Ученик чародея - Шпанов Николай Николаевич "К. Краспинк" - Страница 135

— Ей-же-ей: бог отпустил нам с вами такое количество этих самых «мечей», что можно не экономить, — рассмеялся Шилде. — Деньги — вот чего мало! А люди?! — он протяжно свистнул. — Право же, они не стоят ваших святых забот.

— Слушаю вас, — умилённо произнёс Ланцанс, покачивая головой и щурясь на начатую рюмку, — и светлая радость проникает мне в душу. Может быть, вы правы: не стоит тратить нервы на людей. Господь думает о них лучше нас с вами. Он лучше знает, что есть благо.

— Чертовски много забот у господа бога… Но, разумеется, он-то знает, — пробормотал Шилде, — старик знает!

— И я напрасно терзаю своё сердце мыслями о таких, как Изабелла, — уныло ответил Ланцанс.

— Аппетитная девчонка… но что поделаешь, живой инвентарь, сданный в аренду, всегда может околеть.

Под влиянием выпитого Ланцансу хотелось сказать, что он уже разделался с Ингой. Ему хотелось прихвастнуть тем, что в Риге у него и без Шилде есть кому выполнить задание. Слова висели у него на кончике языка, но он одумался: даже тот, кому поручено выстрелить в Ингу, покончит с собой. Орден знает: надёжно молчат только трупы. Ланцанс удовлетворился тем, что мысленно посмеялся над Шилде, и с чувством превосходства, хотя и ласково, проговорил:

— Вы мошенник, Шилде, но не думайте, что вы умнее всех! Изабелла не вернётся оттуда, и вы должны заплатить мне её полную стоимость.

— Вот ещё! — фыркнул Шилде и предостерегающе поднял палец. — Осталось несколько минут. — Шилде уставился на часы и стал постукивать пальцем в такт конвульсиям секундной стрелки. Ланцанс тоже вынул свои неуклюжие старые часы, с трудом поднял непослушную крышку.

— Кажется, ваши спешат на две минуты, — озабоченно сказал он.

— Идя сюда, я проверил их секунда в секунду. Осталось… да, осталось ровно четыре с половиной минуты.

— Тогда я поставлю свои…

— Бросьте старую развалину, следите по моим, — трезвея от нервного напряжения, сказал Шилде и подвинул часы так, чтобы стрелки их были хорошо видны обоим.

— Помолимся же о душах тех, кто предстанет сейчас перед престолом, — прошептал Ланцанс и поднял глаза к потолку. Там взгляд его встретил плывущую по плафону пышнотелую особу, окружённую весёлыми амурами. Их пухлые тела были словно перевязаны ниточками, и все они весело улыбались. Ланцанс с трудом оторвал взгляд от розовой нимфы и опустил его на часы. Его тонкие губы едва заметно шевелились:

— «Ныне отпущаеши!»