Звездная пыль калибра 5,56 - Шовкуненко Олег - Страница 84

Глава 32

Великий Учитель не мог отвести глаз от этого лица. Оно не могло быть реальностью. Призрак, мираж, отголосок далекого прошлого, в котором жил когда-то лейтенант Николай Строгов. А может, ему показалось? Ему все чаще стало казаться. Эти черты он видит не только во сне, они чудятся в узорах созвездий, они мерещатся в газовых облаках, о них кричат мимолетные взгляды прохожих. Нет, он положительно спятил! Этого не может быть. Чтобы отогнать наваждение, Учитель попробовал дотянуться до сознания девушки. Он должен узнать правду, иначе просто сойдет с ума. Едва сдерживая предательскую дрожь, он сделал это.

– Луиза! – Имя, заглушенное толстым пластиком дыхательной маски, прозвучало как стон.

– Кто здесь? – Американский лейтенант расслышал неясный звук.

«Опусти оружие, – мысленно приказал Великий Учитель, – и никто не пострадает».

– Что? – Контакт на уровне подсознания испугал чернокожего лейтенанта. Он не отвел винтовку, а, наоборот, уткнув приклад в плечо, стал целиться в грудь Великому Учителю.

«Взять!» – Строгов не стал ожидать, когда у бесноватого янки сдадут нервы. Бешеных собак пристреливают до того, как те успеют укусить.

Шелест, переходящий в свист, резанул ухо. И снова тишина. Правда, очень короткая. На пол с грохотом посыпались обрубки «М-16». Металл еще бился о металл, когда рядом с ним начали падать голова, руки, ноги и прочие части тела, разрубленные сверху донизу одним ударом невидимого трезубца.

– Морунги! – Солдаты сбились в кучу, продолжая сжимать бесполезные винтовки.

– Опустите оружие – и никто не пострадает. – На этот раз Великий Учитель обращался уже ко всем. Выждав, пока его приказ дойдет до сознания насмерть перепуганных десантников, он вышел из тени.

Каждый шаг приближал его к Луизе. Девушка стояла в окружении трех человек, которые пытались своими телами отгородить ее от надвигающегося зла. Кто эти люди? Что ему до этих людей? Чужаки. Строгов вдруг понял, что обманывает сам себя. Рядом с Луизой замерли они… его верные боевые товарищи, те, с кем он уже и не чаял свидеться. Микульский, Мартинес и… не может быть! Неужели это Моришаль?!

«Любимая, друзья мои, это я! Я здесь! Я живой!» – хотел вскричать окрыленный Николай, но тут же опомнился. Какой он им друг и, уж конечно, какой он ей любимый? Монстр! Пугало! Каждый порядочный человек наденет перчатку, прежде чем пожать такую руку. Мысль о перчатках невольно заставила Строгова взглянуть на руки своих друзей. Нет, перчаток там не было, зато были наручники.

Ах, вот оно что! Вот, значит, каких пленников вез сюда челнок! На мгновение Николаю захотелось мстить. Он отдаст приказ, и максимум через минуту охранники разделят судьбу своего командира. Но нет, хватит бессмысленных жертв. Лабиринт дал Строгову силу не для бесконечных убийств, а для того, чтобы остановить все это, для того, чтобы служить жизни!

– Оружие на пол! – Великий Учитель скомандовал громко и четко.

Человеческая речь, исходящая от невиданного чудовища, слегка отрезвила людей. В монстре хоть что-то оказалось понятным. Это не дикий зверь, это разумное существо, и оно может их пощадить. Винтовки и пистолеты градом посыпались на пол.

– Снять наручники с заключенных.

Как ни странно, этот гораздо менее страшный приказ вызвал замешательство у солдат.

– В чем дело? – Учитель свирепо сверкнул горящими глазами.

– Ключи… – худощавый капрал выдавил первое слово с таким трудом, будто только что научился говорить. – Ключи от браслетов лейтенант Портер приказал сдать.

– Кому?

– Ему. – Капрал со страхом поглядел на груду окровавленного мяса.

– Так ищи! – Строгов не думал издеваться над десантником. Он просто хотел поскорее освободить своих друзей, тем более что девушка, которую Хорхе держал на руках, была серьезно ранена.

