Заткнись и поцелуй меня (ЛП) - Крейг Кристи - Страница 36

– Ты ужасный человек, но благодаря тебе я чувствую себя молодой и дерзкой.

– Ты и так молодая и дерзкая. – Рэдфут попытался отстраниться, но его волосы запутались в крошечных пуговицах на ее блузке.

– Рэдфут, мне нужно встать, пока кто-нибудь не пришел.

– Я б с радостью помог, но мои молодые и дерзкие волосы зацепились за твои пуговицы.

Вероника толкнула его, и индеец почувствовал, как выдираются пряди.

– Погоди. Дай я заберусь сверху, и ты посмотришь, как все это распутать.

Он перевернулся, взгромоздившись на свою женщину, простыня соскользнула, и голые ягодицы обдало прохладным ветерком.

– Подними голову, – хихикая, попросила Вероника.

– Я тут задом свечу, – сквозь смех пожаловался Рэдфут.

– Зад не так уж плох, – поддразнила она. – Ну приподними голову хоть чуть-чуть.

Он попытался, но волосы зацепились намертво. Тогда индеец опустил лицо к груди Вероники и вновь попробовал подняться.

– Не сейчас. – Ее пальцы ковырялись в его вихрах. – Только попробуй.

Она легонько толкнула Рэдфута – вспышка боли, и его нос опять уткнулся в женское декольте. Вероника потянула его вверх – он снова рухнул. Кабы не подозрения, что эта игра сделает его лысым, Рэдфуту бы даже понравилось. Так они и развлекались – голозадый индеец двигается вверх-вниз, оба что-то бормочут и хихикают, а иногда и стонут, – когда позади с шумом распахнулась дверь.

Рэдфут дернулся, чтобы прикрыться простыней. К сожалению, движение принесло лишь вспышку боли в голове, и он в очередной раз уткнулся в Веронику. Та попыталась вывернуться, но куда сбежишь, когда к твоей груди прицепилась добрая половина чужой шевелюры.

– Ма-а-ам? – Голос эхом разлетелся по палате. Вероника застыла, и Рэдфут услышал такие слова, каких ее уста никогда прежде не извергали.

– Па-а-ап? – Раздался другой голос, и индеец узнал собственного сына.

– Убирайтесь! – рявкнул он.

Послышался звук отступающих шагов.

С помощью того, что можно описать только как «материнскую силушку», Вероника оттолкнула от себя Рэдфута, лишив его большей части скальпа, и соскочила с койки.

– Мой сын! – обвиняюще закричала она. – Ты сказал, он не явится в больницу. А теперь он видел меня и… он знает. О боже! Что ты сотворил со мной, Рэдфут?

Хосе смотрел на Рамона, ошеломленно застывшего возле палаты Рэдфута.

– Скажи, что мы этого не видели. Скажи, что этого не было.

Бедняга прижал ладони к глазам, будто ребенок, вынужденный смотреть ужастик.

– Не знаю, что это было. Но могу поклясться, что ничего не видел.

Хосе зажмурился, надеясь, что это поможет. Но картинка, словно плохой порно-ролик, снова и снова проигрывалась в голове: вот задница его старика двигается вверх-вниз, вверх-вниз. И тогда весь комизм ситуации смехом забурлил в груди.

– Предлагаю сделку. Ты выткнешь глаза мне, я – тебе.

– Выткнешь глаза? Я уже ослеп! И никогда не стану зрячим.

Хосе расхохотался:

– Говорю тебе… здорово знать, что мы все еще сможем делать это в таком возрасте. Видел, как они наяривали?

– Не смешно.

– Очень даже смешно, – продолжал развлекаться Хосе. – Как кролики!

И только сейчас заметил, что во взгляде друга веселья не наблюдается.

– Это моя мать, черт возьми! И я убью твоего отца. – Он шагнул к двери.

– Нет. Оставь их в покое. – Хосе схватил Рамона за руку.

Тот обернулся, и выражение его лица не предвещало ничего хорошего.

Скай только закончил говорить по телефону с Лукасом, который ждал их на выходе из отделения неотложки, когда позвонила Марта. Серебристый внедорожник принадлежал доктору Генри Майклзу. Скай ни на секунду не поверил, что приятель к этому причастен.

– Засранец, видимо, угнал машину Генри.

– Не хотелось бы, чтобы это прозвучало не по-христиански, – сказала Марта, – но если он тронет мой «Кадиллак», я лично отправлю его к Иисусу для вразумительной беседы.

