Пруссачество и социализм - Шпенглер Освальд - Страница 46

ворил о себе как о первом слуге или чиновнике

государства. Каждый индивид здесь и работ-

ник, и солдат, занимающий свое место в иерар-

хии. Промышленник или банкир является ме-

неджером, т.е. офицером или генералом в на-

ции-армии. Ответом на <восстание масс> явля-

ется новая аристократия, ценности которой

сверху вниз спускаются на массы. Хорошо из-

вестен взгляд Шпенглера на русский больше-

визм, который, по его мнению, вообще не имеет

ничего общего с марксизмом, но представляет

собой народный бунт против насильственно на-

вязанной верхами западной городской цивили-

зации - об этом подробно говорится во втором

208

томе <Заката Европы>, а политические следст-

вия выведены в докладе <Das doppelantlitz

Ruslands und die deutschen Ostprobleme>, про-

изнесенном 14 февраля 1922 года. Шпенглер

в молодости начинал учить русский язык, при-

давал огромное значение русской литературе -

еще в письме 1916 года он писал о том, что с До-

стоевского начинается новая культура, культу-

ра следующего тысячелетия (с которой <царизм

и великая держава - Россия - не имеют ничего

общего>), и сравнивал Достоевского с Данте

и с Вольфрамом фон Эшенбахом. К <рабочему

вопросу> на Западе происходящее в России не

имеет никакого отношения, поскольку Россия

представляет собой едва рождающуюся культу-

ру, тогда как Запад вступил в эпоху цивилиза-

ции. По существу, социализм для Шпенглера

равнозначен цезаризму, истинными социалис-

тами являются элиты, способные дисциплини-

рованно служить высшей цели. Социализм та-

кого рода не предполагает какого-либо особого

экономического принципа: <Социализм, - пи-

сал Шпенглер в 1932 году, - предполагает ча-

стную собственность и присущую древним гер-

манцам радость от власти и добычи>. В отличие

от некоторых других <младоконсерваторов>,

которые все же пытались представить сословно-

корпоративное государство как <немецкий со-

циализм> (ссылаясь то на Фихте и Гегеля, то на

О. Шпанна), Шпенглер высмеивал любой <кол-

лективизм> как потребность человека черни

раствориться в массе таких же слабых и недо-

развитых. В <Годах решения> (1933) он писал,

что его работа <Пруссачество и социализм> бы-

209

ла неверно понята многими представителями

<национального движения>: единственный со-

циализм, о котором он говорил, сводится к воле

и характеру, к прусской дисциплине.

Хотя Jungkonservative много писали об <ор-

ганической демократии> и <немецком социа-

лизме>, отличали себя от <реакционеров>, же-

лавших возврата к монархии, демократия здесь

на деле сводится к сословному представительст-

ву, а социализм лишен всякого экономического

содержания. Идеалом является авторитарное

государство, все партии распускаются. Сохра-

няются прежние отношения собственности,

но капиталистическая экономика регулируется

и направляется государством. Итальянский фа-

шизм подвергается критике за то, что идея кор-

поративного государства не была здесь реализо-

вана, равно как и за демагогическую мобилиза-

цию масс. Власть прежних элит не должна ста-

виться под угрозу партийным аппаратом фа-

шистской партии. Herrenklub Генриха фон

Глейхена на конец 20-х - начало 30-х гг. XX

века был клубом промышленной, военной

и дипломатической элиты, поддерживавшей

планы Гинденбурга и его окружения постепен-

но ликвидировать Веймарскую республику,

сменив ее то ли на президентский авторитар-

ный режим, то ли на монархию. Собственно го-

воря, не имевшие за собой парламентского

большинства кабинеты Брюнинга (он был чле-

ном <Июньского клуба> в начале 20-х гг.) и фон

Папена (члена <Клуба господ>) осуществляли

эту программу. Основные документы, вышед-

шие за подписью фон Папена, писались в 1932

210

году ведущим идеологом <Клуба господ> Шот-

те, в 1933 г. его секретарем стал Э. Ю. Юнг. Ге-

ополитические планы после восстановления

<закона и порядка> заключались в отмене Вер-

сальского договора, ремилитаризации, усиле-

нии роли Германии в Европе. При всей вражде

к Антанте это не исключало будущего союза

с Францией (сторонником его был фон Папен)

в совместном военном походе против Советской

России. Национал-социалисты после выборов

1930 года стали опасным конкурентом, и в этих

кругах не раз дебатировался вопрос об одновре-

менном запрете нацистской и коммунистичес-

кой партии. Но в нацистах видели и потенци-

альных союзников в борьбе с <системой> (как

именовалась Веймарская республика), их пы-

тались <приручить>. Хорошо известно, к чему

это привело в январе 1933 года: мечтавшие

о восстановлении своей власти старые элиты

оказались сметенными за пару месяцев

и в большинстве своем стали служить новому

порядку. Пытавшиеся противостоять были

уничтожены, как Э. Ю. Юнг. Безусловно, не-

мецкое сопротивление нацизму, ряд заговоров,

вплоть до покушения на Гитлера в июле 1944

года, были героическими деяниями представи-

телей этих элит, прежде всего прусского офи-

церства. Но на них лежит и огромная ответст-

венность за приход Гитлера к власти, а идея

христианского Запада как империи (при доми-

нирующей роли Германии) приобрела черты

<нового порядка> и невиданного в истории вар-

варства <расы господ>. Пересмотр прежних по-

зиций немецкими консерваторами начался

211

слишком поздно. Только в эмиграции Герман

Раушнинг мог написать в <Революции ниги-

лизма> (1938): <Консерватизм как старой, так

и новой чеканки стал жертвой ошибки, отожде-

ствив собственные политические принципы

с лозунгами крайнего шовинизма. Консерва-

тизм, конечно, национален, но не шовинисти-

чен. Шовинизм есть революционная по своему

происхождению форма якобинства. Консерва-

тизм и монархизм видят свою задачу в установ-

лении и сохранении долговременного порядка,

тогда как национализм в узком смысле слова

есть динамит, подрывающий всякий порядок.

В нашем нынешнем западноевропейском поло-

жении консерватизм возможен лишь как феде-

рализм, но никак не в смысле империи или ге-

гемонии>. Но к этим идеям немецкие элиты

придут лишь в итоге сокрушительного пораже-

ния в развязанной ими войне.

Второй проект - по аналогии с первым -

также часто называли, употребляя давнее слово

<гвельфы>. Хотя в прошлом оно означало пар-

тию, поддерживавшую папу в средневековых

итальянских городах, уместно оно хотя бы по-

тому, что представители этого течения считали,

что империя равнозначна федерации или кон-

федерации народов Центральной и Восточной

Европы. Основные идеи <гвельфов> были сфор-

мулированы еще в начале 20-х гг. в <Третьем

Рейхе> и <Праве молодых народов> Меллером

ван ден Бруком. Он был не только сторонником

Ostorientierung, но и сторонником <немецкого

социализма>, образцом которого и для него слу-

жила Пруссия. У каждого народа, - писал