История войн на море с древнейших времен до конца XIX века - Штенцель Альфред - Страница 146

Однако же вождю оппозиционной партии, знаменитому Иоганну де-Витту, который благодаря своему выдающемуся уму почти беспредельно господствовал в Генеральных Штатах, это удалось, хотя и окольными путями. Семь соединенных провинций, кроме того, обязались:

1) чтобы их военные суда, независимо от их числа, в британских водах при встрече хотя бы с одним английским военным кораблем производили салют, спускали флаги и убирали марсели (то есть признание английского господства, навигационный акт);

2) уплатить английской ост-индской компании и т.п. большие денежные вознаграждения;

3) удалить из Голландии претендента (Карла II) и его приверженцев (до того времени в Гааге);

4) исключить Оранский дом от штатгальтерства.

Но убытки и сами по себе были страшно тяжелы. Голландия потеряла свыше 1700 судов; вооружения на море и на суше также поглотили громадные суммы.

Уроки первой англо-голландской войны

При разборе уроков этой столь важной по своим последствиям войны придется коснуться еще раз организации и управления обоими флотами.

Можно сделать следующие выводы:

1) Организация всей обороны и всех сил соединенных провинций должна была быть в одних руках, однообразно организована и руководима единой, центральной властью, а не как в Нидерландах, где флот управлялся пятью обособленными адмиралтействами.

2) От высшего управления флотом требуется особенно быстрая и энергичная работа; наряду с крайней заботливостью о подчиненных оно должно предъявлять очень строгие требования, чтобы избежать лишних трений и чтобы вся служба проводилась единообразно.

Пока не существует идеальной организации высшего управления и командования флотом. Все большие флоты имеют одну высшую власть, которая в себе соединяет технику, управление и командование. Во всех этих флотах у руля морского ведомства стоит одно руководящее лицо, морской министр или начальник адмиралтейства. (В России было своеобразное отношение Великого Князя Генерал-Адмирала к Морскому Министерству). Австрия близка к идеалу: высшее управление флотом составляет часть военного министерства, которое лишь в этой стране соответствует своему названию – вся оборона страны сосредоточена в руках одного министра.

Во всех почти самостоятельных морских министерствах министр соединяет в себе технику, управление и высшее командование, то есть должен удовлетворять требованиям, единовременное выполнение которых не под силу одному лицу.

Если это изобилие власти в одних руках не имеет над собой соответственного контроля, то, конечно, найдут себе место произвол и злоупотребления; даже самый лучший, самый добросовестный человек должен иметь над собой наблюдение. Поэтому всюду искали и продолжают искать способы действенного контроля, чтобы обеспечить правильное и точное функционирование различных органов морского ведомства.

В Англии «Lord High Admiral» был главой морского ведомства до 1688 г., когда эта должность была временно заменена «Lord Commissioners». О прежней совместной работе лордов адмиралтейства мало известно; в 1870 г. первый лорд адмиралтейства был закономерно утвержден начальником прочих лордов, что фактически имело место и раньше. Чтобы первый лорд не стал всемогущим, на эту должность обычно назначают члена парламента, не моряка; он в своих действиях очень стеснен премьер-министром и министром финансов, а также определенными законоположениями (как, например, о производствах и их числе), помощниками из высших чинов флота, пользующимися большим авторитетом, парламентом и общественным мнением. Несмотря на это, в английском флоте и поныне достаточно произвола (протекции), не говоря о других недостатках. Но все-таки Англия хорошо организована в военно-морском отношении: прекрасное военно-географическое положение, безопасность от неприятельского вторжения, небольшое войско, большое количество денег – она может себе позволить некоторую роскошь (синекуры, неудачные типы судов и т.п.).

Во Франции также много недостатков; в управлении флотом есть штатские, быстрая смена министров, особые правила производств и т.п.

Итак, вопрос о наилучшей организации остается неразрешимым. В то время английское правительство его разрешило удачным выбором трех способных, опытных, бескорыстных сухопутных офицеров, первый из которых был честный, располагающий к себе начальник, имевший своими помощниками лучших адмиралов. Самое важное, чтобы начальник, наряду с природным умом, имел живой интерес к флоту, не выставлял свою личность на первый план, был храбр и служил делу с бескорыстной любовью. Этими качествами обладал Блэк.

Блэка часто сравнивают с Нельсоном, хотя оба по существу очень различны. Нельсон, как стратег и тактик, стоит значительно выше; правда, что во времена Блэка стратегия и тактика находились в первобытном состоянии, и Блэк лишь сорока лет от роду начал заниматься военным делом, в 50 лет начал службу во флоте, совершенно не обладая морским опытом, сразу же в должности главнокомандующего. Нельсон же плавал с малых лет, имел прекрасных учителей и долголетнюю морскую практику.

Общее для них обоих – стремление во что бы то ни стало найти неприятеля и вступить с ним в бой, дух непременного, смелого нападения. Войны Нельсона стоят в тактическом отношении выше, но Блэк имел своими противниками голландцев: он неоднократно побеждал знаменитых Тромпа и де-Витта. Именно там, где Нельсон потерпел неудачу (Санта-Круз), Блэк одержал свою самую блестящую победу.

Блэк не был счастлив умереть в бою победителем; он умер во время возвращения на родину после большой, полной победы. В одном отношении он стоит выше Нельсона: последний, руководимый жгучим самолюбием, находился в полном порабощении у леди Гамильтон, которая толкала его на жестокие и несправедливые подчас поступки. Блэк в нравственном отношении безупречен, все его помыслы были направлены на служение родине, а не на личные интересы.

Правильное определение целей ведения морских войн, то есть вопрос: «что следует и чего можно достигнуть войной, и какие для этого нужны средства» – должен быть положен в основу всей политики государства. Употребление морских сил для защиты морской торговли и сообщений, рыболовства, колоний, морских интересов должно идти рука об руку с ясным пониманием, чего от флота можно требовать.

В эту войну противники совершенно отказались от сухопутных операций, даже от нападений на побережья. Флоты борются одни. Мог ли флот самостоятельно заставить противника просить мира и исполнения требований победителя?

Английский флот – мог: нанесением убытков голландцам на море и на побережьях, уничтожением торгового и рыболовного флотов, прекращением или даже только ограничением морской торговли – все это он мог сравнительно легко выполнить. На Голландии это отразилось быстро в виду ее небольшой площади, короткой береговой линии, большого рыболовного флота и очень густого населения, живущего торговлей, судоходством и рыболовством.

Голландский флот – не мог: за исключением разве только лишь полного уничтожения английской морской мощи, так как Англия занимала большое пространство, не густо населенное; она могла в случае нужды просуществовать без внешней торговли, занимаясь судоходством и рыболовством в ограниченных размерах, причем и то и другое не могло быть так легко уничтожено или заблокировано, как в Голландии.

Это высшим командованием в Голландии не было принято во внимание; план войны не был разработан. Намерения голландцев были направлены на то, чтобы разбить неприятельский флот и уничтожить каперство, но проводилось не планомерно.

В Англии с самого начала план войны заключался в операциях против военного, торгового и рыболовного флота, а также против колониальных владений.

Главнейшая задача морской войны: овладеть господством на море и обеспечить его себе. Кроме того:

1. Держать главные силы в возможно большом количестве в отечественных водах.

2. Разбить и уничтожить неприятельский флот.