Визит (СИ) - Голунова Светлана - Страница 95

- А ты представь, что свет и тень две противоположности. Но есть еще и граница между ними - сумерки. Заметь, это гораздо больше, чем одна сущность света и добра, отсюда исходит, что ночь гораздо сильнее, изобретательней и разнообразней, словом, наш Хозяин должен быть единственным правителем Вселенной и вечности.

- Странно, - задумчиво сказала Светлана, пропуская последние слова Амона. - Вот Катерина, она не убийца и не садист, а Дорн её хозяин. Почему так?

- Она заслужила покой, это и есть "сумерки", - пояснил Барон, пуская струю дыма в развалившегося Юма, и с удовольствием выслушивая, как заорал в возмущении кот, шипя и чихая от дыма.

- В вашем царстве нет любви. Неужели Катерина не заслужила этого? Она никогда не почувствует, что нужна кому-то, что кто-то беспокоится о ней? Кроме Валентина конечно. Я не могу поверить, что создатель так жесток к простым людям и не прощает им их недостатки. Ведь не каждый человек совершенен. Неужели они обречены, существовать вечно, без любви?

- Существует реинкарнация и душа снова и снова получает шанс возвыситься духовно. Но не всегда они доходят до истины, и тогда возврата нет.

- Нет. Я все равно считаю, что это жестоко, - твердо решила девушка. - Даже убийцы не заслужили такого. У них должен быть шанс. Они поймут, что такое любовь и понимание и душа их очистится и не будет в ней злобы и жестокости. Неужели создатель забывает о потерянных душах, когда они попадают в царство теней?

- Как сказать, - неопределенно ответил кот, и с возмущением заявил Барону: - Изер! Я тебе не комар, чтобы меня окуривать, - и обращаясь неизвестно к кому, - Чистая и светлая душа должна добровольно спуститься в Ад. Тогда грешники получат то, о чем шел разговор.

Светлана с удивлением посмотрела на Амона.

- Но разве та же Катерина, не могла бы стать этой "душой"?

Бросив остатки сигареты в камин, Барон повернулся к девушке.

- Это место сможет занять только человек заслуживший "свет", а не "покой". Кандидатура Катерины отклоняется.

Взяв из воздуха еще один мячик, Барон метнул его в другой конец зала. Пёс недоуменно замер, держа в зубах свой и провожая взглядом мяч Барона. Опустив мячик на пол, пес кинулся за вторым. Подобрав первый, Барон кинул вслед за вторым, заставив собаку развернуться на полпути к камину, и снова броситься в конец зала, рыча от возмущения.

- Надеюсь, такой ангел найдется, - заметила девушка и, забыв об этом разговоре, захлопала в ладоши, привлекая внимание совсем запыхавшегося пса. Собака умудрилась оба мяча сложить возле своих лап, и тяжело дыша, посмотрела на сидящих возле камина. Барон щелкнул пальцами и оба мяча пропали. Собака в недоумении обнюхала пол, пытаясь сообразить, куда же они делись. По-видимому, что-то смекнув, пес кинулся к сидящим и поочередно принялся всех обнюхивать в надежде найти игрушку.

- Убери свой мокрый нос! - завопил Юм, возмущенно отпихивая от себя морду собаки.

Встав не задние лапы, пес дотянулся до кота, и с шумом принялся его обнюхивать. От дыханья пса шерсть кота топорщилась и вставала дыбом.

- Апорт! - крикнул Барон, кидая мяч.

Взвизгнув от восторга, собака бросились за мячом, в красивом полете перелетев через вытянутые ноги Барона.

Амон отставив сигарету повернулся к девушке.

- Взошла луна, - сообщил он ей.

Светлана выжидающе посмотрела на него. Он продолжил:

- Самое время осмотреть памятники Рима.

- Нет, я не хочу на кладбище, - категорично заявила она.

Амон улыбнулся.

- В свете луны хорошо смотрится не только кладбище, но и Колизей. Только его обязательно нужно смотреть ночью, когда луна освещает его стены. И тогда призраки прошлого выходят из тьмы на лунный свет. Я покажу тебе его.

- О! Я с удовольствием посещу Колизей, - с восторгом согласилась Светлана.

- Как мы туда доберемся? На лимузине?

- Я предлагаю использовать мотоцикл, - предложил Амон

- Отлично! А кто нам составит компанию?

- Мы составим, но только до центра, а потом разъедемся, - предложил Барон за себя и Юма. Последний молча с ним согласился. К огромному неудовольствию пса, компания покинула тёплое местечко и направилась к дверям. Амон, что-то приказал и пес, понурившись, вернулся в зал. Где, развалившись на полу, подставил бок к теплу камина, принялся грызть мяч. Возле дома, уже стояли мотоциклы. Но девушка внезапно остановилась.

- Можно Вас попросить?

- Попробуй, - улыбнулся Амон.

- Если можно, то, пожалуйста, без лихачества, а то жутко становится оттого, что вы вытворяете на дороге.

- Светик! - возмутился Юм, - Но так же неинтересно? С таким успехом можно и на автобусе доехать. Вспомни, как по встречной полосе, в лоб машинам, ... Здорово!

- Поседеть можно, - покачала головой Светлана.

Амон с неохотой согласился:

- Хорошо, хотя светлый волос всегда считался красивым.

- От рождения, - уточнила Светлана.

- Хорошо, - заводя мотор, повторил Амон. - Садись, я буду аккуратно вести мотоцикл.

Юм и Барон последовали его примеру и уже три мотора стали буравить грохотом ночь. Амон резко взял старт, и девушка пришла к выводу, что больших уступок от водителя ей ожидать не стоит.

Мимо пролетели Барон и Юм, подняв мотоциклы на дыбы.

Повернули на трассу. Змеей, проскользнув между машинами, Амон увеличил скорость, и помчался между потоками транспорта по разделительной полосе.

Потеряв по пути свою компанию, Амон подрулил к чему-то огромному и величественному. Оставив мотоцикл на дороге, они подошли к возвышавшемуся перед ними Колизею.

Освещенный светом луны, Колизей смотрел на гостей множеством арок, которые в три яруса поднимались от земли. Луна посеребрила колонны, но проникнуть в зияющие пустотой арки так и не смогла и эти проемы как черные глаза взирали на стоящих у подножия. Колизей имел свою, жесткую красоту из-за серебряного света, он казалось, состоит из одних столбов, только выше его венчала стена с небольшими оконными проёмами.

- Зайдем внутрь, - предложил Амон и железная решетка, закрывающая вход, тихо скрипнув, распахнулась.

Войдя в здание, Светлана была поражена множеством галерей,  уходящих в полумрак в разные стороны от нее. Галереи шли по всей окружности здания, огибая площадку покрытую песком. Под лунной, площадка казалась, покрытой мелом. Встав в её центре, девушка огляделась, со всех сторон её окружали стены с черными проемами арок и окон. Еще немного и ей представилось бы, что за ними столпились люди и в мертвой тишине ожидали кровавых зрелищ.