Любовь вне правил - Крауновер Джей - Страница 51

Я швырнул в Рома карандашом и махнул рукой: заходи.

– Что случилось?

Он бросил карандаш обратно и тяжело плюхнулся на кровать, вытянув ноги и откинувшись назад. Иными словами, устроился как дома.

– Шоу так и не ответила?

Я подавил ярость, хотя тут же захотелось что-нибудь расколотить.

– Она говорит, у нее на завтра слишком много заданий, поэтому после работы она поедет домой и будет заниматься.

– Хм.

– Что?

– Ничего. Просто – хм.

– Заткнись, Ром. Перестань хмыкать.

– Ну, странно, что в последнее время вы почти не видитесь. Вы случайно не поссорились?

– Нет.

– Уверен?

Я нахмурился.

– Да, я абсолютно уверен, что мы не ссорились. Ты пришел, чтоб меня позлить, или тебе действительно что-то надо?

– Не меняй тему.

Я отвернулся к столу.

– Если ты приперся валять дурака, учти, что мне нужно закончить рисунок для клиента.

– А меня сегодня выписали. Врач из Карсона звонил буквально только что. В начале следующей недели я возвращаюсь в часть…

Я развернулся к брату. Ром явно старался выглядеть беззаботно, но взгляд у него был встревоженный.

– Плечо зажило?

– Вроде да.

– А как ты сам? Готов вернуться?

– Ну, вариантов нет. Конечно, я бы меньше переживал, если бы точно знал, что у вас с Шоу все в порядке, что за ней не таскается какой-то псих, что мама обратилась к врачу… но чудеса бывают только в кино.

Я фыркнул и провел руками по волосам, которые как будто становились длиннее с каждой минутой. Мне хотелось снова сделать ирокез, но в душе я подозревал, что Шоу не понравится парень, который каждый день меняет прически, поэтому, скрепя сердце, поддерживал норму, хотя она постоянно твердила, что скучает по моему ирокезу.

– У нас с Шоу все нормально, так что не волнуйся. А что касается мамы… ну, тут я ничем не могу помочь. Береги себя. И больше не езди по бомбам.

– Да я, в общем, и не собирался. Слушай, надо предупредить родителей. И, сам понимаешь, они захотят что-нибудь устроить, раз уж никто не знает, когда я в следующий раз приеду и в каком состоянии.

– Ром, я не в состоянии терпеть мамины закидоны.

– Я попрошу отца заказать столик в ресторане. Скажу ему, что это семейное событие, а значит, придете вы с Шоу. Я не настаиваю, братишка, я просто говорю. Я уезжаю обратно в пустыню черт знает на сколько – и имею право увезти с собой приятные воспоминания. Пожалуйста, сделайте над собой усилие на один вечер. Я этого заслуживаю.

– Ты видел, что получилось в последний раз. А я ее даже не провоцировал!

Ром вздохнул и поднялся.

– Ради меня, Рул. Пожалуйста.

Я не хотел видеться с родителями. Только не теперь, когда у нас с Шоу возникло некоторое недопонимание. И уж точно не после того, как мать недвусмысленно высказалась по моему поводу. Но я мало в чем мог отказать брату и все готов был сделать для Рома, если тот говорил «пожалуйста». Я снова выругался и откинул голову на спинку кресла.

– Скажи, где и когда, ладно? Я передам Шоу. Но не исключаю, что ты уедешь обратно на войну расстроенным, если мама, как обычно, слетит с катушек.

– Не понимаю, блин, почему мы один-единственный раз не в состоянии побыть нормальной семьей! По-моему, я не так уж много прошу.

– Ты прав. И я готов попытаться. Договорились?

– Спасибо, братишка, ты не такой пропащий, как говорят.

– Заткнись… – я усмехнулся и снова взялся за рисунок. – Кстати, я буду скучать по тебе, зануда.

Он подошел ко мне и обхватил рукой за шею. Я забарахтался, тщетно пытаясь высвободиться, но Ром был сильнее и крупнее, он без труда меня удерживал.

– А я буду скучать по твоему острому языку и скверному характеру. Хотя твоя нынешняя прическа выглядит по-дурацки, и она совсем не в твоем духе. По ней я скучать не буду.

Ром наконец отвязался, когда я ткнул его кулаком в ребра. Он хрюкнул и отступил, а я отбросил со лба надоевшие пряди.

– Ты просто боишься, что, если у меня нормально отрастут волосы, люди поймут, что я намного красивее тебя.

