

Одновременно с вышеописанным, начались действия против Северной Каролины. Успех, добытый в августе 1861 года у Гаттераса не был достаточно использован в виду того, что многочисленные внутренние водные пути остались в руках юга, что было крайне важно для него в смысле подвоза материалов к стоявшей севернее армии. Теперь флоту была поставлена задача уничтожить эти тыловые сообщения армии южан, а потому в январе 1862 года решили занять заливы Альбемарль и Памплико и ближайшие к ним водные пути, отчасти и для того, чтобы оградить торговлю севера от наносимого ей ущерба. Кроме того, стало известно, что там строились сильные броненосные суда.

Контр-адмирал Голдсборо получил приказание отправиться в эту экспедицию с 20 судами и 17 000 десантных войск под командой генерала Бернсайда. Суда его большей частью состояли из маломореходных, плоскодонных речных пароходов, паромов и буксиров. 13-го января 1862 года он благополучно прошел через бар, на котором в данное время было только 7,5 фут воды. Через неделю у него было готово 17 вооруженных пароходов; войска прибыли также без задержки. Сперва предполагалось занять остров Роанок, расположенный между обоими заливами.

На нем южане сосредоточили все свои силы, чтобы обеспечить сообщение оттуда на Норфолк и Ричмонд через крайне важный для них канал, пересекавший Дисмолскую топь, так как железных дорог не хватало для подвоза на север. На северной оконечности Роанока и на материке к западу от него, находилось 5 000 человек при 40 орудиях; рядом с ним стояло 8 пароходов, вооруженных каждый двумя орудиями. Этим 56 орудиям нападающий мог противопоставить только 48 пушек на своих легких пароходах.

7-го февраля в 9 часов утра с юга была начата атака; в 4 часа удалось высадить войска и 5 неприятельских пароходов отступили. С наступлением темноты огонь прекратился, а в полночь уже 10 000 человек находилось на острове. Рано утром, 8-го числа суда и войска одновременно атаковали укрепления. Судам удалось убрать часть заграждения, состоявшего из затопленных судов и рядов свай и подойти ближе к противнику. Вскоре все форты оказались в руках атакующих, потерявших при этом 250 человек. Потери южан состояли из 150 человек убитыми и ранеными, 2650 человек сдавшимися в плен и всех орудий. 5 пароходов прорвались к северу.

Этим быстрым успехом север был обязан дружным совместным действиям флота и армии. После ряда дальнейших сражений все многочисленные подходы к заливу Альбемарль оказались в руках севера; при этом были также уничтожены и 5 прорвавшихся пароходов. Таким образом югу для поддержания важного для него морского сообщения с заграницей остались только порты Уилмингтон и Чарльстон.

В Госпорте у Норфолка южане подняли сгоревший до ватерлинии и затонувший паровой фрегат «Мерримак», водоизмещением в 3 000 тонн. Так как машины и котлы уцелели, то его отремонтировали и перестроили. В середине корабля поставили каземат длиной в 170 футов с наклонными под углом в 35? бортами и закругленный с носа и с кормы. Этот каземат был забронирован двумя слоями 2-дм. железных плит и железнодорожных рельс. К форштевню прикрепили железный таран длиной в 4 фута. Руль и винт остались без защиты, и только рулевая рубка была забронирована. Углубление его было 23 фута. На носу и в корме стояло по одному нарезному 7-дм, по бортам по одному нарезному 6-дм. и по три гладкостенных тяжелых орудия. Прислугу орудий составляли сухопутные артиллеристы и несколько матросов.

Командиром был назначен коммодор Бьюкене. После всех этих переделок «Мерримак» дал 5 узлов ходу.

На севере узнали об этой быстрой починке и всячески ускоряли постройку броненосца «Монитор», представлявшего из себя одну из самых смелых по замыслу и гениальных по исполнению конструкций. Его построили по проекту инженера Эриксона на средства коммерсантов-патриотов, «на их собственный счет и риск» в 100 дней за 275 000 долларов.

Но об этом в свою очередь узнал юг и поторопился пустить в дело свой казематный броненосный таран. 8-го марта «Мерримак» совершил свой первый переход по Хэмптонскому рейду.

В это время у Монроэ находился винтовой фрегат с двумя пароходами и несколькими транспортами, а у Нью-порт-Ньюса – 50-пушечный фрегат «Конгресс» и 30-пушечный корвет «Кумберленд». Корабли эти не были готовы к бою, не выслали сторожевых судов и чувствовали себя настолько спокойно, что даже развесили для просушки белье.

В 12 3/4 часов утра заметили три парохода, поднимающихся по течению реки Елизаветы, среди которых вскоре узнали «Мерримак». Подоспевший из Нью-порт-Ньюса фрегат «Миннесота», сел на мель.

Проходя мимо «Конгресса», «Мерримак» дал залп правым бортом, а затем по нему три продольных залпа с кормы. Протараненный «Мерримаком» «Кумберленд» вскоре затонул, стреляя до последней минуты; на нем погибло 121 человек. «Конгресс» расклепал якорную цепь и, поставив марсели, выбросился на берег. В этом беспомощном положении он подвергся расстрелу и загорелся. В виду этого он поднял белый флаг, но команда спаслась на шлюпках, и только 39 человек попало в плен.