Заткнись и поцелуй меня (ЛП) - Крейг Кристи - Страница 45

Ага, Шала чувствовала себя чудесно – сексуальной, желанной, живой и как никогда счастливой. Вопрос лишь в том, сможет ли она через все это пройти и сохранить свое сердце в целости и сохранности.

– Если что, сливки в холодильнике, – подсказал Лукас. Затем обернулся к другу: – Думаешь, твой приятель сможет что-то нарыть на водителя седана?

– Без понятия. Я только что звонил Филлипу, он как раз смотрит снимки.

– Дай знать, если я могу помочь.

– Я запомню.

– Ты тоже полицейский? – спросила Шала у Лукаса.

Прежде она уже интересовалась, чем он зарабатывает на жизнь, и Лукас сказал, что был военным, но теперь в отставке и перебивается случайными работенками то тут, то там. Армейской зарплаты могло хватить на такой дом и отличную мебель? И не слишком ли Лукас молод для отставки?

– Не, – отмахнулся он, – просто знаю парочку нужных людей. – Затем вновь посмотрел на Ская: – Хочу сгонять в магазин – вчера мы съели все мои запасы. У тебя какие планы?

Тот посмотрел на часы:

– Может, вы двое к двум часам подъедете в закусочную? Буду ждать вас там, как только закончу с Чарли. С меня завтрак. И прямо оттуда я бы отвел Шалу к Филлипу, а потом привез сюда, в зависимости от того, что он и его парни планируют делать.

– А мне точно нужна круглосуточная нянька? – не выдержала Шала.

Скай и Лукас переглянулись, уставились на нее и хором ответили:

– Да.

Шала закатила глаза, а Лукас заверил:

– В два мы будем в закусочной.

Скай направился было прочь, но у двери замер, развернулся и, подойдя к Шале вплотную, прижался к ее губам своими. Проник языком в ее рот, скользнул рукой с талии к бедрам… От этого поцелуя затрепетала каждая клеточка ее тела.

– До встречи.

От его греховно-сексуальной улыбки Шала вмиг позабыла и о Лукасе, и о неприемлемости такого поведения в целом. К черту броню! Она хотела испытать это. Хотела Ская. Конечно, в итоге можно пострадать, ну а вдруг нет? Вдруг Скай тот самый, особенный, каким отец был для мамы? Шала до сих пор помнила, как каждую пятницу они включали музыку, смеялись и танцевали. И дедушка с бабушкой, в болезни и здравии, шестьдесят лет шли по жизни рука об руку. Шала не была идиоткой и прекрасно знала, что истинную любовь трудно найти. Но в последние годы она вообще как-то позабыла о ее существовании. Однако сейчас… если вспомнить, то, возможно, получится поверить, что ради ее поисков стоит рискнуть своим сердцем.

Направляясь к дому Чарли, Скай мысленно прокручивал все, что знал об этом парне, и старался не думать о том, как, потеряв голову, поцеловал Шалу прямо посреди кухни Лукаса.

«Угу, думай лучше о Чарли».

Чарли был вспыльчив. И любил изображать из себя бунтаря. На любом собрании – будь то заседание городского совета или открытая встреча старейшин племени – появление Чарли означало надвигающийся хаос. Его бесконечные речи о том, что нельзя допускать в город чужаков, находили отклик у многих местных. И когда после нескольких заседаний город все же проголосовал за наем «Уинтерс-туризм», Чарли счастья явно не испытал и начал агитировать за то, чтобы этому помешать.

Взрывной темперамент у них явно семейное… Брат Чарли отбывал пожизненное за убийство. Значит ли это, что Чарли тоже способен убить? Скай чертовски надеялся, что нет, ибо в сравнении с его собственным семейством, Рейнмейкеры просто ангелы.

Старик Ская был озлобленным несчастным сукиным сыном. И любил лишь мать Ская. Она, видимо, отвечала взаимностью, потому как сносила от ублюдка больше, чем Скаю хотелось помнить. Конечно, все он помнить и не мог, ведь стоило встать между родителями, папаша вышибал из него дух. По сей день Скай задавался вопросом: что было бы, не останься он тогда ночевать у соседа? Возможно, он помешал бы отцу убить маму. Хотя точно не стал бы мешать старику целиться в себя. Нет, Скай бы для него даже ружье зарядил.