Он снова ринулся в атаку, и некоторое время мы боролись, как в детстве, только теперь Ром был настоящим гигантом, фунтов на пятьдесят тяжелее, поэтому толковой драки не получилось. Он ушел, пообещав заказать что-нибудь на ужин, а я с удовлетворением отметил, что по пути к двери мой старший братец потирал ребра.

Я достал мобильник, уставился на экран и поймал себя на неприятной мысли: я раздумывал, как бы поделиться с Шоу новостью. Выбирал слова. Я привык делать и говорить, что хочется, и быть сдержанным и собранным мне надоело прежде, чем я толком успел приступить. В конце концов просто написал короткое сообщение: «Рома выписали. В понедельник он уезжает».

Я подумал: раз Шоу занята, то не ответит сразу. В последнее время мы вообще не вели глубоких философских бесед.

«О Боже. Ты расстроен?»

Я уже потерял одного брата, а оставшийся выбрал профессию, регулярно вынуждавшую его рисковать жизнью. Конечно, я был расстроен. Но поделать ничего не мог. Чувство долга было второй натурой Рома, и я уважал старшего брата за это – слишком уважал, чтобы омрачать своей грустью то недолгое время, которое мы проводили вместе.

«Да, конечно, но он, кажется, выздоровел, и ничего не поделаешь».

«Хочешь, я приеду после работы?»

«А я думал, тебе надо готовиться на завтра».

«Да, но учеба может подождать, если я тебе нужна».

Она и правда была мне нужна. Я хотел держать Шоу в объятиях и любить, но не потому что она жалела меня, а потому что хотела быть со мной. Я уставился на экран и сердито подумал, какой же сложной сделалась жизнь буквально за считаные дни.

«Да не, я в порядке, но Ром до отъезда хочет устроить семейный ужин ПОЛНЫМ составом. Он попросит папу все организовать».

«Ну и что будет, учитывая твои отношения с матерью?»

«Кстати, ты тоже приглашена».

«За себя я не волнуюсь».

«Ром надеется, что она из уважения не станет скандалить, если он попросит. Но лично я сомневаюсь. Он думает, в общественном месте мать не устроит сцену».

«Очень печально, что вам это мешает нормально проводить Рома».

«Я не один тут такой, у кого проблемы в семье, Каспер».

«О, да».

«Спокойной ночи».

Долгая пауза. Я даже не ждал, что она ответит. Но через пять минут пришло новое сообщение.

«Я по тебе скучаю, Рул».

Я даже не знал, что сказать, потому что вообще-то не я на сей раз избегал встречи. Отложил мобильник и вернулся к рисунку.

Но на следующий вечер именно я продолбал свидание с Шоу, потому что решил куда-нибудь сводить Рома, чтобы он подцепил себе девочку, прежде чем уехать обратно в пустыню. В результате я свалился под стол после пятой порции виски – иными словами, совершенно не справился со своей задачей. Ром и Нэш дотащили меня до дома и уложили в постель. Только в одиннадцать часов утра я попытался дойти до душа и принять приблизительно человеческий облик, чтобы появиться в салоне… Тогда-то я и заметил три пропущенных звонка от Шоу и пять сообщений. В них говорилось примерно одно и то же: где ты, что делаешь, почему не отвечаешь, может быть, мне приехать или ты сам приедешь? Я чуть не сдох от стыда. Ситуация не была бы такой неловкой, если бы я позвонил ей перед уходом или пригласил с нами. А вместо этого я развлекался как обычно, совершенно не стараясь изображать идеал.

Я уже хотел позвонить Шоу и объясниться, когда из ванной вышел Ром, вытирая голову полотенцем.

– Живой?

– Нет. Надо позвонить Шоу. Вчера я был слишком пьян и забыл ответить.

Ром искоса взглянул на меня.

– Я ей уже позвонил. Вчера вечером она написала мне и спросила, чем ты занят, и я сказал, что напился до соплей. Она, кажется, расстроилась. Самое обидное, она страдает из-за тебя, дурака.

Я поставил локти на кухонный стол.

– Да… но я сам не понимаю, где ошибся. Я чуть не избил ее бывшего насмерть на парковке, но вовремя понял, что если буду вести себя как пещерный человек, то оставлю Шоу без защиты. Я следил за собой, был очень осторожен, вот уж поверь, просто из шкуры вон лез. Но с самого начала она держится так, словно я ей изменяю или делаю что-нибудь ужасное.