Оставив Шалу с Лукасом, Скай прочесал больничную парковку. И нашел черный седан. Согласно полученным данным, машину вчера украли в Сан-Антонио. Установить личность преступника это не поможет, а вот временные рамки… Парень не мог приехать в город раньше вчерашнего утра. Значит, снимок, вызвавший весь этот дурдом, Шала сделала уже после… Если на снимке именно этот человек. А то его могли просто нанять. Дерьмо, все без толку. Остается надеяться, что в машине есть отпечатки, которые хоть куда-нибудь приведут.

Скай позвонил Рамону. Механик слонялся где-то в больнице, так как его эвакуатор – вместе с тем, что, предположительно, являлось разбитой тачкой Хосе, – был припаркован в паре мест от черного седана.

Рамон не ответил, но Скай наткнулся на него, когда возвращался в здание.

– Привет. Я как раз пытался тебе дозвониться.

– А я не ответил, и на то есть причины. – Рамон даже не остановился.

Скай двинулся за ним к стоянке:

– Что случилось?

– Твой гребанный папаша случился. И запомни, если этот старик считает, что может творить с моей мамой всякие непотребства, ему лучше хорошенько подумать.

Скай открыл было рот, но понятия не имел, что сказать:

– Я… Что?

– Твой старикашка кувыркается с моей мамой, вот что! И мы с Хосе только что стали этому свидетелями!

– Тпру. – Скай поднял руку. Его мозг не хотел вникать в смысл этих слов, а уж тем более их визуализировать. – Что?!

– Ты слышал. Он кувыркался с моей мамой в своей больничной койке! У твоего старика, видимо, нет тех же проблем со стояком, что у тебя.

– Что? Нет у меня проб… – Тут до него дошла остальная часть фразы. – Рэдфут никогда не стал бы…

Голос снова подвел, но Скай продолжал идти рядом с Рамоном.

– Слушай, наверняка произошла какая-то ошибка. Но прямо сейчас мне нужно, чтобы ты кое-что сделал.

– Ну да. Вот только прямо сейчас я не слишком-то готов к сотрудничеству. – Рамон достал из кармана ключи. – Можешь у Хосе спросить.

– Нет. Нужно, чтобы ты оставил машину, которую эвакуируешь, и доставил другую, – Скай указал на черный седан, – к полицейскому участку. За этой вернешься позже.

– Как я уже сказал, я не готов к сотрудничеству, – повторил механик.

– Это важно. Речь о стрелявшем в Джесси.

Ярость исчезла из глаз Рамона.

– Ладно. Но клянусь богом, Скай, при следующей встрече я наваляю твоему старику.

– С этим разберемся позже, – отмахнулся Скай.

Да он сам выбьет дерьмо из любого, кто тронет Рэдфута – Рамон не исключение. Однако что за громадная неразбериха там произошла?

Скай вдруг вспомнил таблетки, которые отец всучил ему прошлым вечером. Ну, допустим, мать Рамона и Рэдфут спят вместе. Но ничто в мире не заставило бы старика заняться сексом прямо в палате, куда может войти любой. Он слишком ценил личную жизнь.

Рамон завел эвакуатор и начал сбрасывать машину. Когда он вышел, чтобы отцепить «Мустанг», Скай спросил:

– Это арендованная тачка Хосе?

– Угу. И, когда увидишь его, скажи, я сожалею, что ему вмазал. Он не в ответе за Рэдфута.

Скай покачал головой. У Хосе выдался чертовски плохой денек.

Глава 20

– Сукин сын! – пробормотал Хосе, разглядывая себя в зеркале больничного туалета.

На лбу красовалась огромная шишка, глаза радовали чернеющими вокруг фингалами, из носа все еще торчали колючки – к тому же блондинка неслабо вдарила по нему «Рибоком», – а теперь еще и губа распухла. А в мозгу засела картинка, как папа имеет свою соседку.

Хосе плеснул в лицо водой:

– Добро пожаловать в гребанное Совершенство.

Утеревшись бумажным полотенцем, он вышел в коридор и уставился на дверь в отцовскую палату. Неизвестно, ушла ли мать Рамона, так что лучше наведаться в хирургию, узнать, как там Джесси, и, возможно, найти Ская. Смотреть на отца Хосе сейчас точно не сможет. Единственный плюс сложившейся ситуации в том, что они могли бы поговорить о чем-то помимо его возвращения в родные пенаты.