Пруссачество и социализм - Шпенглер Освальд - Страница 43

которых говорит другому (Эрнсту фон Заломо-

ну): <По существу, мы убили одного из наших.

Он же был настоящим фашистом!> Ни фашис-

том, ни тем более национал-социалистом Рате-

нау, конечно, не был, и убили его за то, что он

был сторонником Erfullungspolitik, то есть вы-

полнения условий Версальского мира. Но как

практик он сыграл в 1922 году важную роль

в формировании той политики, которая полу-

чила наименование Ostorientierung - именно

он, будучи министром иностранных дел, подпи-

сал договор с Советской Россией в Раппало.

К <идеям 1914 года> имеют прямое отноше-

ние книги двух мыслителей, которые сыграли

значительную роль в формировании <консерва-

тивной революции>. Это <Гений войны>

и <Причины ненависти к немцам> Макса Шеле-

ра и <Герои и торгаши> Вернера Зомбарта.

В них мы находим ряд оппозиций, которые ста-

нут общим местом в сотнях книг и статей в 20-е

195

гг. XX века. Прежде всего это противопостав-

ление немецкой Kultur и англо-французской

civilization - оппозиция эта существовала

с конца XVIII века (впервые она была сформули-

рована Кантом), а также коррелятивная ей оп-

позиция Германия - Запад (впервые она полу-

чила выражение в полемике Гердера против

французского Просвещения). Эти оппозиции

были общим местом немецкой публицистики

начала XX в. - мы находим их и у авторов, ко-

торые были достаточно далеки от <консерватив-

ной революции>. Особенностью работ Шелера

и Зомбарта является антибуржуазность, анти-

капитализм, ибо капитализм, индивидуализм,

либерализм, утилитаризм, позитивизм, торга-

шество и т.д.- суть порождения <английского

духа>. Для Зомбарта немецкое мышление и не-

мецкое чувство заявляют о себе прежде всего

как решительное отрицание всего того, что хоть

как то напоминает английское или западноевро-

пейское вообще мышление и чувство, поскольку

немец отвергает утилитаризм и эвдемонизм,

пользу и наслаждение во имя воли и духа, долга

и преданности, самопожертвования и героизма.

Мировая война представляет собой схватку двух

человеческих типов: героя и торгаша. Капита-

лизм чужд немецкому духу. В докладе Шелера

<Христианский социализм как антикапита-

лизм>, сделанном вскоре после революции 1918

года, выдвигается идея <национального госу-

дарственного социализма>. Шелер пишет о не-

обходимости союза с Советской Россией в борьбе

против Запада, а целью Германии провозглаша-

ется <антикапиталистическая политика>. Ито-

196

гом войны является поражение не только Гер-

мании, но и всех европейцев - войну выиграла

Америка, а это на время дает господство <капи-

талистическому типу человека и хозяйства>,

тогда как все остальные нации делаются

<в большей или меньше мере рабами, даже про-

летарскими нациями по отношению к англо-

американскому капитализму>. Но время этого

капитализма завершается, ибо <капитализм

есть эпизод мировой истории, он пришел не так

уж надолго>. Это - идол Маммоны и извраще-

ние человеческой природы.

Самое яркое выражение <идей 1914 года> мы

обнаруживаем у великого немецкого писателя

Томаса Манна. Именно у него в <Размышлени-

ях аполитичного> этот комплекс идей впервые

увязывается с консерватизмом, который пони-

мается как противостояние Западу. На протя-

жении всей этой огромной книги Манн непре-

станно цитирует Достоевского, называет его

<пророком>; хотя Германия и Россия находи-

лись в состоянии войны, Манн пишет о союзе

Германии и России как о <мечте своего сердца>

(вопреки пропаганде того времени, в которой

Россия именовалась не иначе как <варварская

страна>). Этот союз, по Манну, должен быть на-

правлен против наступающего англосаксонско-

го мира с его прагматизмом и утилитаризмом

(в конце книги Манн пишет по-английски: The

worid is rapidly becoming English). Немцев

и русских роднит близкое понимание человека

и человечности, отличное от латинского и анг-

лосаксонского. Манн ставит вопрос о сходном

противостоянии традиций этих двух стран За-

197

паду и спрашивает: <Разве у нас нет наших за-

падников и наших славянофилов?> Тех, кого он

презрительно именует <литераторами> (вклю-

чая и собственного брата Г. Манна, с которым

были на несколько лет прерваны все отноше-

ния), Манн относит к <западникам>, т. е. к тем,

кто хотел бы разрушить Германию. Славяно-

фильство в России Манн оценивает по негатив-

ному содержанию как реакцию на Запад, а по

позитивному - как консерватизм. Именно та-

кова его собственная позиция - консерватив-

ное противостояние Западу. Английская

и французская пропаганда времен войны изоби-

ловала штампами: <цивилизация> - <варвар-

ство> (либо <цивилизация> - <прусский мили-

таризм> и т.п.). Еще в статье <Мысли во время

войны> (1914) Манн саркастически писал:

французы полвека кричали о реванше, но когда

дело дошло до войны, то вспомнили о <цивили-

зации>. Они сделали Реймс крепостью, распо-

ложили пушки рядом с собором, а после того,

как немцы стали отвечать на огонь этих пушек

и разрушили собор, то поднялся плач о <циви-

лизации>, которой грозят <варвары>. Но ведь

средневековые соборы давно перестали быть ча-

стью их <цивилизации>, с точки зрения кото-

рой церкви принадлежат к векам <фанатизма

и предрассудков>.

Эта <цивилизация> с ее демократией и <пра-

вами человека> насквозь фальшива и лицемер-

на. Национальная тема совпадает в <Размыш-

лениях аполитичного> с консервативной: <По-

литический дух демократического Просвеще-

ния и <человечной цивилизации> не только яв-

198

ляется душевно чем-то антинемецким; он с не-

обходимостью оказывается также повсеместно

враждебным Германии>. Истинным духовным

врагом Германии является даже не Франция,

реваншизм которой все же национален, а пото-

му хоть как-то оправдан; настоящий враг -

Англия и ее агенты, сторонники <гуманности>

и <цивилизации>. Этими агентами являются

и <deutsche Sapadniki>, которые желают то-

тального изменения национального характера

немцев. За образец берется <мировая демокра-

тия>, <империя цивилизации>, <общество че-

ловечности>, целью которых, однако, является

исчезновение немецкого духа. Война поэтому

определяется Манном как <консервативное со-

противление прогрессу>, который Манн ирони-

чески и с явной отсылкой к Ницше называет

<прогрессом от музыки к демократии>. Войну

Манн приветствует как открытую борьбу с этой

цивилизацией - с плоско-гуманной, тривиаль-

но-декадентской, феминистски-элегантной Ев-

ропой, <литературной как парижская кокот-

ка>, ставшей <слишком человеческой>; это

война с <цивилизацией танго и тустепа>, деля-

чества, прикрытого высокими словами о правах

и свободах. Эта цивилизация уже начала завое-