Скай остановился возле старого дома с облупившейся краской и отодвинул личные проблемы подальше. Сейчас есть дела поважнее. Чарли кого-то нанял, чтобы украсть камеру Шалы? У Чарли вообще есть деньги, чтобы кого-то нанять? Если он хотел лишь напугать пиарщицу, прогнать ее из города, зачем заходить так далеко? Это бессмысленно. С другой стороны, он точно за ней следил.

Под навесом для машины не было старой «шевроле» Чарли. Выбравшись из одолженного у Лукаса грузовика, Скай постучал в парадную дверь.

Открыла миссис Рейнмейкер, и он сразу заметил ее покрасневшие глаза, растрепанные волосы и одежду, в которой словно спали. Ее алкоголизм не был секретом, особенно для Ская – он уже дважды арестовывал дамочку и лично убедился, что ее водительские права аннулировали. Печальное состояние. И слишком распространенное среди его народа. Скай убеждал мэра, что Совершенство должно предлагать бесплатные консультации всем нуждающимся. И даже просил Бо и барменов из «Напуганного цыпленка» звонить ему в любое время дня и ночи, если кого-то нужно подвести. Скай не терпел пьяных за рулем, особенно после случая двухлетней давности, когда местный пьянчуга угробил не только себя, но и невинного подростка.

– И почему мне кажется, что ты приперся не просто лясы поточить, шеф? – Миссис Рейнмейкер прислонилась к дверной раме.

– Хотел бы я, чтобы так оно и было.

– Ну на сей раз ты здесь не из-за меня. Я не ездила подшофе.

– И я это ценю. Мне нужно поговорить с Чарли. Он рядом?

– Я бы так не сказала. Что он еще натворил?

– Я просто хочу с ним поговорить. – Тревожить мамашу точно не стоит. – У него есть сотовый?

– Конечно. Но толку-то. Я названивала ему всю ночь, он не ответил. Я решила, что мальчишке повезло, и он сбежал с той шлюхой, которую встретил в «Напуганном цыпленке».

Старое доброе семейное счастье.

– Что ж, если не сложно, дайте мне его номер. Мне нужно с ним поговорить.

Она зашла в дом и вскоре вернулась с клочком бумаги с нацарапанным на нем номером.

– Если отловишь его, скажи, что он все еще должен заплатить за аренду.

Скай пошел прочь.

– Это связано с той специалисткой по туризму? – бросила вслед миссис Рейнмейкер.

Он замер, засунул листок с номером в карман и развернулся к ней:

– Вы что-то об этом знаете?

– Знаю, что он следил за ней. Глаз с нее не спускал. Это что, преступление? – На ее лице расплылась непонятная Скаю ухмылка.

– Это можно рассматривать как преследование.

– Тогда можешь и на себя наручники нацепить. Потому как Чарли говорил, что ты тоже изображал из себя разведчика. – Миссис Рейнмейкер засмеялась. – Конечно, вы с ней родственные души и все такое…

Скай удержался от комментариев, сказав просто:

– Хорошего дня, мэм.

А когда сел в грузовик и набрал Чарли, тот не взял трубку. Твою мать! Скай приехал сюда за ответами, а получил лишь еще один длинный список вопросов.

– А ты не хочешь сказать, куда мы направляемся? – спросил Хосе. Подобные выкрутасы были не в духе его старика.

– Сам увидишь.

Рэдфут зарулил на парковку закусочной – единственного заведения в Совершенстве, открытого по воскресеньям.

Хосе огляделся. И чего было скрывать, куда они едут?

– Ну и где кое-кто и лошадь?

– Здесь. Оба.

Хосе проследил за его взглядом до края стоянки.

– О черт, нет!

Затем снова повернулся к Рэдфуту.

Слишком поздно. Тот уже выбирался из машины.

Потянувшись через сиденье, Хосе схватил отца за руку:

– Неприятностей ищешь?

Рэдфут вздохнул:

– Иногда ты должен встретить неприятность лицом к лицу и плюнуть ей в глаз.

И выбрался из грузовика.

– Папа, вернись!

Но старик хлопнул дверью и зашагал к закусочной.

Глава 25

В дверях Рэдфута встретил жирный запах бекона. Рамон с парой друзей сидел в одной из задних кабинок, а Мэтт – в одиночестве за столом. Парень выглядел несчастным. И будет еще хуже…