Краем глаза наблюдая за изысканиями капрала, Николай приблизился к «головорезам». Что они чувствуют? Как воспринимают страшилище, которое сейчас стоит перед ними?

Моришаль – удивлен и растерян. Не знает, как ко всему этому относиться. Он новичок в космосе и всеми силами пытается приспособиться к новому для него миру.

Микульский – о, этого не пробьешь! Строгов про себя улыбнулся. Поляк навидался всякого.

Мартинес – больше всего на свете его беспокоит раненая подруга, ко всему остальному Хорхе холоден и равнодушен.

Настал черед Луизы. Николай подсознательно оставил ее напоследок. Он боялся этого контакта. Ведь то, что подумает она, станет его приговором. Между ними и так бесконечная пропасть, где каждый на своем берегу. В сердце теплится лишь одна надежда – пусть она позволит ему жить, пусть не убивает бездушным взглядом, полным страха и отвращения.

Едва ощутив ее ауру, Строгов отпрянул назад. Он вдруг испугался. Что-то мрачное и холодное промелькнуло перед глазами, будто тень. Может, нечего паниковать и это всего-навсего его собственный страх? Николай не знал этого, да и не хотел узнавать. Лучше остаться в неведении и довольствоваться прошлым, с трепетом вспоминая мгновения навек утраченной любви.

Не отдавая себе отчета в том, что творит, Учитель коснулся лица своей богини. Острые когти прошлись по бархатистой коже, оставляя на щеках едва заметные розовые полоски. Луиза испугалась, но не отпрянула. Не мигая, она смотрела в его горящие радиоактивным огнем глаза.

– Ты очень несчастен? – запинаясь пролепетала девушка. – Я чувствую это.

– Раньше был. – Николай понял, что она силится заглянуть в его душу точно так же, как и он в ее.

– Когда это – раньше?

– До того, как встретил человека, способного задавать такие вопросы.

– Простите, что перебиваю. – Мартинес подошел поближе. – Вижу, вы нам не враг. А если так, то ради бога помогите. Она истекает кровью. – Хорхе с мольбой взглянул в глаза Великому Учителю.

– Как там насчет ключей? – Строгов повернул голову в сторону перемазанного кровью капрала.

– Вот, нашел. – Янки протянул две декодирующие пластины. – Все остальные разбиты вдрызг. Прямо в них ударил морунг. – Вспомнив о невидимых монстрах, десантник со страхом стал оглядывать все темные закоулки грузовой палубы.

– И эти сгодятся.

Снимая наручники, Строгов подтвердил опасения капрала. Да, ты прав, приятель, они по-прежнему здесь. Только теперь морунги перестали быть фанатичными убийцами, они верные друзья и помощники. Чтобы доказать это, Учитель приказал:

«Двадцатый брат, помоги отнести раненого человека. Его нужно как можно быстрее доставить к врачу».

По ангару словно пролетел ветер, от которого заколыхались крылья флаеров. Мгновение спустя девушка, которую держал на руках Мартинес, стала медленно возноситься ввысь.

– Спокойно, – остановил Строгов цепляющегося за нее разведчика. – Морунг не уронит и не обидит. Он доставит ее в лазарет.

Чтобы до конца убедить подсознательно упирающегося Хорхе, Великому Учителю пришлось взять грех на душу. Своей железной волей он овладел сознанием каталонца и заставил того разжать пальцы. Спокойно, дружище, все будет хорошо.

Хорхе сдался и со смертельной тоской наблюдал за тем, как тело девушки мчится между стальных машин, словно несомое волнами быстрой невидимой реки.

– С Барбарой все будет нормально. – Строгов хлопнул солдата по плечу. – Я ведь угадал? Ее зовут Барбара?

Не обращая внимания на полный вопросов взгляд Мартинеса, Строгов обернулся к Яну Микульскому:

– Тебе тоже нужна помощь? Вижу, ты много раз падал на чей-то кулак.

– И не только на кулак, – согласился разведчик. – Но упаси боже, чтобы я по доброй воле прыгнул в объятия к морунгу.

– Скоро ты поймешь, что морунги – это не самое страшное, что есть на свете.

Произнося эти слова, Строгов уже слышал голос, звучащий у него в мозгу:

«Николай, поторопись. Нас вызывает станция. Они зарегистрировали активность в этом секторе и приказывают, не дожидаясь лоцманов, лечь на курс сближения».